— Это Кэти, мой секретарь.
— Как скажешь, Джон.
— Нет, это действительно мой секретарь.
— Что ж, ты всегда питал слабость к малолеткам.
— Столик на двоих, пожалуйста. А то ведь я могу помять твой прекрасный новый костюм.
— Ну разумеется, Джон. Здесь для тебя всегда найдется место.
— Это почему? — навострила уши Кэти.
Она обожает истории, а еще больше — слухи. Кроме того, она считает свою бестактность неотразимой; я так и не собрался с духом разочаровать ее.
— Джон как-то раз оказал мне услугу, — объяснил Рик. — Однажды при подозрительных обстоятельствах исчез некий полуфабрикат. Джон помог его разыскать. Это оказался снарк, который превратился в буджума и выдавал себя за клиента. Стоит только подумать, что все знаешь о здешних местах, и слегка расслабиться, как новый урок не заставит себя ждать.
— Как вы оказались на Темной Стороне? — спросила Кэти.
— Я хотел жить в стране прекрасных закатов, — улыбнулся Рик.
— Но здесь всегда ночь!..
— Меня ввели в заблуждение.
Кэти с подозрением поглядела на нас обоих по очереди, подозревая семейную шутку, но сочла за благо промолчать. Рик проводил нас к единственному свободному столику на другой стороне лесной поляны. Народ на нашем пути опускал головы в тарелки и отводил глаза. Не обращая более на меня внимания, Рик подвинул стул для Кэти. Что ж, молодость и красота всегда имеют преимущества. На снежно-белой скатерти блестели безупречные столовые приборы, солонка и перечница были произведениями искусства, а обширное рукописное меню приходилось держать двумя руками.
Убедившись, что у нас все в порядке, хозяин решил, что в нем нуждаются где-то еще, и немедленно удалился. Рику не свойственно надоедать посетителям. Здесь можно обедать месяцами, и он ни разу не попадется вам на глаза. Это его стиль.
Кэти шаловливо глянула на меня поверх громоздкого меню:
— Столик по требованию у Рика! Официально заявляю, что я восхищена!
— Не бери в голову, душенька. Прежде чем мы уйдем отсюда, мне еще придется оплатить счет. Рик, конечно, помнит добро, но не до такой степени…
При каждом столике стояла высокая резная вешалка красного дерева, поскольку клиенты не любили упускать свои вещи из виду, чтоб до них не дотянулись враги. Паранойя — образ жизни Темной Стороны, и отнюдь не без причин. Я повесил свое пальто, но раньше незаметно вытащил из лацкана костяную булавку. Я не разглашаю моих маленьких секретов. Таинственность укрепляет репутацию.
Небрежным движением Кэти забросила берет на верхушку вешалки. Я смотрел с завистью: у меня так не получится.
Некоторое время мы торжественно изучали меню. Посетители за соседними столиками украдкой бросали на меня взгляды, когда им казалось, что я не смотрю. Одни исподтишка крестились, другие делали сатанинские знаки против меня. Мне страшно хотелось вскочить и показать им, например, козу, но я себя пересилил.
Оторвавшись от меню, Кэти присвистнула:
— Это исключительно серьезный список, Джон. Откуда он берет такие вещи?
— Заведение Рика — совершенно особенное, Кэти. Насколько мне известно, только здесь подают блюда из вымышленных существ. Такого нигде и никогда больше не было. Я как-то спрашивал, где он берет припасы, но узнал только, что у него «есть источники». Насколько я понимаю, самую редкую дичь ему добывают профессиональные охотники. Лицензиями и способом охоты он не интересуется, единственное требование: не поставлять добычу в живом виде. Вот найти и удержать хорошего шеф-повара, мне кажется, труднее. Такого, кто будет, например, с завязанными глазами готовить суп из глаз Медузы Горгоны. А кому нужен повар, впадающий в истерику при виде мышей Мебиуса, которые фаршируют себя сами?
Подошел официант и взглянул на нас сверху вниз. Гигантский пингвин с усиками шнурком и надменным видом. Посмотрев на наши меню, он сухо произнес на одном дыхании:
— Осьминог сбежал, но мы рассчитываем поймать его в ближайшем будущем. Не спрашивайте хамелеона, мы не можем его найти. Можем предложить эскалоп из длинной свиньи:[1] один из вчерашних клиентов не расплатился по счету.
Кэти поежилась:
— Он так шутит?
— Сомневаюсь. У пингвинов чувство юмора не развито.
— Примат-шовинист! — прошипел официант. Мы сделали вид, что не расслышали.
— А где здесь кухня? — спросила меня Кэти, оглядываясь.
— Рик никому не говорит. Подозреваю, одной экскурсии на местную кухню достаточно, чтобы никогда уже сюда не возвращаться…
— А ты не купил ничего для меня на последнем аукционе? — Кэти переменила тему с непринужденностью, свойственной подросткам.
— Нет, к сожалению. Да и не было там ничего подходящего. Надеюсь, в другой раз… А как твоя мама? — спросил я. Пусть знает, что другие тоже умеют уходить от разговора.
— Замечательно! — Кэти старательно уткнулась носом в меню. — Сегодня она еще богаче, чем вчера. Предложила мне маленькую, но перспективную должность в своей фирме — если мне придет в голову вернуться. А я не хочу. Вообще нам полезно быть подальше друг от друга. Если между нами парочка часовых поясов, даже вежливость дается без труда. А ты сам разузнал что-нибудь о своей матери?
Тут настала моя очередь уставиться в меню.
— Нет. Те, кому что-то известно, не хотят даже разговаривать. А из ее личных знакомых немногие остались в живых. Есть, конечно, Косматый Питер, но ведь он давно выжил из ума… После смерти отца не осталось ничего — даже фотографий. Похоже, он все сжег — когда узнал, кто она такая.
— Ты ее помнишь хоть немножко?
— Нет, ничего не помню. Даже голоса, хотя и должен бы: мне к тому времени исполнилось четыре. Не сделала ли она что-нибудь с моей памятью, прежде чем исчезнуть? А может, это отец… И спросить некого.
Мы помолчали.
— Ты по-прежнему встречаешься с этим музыкантом, Лео Морном?
Кэти содрогнулась:
— С этой скотиной?! Я его давно бросила. Заходит от скуки и думает, что осчастливил. Самовлюбленный болван! Так со мной обращаться я никому не позволю! Да и группа его никуда не годится. Готический панк, надо же! Но в постели он хорош, не могу не признать…
— Ну-ну. Лучше скажи, ты думаешь возвращаться домой? В реальный мир, к настоящей жизни?
— Нет. А зачем? Или я тебе надоела?
— Ты же знаешь, что нет. Но ведь ты родилась не здесь, ты не связана с Темной Стороной никакими узами. В отличие от большинства из нас, ты можешь убраться из этой мистической выгребной ямы в любой момент. Почему бы не осесть в благополучном районе Лондона, где тебя не пытаются убить на каждом шагу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
