- Самол… Что??! Как? Почему? — Александр взъерошил пятернёй волосы. — Не понимаю… Когда она успела приобрести билеты? Зачем, чёрт побери, её туда понесло?
— Чтобы всё это выяснить, нам нужно немного больше времени, — произнёс Гутов. — И, скорее всего, придётся отправить людей в Израиль.
— Подождите, — махнул рукой Воротаев в сторону двери. — Подождите в гостиной, я сейчас сделаю пару звонков, потом вы вернётесь и расскажете все подробности.
Безопасник, кивнув, молча вышел из кабинета.
«Одна улетела или у неё кто-то есть? — мысли неслись потоком, перепрыгивая друг через друга, сталкиваясь и перемешиваясь. — На неделю? На месяц? Пока деньги не закончатся? Что делать с мальками? Смысл им оставаться в квартире, проще до возвращения Стеллы всех вернуть домой. Чёрт, что за хрень творится в его жизни?»
Бросил взгляд на часы — пять вечера. Значит, горничные уже закончили дневные дела, а на кухне ещё кипит работа — готовится ужин для всей прислуги и, конечно же, хозяина. Но детей нет, и поэтому непривычно тихо, будто все уехали или спят. Подумать только, сколько шума создают двое мальков! Интересно, когда он сам был ребёнком, тоже доставал родителей? Надо будет спросить у матери. Чёрт… Родители! Как он им объяснит, каким ветром Стеллу занесло в Израиль? Одну, без супруга? Повезло, что сейчас они на своей вилле во Франции, и пока не в курсе перемен в жизни единственного сына. Вынесли бы ему мозг — у Воротаевых не может быть скандалов, это вредит не только бизнесу, но и репутации. Нет, можно многое, но тихо. Мирно разъехались — это пожалуйста. Громкий побег с битьём фарфора и развешиванием на всеобщем обозрении семейных тайн — ни боже мой! Эх, хорошо сейчас в Сен-Жан-Кап-Ферра… Впрочем, там в любое время года хорошо — Лазурный берег есть Лазурный берег! И соседи приличные — Мельниченко, Ротшильд… Да, не о том он сейчас думает…
Воротаев тряхнул головой, возвращая себя в реальность, и попытался вспомнить, какая разница во времени между Тель-Авивом и Москвой.
Кажется, нет разницы… Или есть? А и чёрт с ней, если есть! Вряд ли Стелла днём ляжет спать, так что у него есть шанс поговорить с блудной супругой. Если, конечно, у него получится дозвониться…
Нажал на кнопку сотового и некоторое время бездумно на него смотрел, вздрогнув, когда с той стороны ответили.
— Саша, куда мне уехать, чтобы ты, наконец, оставил меня в покое?? — возмущённый голос жены.
— И тебе — здравствуй! — уняв пляшущие нервы, максимально спокойным голосом произнёс Воротаев. — Чтобы мне не пришлось травмировать твою тонкую душевную организацию звонками, ты могла предупредить, что уезжаешь. И куда. А ещё правильнее — сначала согласовать поездку со мной.
— С какой стати?! — чувствовалось, что Стелла раздражена. — Мы разошлись — забыл? Причём это была твоя инициатива. Дрессируй прислугу, а я — не твоя собственность и не обязана перед тобой отчитываться. Чего хотел?
— Если ты не забыла, мы всё ещё женаты, — ядовито бросил супруг. — И у тебя двое маленьких детей, которые плачут и требуют маму. Стелла, как ты могла уехать, никому ничего не сказав? И вчера весь день сбрасывала мои звонки!
- Дети не одни, с ними няня, которую они знают с рождения. И их отец.
— Я работаю!
— Ничего, подождёт твоя работа, никуда не денется. Купишь очередной брюлик, она только рада будет.
— Кто? — театр абсурда — что Стелла несёт??
— Работа твоя, — ехидным голосом продолжила супруга. — Кажется, Алёна зовут.
— В общем, так, — закипая, начал Воротаев.
— В общем, так, дорогой, — жена оборвала его речь на взлёте. — Вспомни, что ты отец, отложи свою «работу», ничего с ней не случится, проведи время с детьми. Это и им, и тебе полезно. Меня не дергай, я тоже человек, и имею право на отдых.
— Когда это ты так устать успела? — улучив секундную паузу, ввернул Александр. — Хватит дурить, говори, где остановилась, я пришлю людей.
- Ты меня с Тёмкой не перепутал? Нянька мне не нужна.
— Твоё место рядом с детьми! Хочешь на курорт — поедешь, но только вместе с ними! Стелла, я не шучу — немедленно возвращайся!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— А иначе — что? — голос супруги заледенел. — Ты сказал, что мы расстаёмся. Я не стала спорить и закатывать скандал, ушла, как ты хотел. Не понимаю, чем ты недоволен?
— Дети…
— С родным отцом и няней, — снова оборвала Стелла. — Я сделала ровно то же самое, что ты собирался сделать со мной — оставила детей на второго родителя и живу без помех и забот. От перемены слагаемых сумма не меняется, правда же? Так чего ты злишься? Не нравится? Извини, расстаться была твоя идея!
— Шалом, геверет! — мужской голос.
— Привет! — тут же откликнулась женщина.
— Стелла! — зашипел Александр. — Пока ты носишь мою фамилию и живёшь на мои деньги — будь добра вести себя подобающе! Кто это?
— Просто прохожий, — ответила супруга. — Тут очень вежливые и приветливые люди. Ты звонишь, чтобы расспросить меня о местных достопримечательностях?
- Возвращайся, поговорим спокойно, всё обсудим, — скрипнул зубами Александр. — Признаю, что был неправ, давить на тебя мне не следовало, но ты же понимаешь, что мы попали в совершенно неприемлемую ситуацию? Я не против твоей свободы, если это не ущемляет права детей и не портит мне репутацию, но категорически против твоих романов, пока мы состоим в браке.
— Знаешь, Саша, — вздохнула Стелла, — ты, как та собака на сене. Я тебе не нужна, но отпустить меня и позволить поступать, как сама хочу, может быть, найти своё счастье с другим, ты не желаешь. При этом сам содержишь любовницу. Думаю, нам не о чем разговаривать.
— На что ты будешь жить, идиотка??! От меня ни копейки не получишь! — снова сорвался Воротаев.
— Тоже мне, новость, — грустно произнесла Стелла. — Я же подписывала брачный договор, знаю, что при разводе ни на что не могу претендовать. Только на твою добрую волю. Захочешь — выделишь что-то, не захочешь — выставишь из дома, в чём пришла. И да, я знаю, что могу оспорить в суде этот договор. Знаю, что по нашему закону при разводе муж не может оставить жену с голой задницей, но у меня нет возможности нанять дельного адвоката, а твои юристы меня под асфальт закатают, если только попробую рыпнуться. Поэтому, можешь спать спокойно — твои богатства при тебе и останутся. Ладно, мне уже принесли заказ, больше говорить нет времени, да и желания тоже. Наслаждайся свободой и ни в чём себе не отказывай.
И Стелла сбросила вызов.
Дрянь!
Через пару минут, когда красная пелена бешенства уже не застилала глаза, Александр вспомнил о безопаснике.
— Входи, Виктор, рассказывай, что узнал, — пригласил он Гутова.
— Вчера Стелла Леонидовна обнулила вот этот счёт, — Виктор Николаевич положил перед Воротаевым листок. — Затем сняла наличные вот с этого счёта, — он ткнул пальцем в строчку ниже. — А потом положила всё на вот эту карту. Билеты и номер в отеле она забронировала по интернету, ещё ночью. Летела бизнес-классом.
— Гм, — Воротаев придвинул листок поближе и вчитался в названия и цифры. — Хорошо, спасибо. Пока больше ничего не нужно.
Безопасник ушёл, а Александр ещё долго сидел, переваривая информацию.
Значит, у Стеллы был свой собственный счёт, она и карту подсуетилась получить. А он ничего не знал! Впрочем, следить за супругой ему в голову не приходило. Так, присматривал, но под колпаком не держал. Оказывается, напрасно. Вот ведь — свободных денег он жене почти не давал, покупки она оплачивала его картой, то есть, какой-никакой контроль расходов жены он вёл. Тем не менее, Стелла умудрилась накопить приличную сумму, и он этого не заметил! Интересно — каким образом ей это удалось? Откладывала в месяц по тысяче? Не смешите — копить по тысяче ей потребовались бы больше сорока лет, чтобы накопить полмиллиона, а она за пять справилась. Значит, Стелла заранее готовилась к разводу… Конечно, «подушка безопасности» вышла не слишком пухлая, но с теми деньгами, что он ей сам отдал, на год жизни, если слишком не шиковать, ей вполне хватит.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
