– Я уволилась, чтобы ухаживать за твоей бабушкой.
– А обратно тебя не могут принять?
– Ты что, совсем не в курсе того, что происходит в округе? Конечно, не могут. Когда я уволилась, то на мое место тут же набежала дюжина желающих.
– Значит, мы с тобой в одинаковой ситуации. Без работы, без перспектив… Слава Богу, хоть крыша над головой имеется. – Он свернул с дороги и пошел между рядами виноградных лоз, не оборачиваясь и не возобновляя разговора.
Уитни это вполне устраивало.
Время от времени Люк останавливался и осматривал лозу, вытягивая из земли корень, брал на ладонь немного сухой земли и задумчиво разминал ее пальцами или осматривал прогнувшиеся шпалеры.
Когда он в очередной раз остановился, Трой обернулся и сверху взглянул на Уитни. Она улыбнулась ему. Какой же он чудесный малыш! «Ку-ку!» – тихонько, чтобы не услышал его отец, проворковала девушка. Мальчик улыбнулся в ответ и снова занялся волосами Люка.
Минут через десять Люк так внезапно повернулся, что Уитни чуть в него не впечаталась.
– Пошли обратно, – сказал он. – Я увидел достаточно.
– Я пойду вниз к озеру. – Ей хотелось побыть одной и все спокойно обдумать.
Трой широко зевнул.
– А малыша лучше уложить, – быстро продолжила она, опасаясь, как бы Люк не переменил своего решения и не потащился за ней. – Тебе хватает одеял? Если нет, то одеяла хранятся в большом шкафу наверху, рядом с…
– Мне не нужна карта поместья, Уитни. Я не заблужусь, – резко заявил он. – Я здесь родился. Я знаю все вдоль и поперек, в том числе и шкафы.
– Я приму это к сведению. Но тебе совершенно не обязательно грубить! Ты-то здесь родился. А я никогда не собиралась здесь жить. Мне было двенадцать лет, и моего мнения никто не спрашивал. И, если хочешь знать, – она зло сверкнула глазами, – это было бы последним местом на земле, которое я бы выбрала! Ты был самым жестоким мальчишкой из всех, кого я знала, зацикленным на своей ревности и неуверенности в себе, и тебе всегда было наплевать на…
– Кажется, ты говорила, что нам следует постараться забыть прошлое!
Его ледяной голос подействовал на нее как пощечина.
Она метнулась мимо него и побежала вниз с холма между рядами винограда.
Хватит с нее! Она не может выносить этого человека рядом с собой! Нет, она не собирается ждать, когда Эдмунд Максвелл вернется из отпуска! После обеда она сама поедет в город, зайдет в его офис и попросит партнера Максвелла навести справки о финансах Люка.
Она попросит его позвонить кому надо и подождет результатов. И когда она получит ответ, которого ожидает: что Люк врет о своем пустом банковском счете, – тогда она вернется домой и предложит Люку выметаться.
И если он попросит подбросить его до ближайшей автобусной остановки, она с удовольствием это сделает.
Через десять минут она добралась до озера. В своем любимом тихом уголке, надежно защищенном от ветра, девушка уселась на траву и прислонилась спиной к стволу дерева. Она задумалась, но вовсе не о Люке Браннигене, а о его бабушке.
После похорон Крессиды к ней подошел доктор Джек Маккэй и сказал: «У нее были ужасные боли, Уитни. Радуйся, что она избавилась от страданий».
И лучшие подруги Крессиды, Амелия Питт и Марта Грей, тоже сказали, что все к лучшему. «Это ведь ни для кого не было неожиданностью, дорогая. Радуйся, что все наконец-то закончилось. Тебе трудно пришлось последние месяцы».
Да, этот год выдался нелегким, но, несмотря на то что порой она уставала почти до смерти, проводя с Крессидой ночи, заполненные агонией, Уитни знала, что никогда не сможет порадоваться ее смерти. Она рада за Крессиду, но не за себя. Ей ужасно ее не хватает.
И только здесь, где никто не мог ее услышать или увидеть, кроме пары реполовов, нескольких диких уток на озере и одинокой черной белочки, только здесь она наконец-то позволила себе разрыдаться.
Когда Уитни вернулась в дом, был уже полдень.
Во дворе стоял незнакомый пикап, и она недовольно поморщилась.
Посетители. Только этого ей не хватало! Но когда она решила обойти дом и воспользоваться черным входом, дверь главного входа распахнулась и из нее вышли двое: Люк и Дикси Мэй Бест.
При виде соблазнительной блондинки Уитни чуть не споткнулась. Да, она всегда знала, что Люк скор в подобных делах, но это уж чересчур!
К сожалению, они оба ее заметили, и, подавив вздох раздражения, Уитни сунула руки в карманы парки и зашагала им навстречу.
Дикси Мэй кокетливо смеялась, но, увидев Уитни, тут же посерьезнела.
– Мисс Маккензи, я вам очень сочувствую.
– Благодарю вас, Дикси.
– Ну, – блондиночка взглянула на свои наручные часики, – мне пора бежать, Люк. Здорово, что ты вернулся. Обязательно расскажу Пэтси.
– Пэтси Смит? Она тоже все еще здесь?
– Ну да. И Бет, и Лиз, и Рози Макджи, и… О, да вся наша старая компания: Лаура Логан, и близняшки Паттерсон, и… – она презрительно скривилась, – и даже Бегония Брайт.
– Старушка Бегония, – засмеялся Люк.
Дикси встряхнула головой, и ее густо накрашенные глаза блеснули.
– С ума сойти! Люк Бранниген стал папочкой!
Покачивая бедрами, туго обтянутыми ярко-розовой мини-юбкой, Дикси направилась к пикапу. Усевшись за руль, она опустила боковое стекло.
– Позвони мне, ладно? – крикнула она, отъезжая.
Пикап выпустил облако дыма и укатил, оставив Люка и Уитни одних. Напряжение между ними достигло предела.
– Пару дней ты мог бы и потерпеть, – с трудом сдерживаясь, сказала Уитни. – А потом бы и расслаблялся сколько угодно.
– Это почему же, интересно?
Но Уитни не стала отвечать. Она заметила, как прищурились его глаза, устремленные на нее, и вспомнила, что недавно плакала и что глаза у нее, наверно, красные и опухшие.
Она прошла мимо и, не обращая внимания на его «Эй, подожди!», стала подниматься по лестнице.
В своей комнате она решила, что не будет больше ждать. В конце концов, есть ей совершенно не хочется, и обедать она не станет… А Люк и сам может себя обслужить! В холодильнике полно еды, оставшейся после вчерашнего траурного приема.
Она же прямо сейчас поедет в город и поговорит с партнером Эдмунда Максвелла – его старшим братом Чарлзом.
Если она срочно не избавится от Люка, то в один прекрасный день она приедет домой и обнаружит уже обживающую его спальню Дикси Мэй… И похоже, это случится очень скоро.
Дикси Мэй, Пэтси Смит, Рози Макджи… и «всю старую компанию». Включая Бегонию Брайт!
– Люк говорит правду. – Чарлз Максвелл откинулся в кресле и через стол посмотрел на сидящую перед ним Уитни. – И адвокат, и банковский поверенный подтвердили слова Люка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
