пару часов в день появлялся на фирме, что бы прогнать готовый материал и доложить о его готовности.
Майклу он перестал нравиться с того момента, как стал доносить на коллег по любому поводу, но избавиться от него не удавалось из-за блата, который тот имел от неизвестного покровителя.
Работа в N.W.Ayer для программистов была несложной: лишь иногда им приходилось дописывать скрипты, чаще же достаточно было стандартных средств 3D графики, предназначенных для разных виртуальных фокусов.
Обычно, специалисты отдела работали на дому по своему индивидуальному графику, но особых задержек из–за этого никогда не возникало, поэтому Майкл недоумевал, что за срочный интерес к нему возник у Саймана.
– Наверное, у генерального на столе срочная работа, – решил Майкл, который давно искал повода повысить зарплату своим людям.
Миновав охрану, он поднялся на семнадцатый этаж, прошел мимо секретарши, и, постучав для приличия, вошел в кабинет шефа, по его знаку опустившись в кресло. Сайман Гордон сидел напротив, в спортивных туфлях, белых брюках и синей футболке, на которой была вышита золотом эмблема гольф клуба. Раз шеф не успел переодеться после загородного отдыха, встреча точно была, неотложной, вот только по лицу начальника невозможно было понять, что за разговор их ожидает.
– Шеф, – решил Майкл начать разговор сам, – давно Вам хотел сказать: многие мои ребята получают зарплату в два раза меньшую, чем программисты из других отделов, можно ли им надеяться на повышение?
– Повышение? А в тюрьму не хотите…? – прорвало вдруг шефа. Он как с цепи сорвался – так он никогда не говорил. Майкл от неожиданности просто онемел…
– Хочешь посмотреть, что делают твои люди? Сейчас я тебе покажу! –заорал снова Сайман во весь голос, так, что Майкл вздрогнул.
Потом, сделав паузу, он со злорадным выражением лица, запустил через компьютер на студийный экран рекламу пива, которая была в работе отдела.
Рекламный ролик снимался на стадионе во время матча по американскому футболу. Играли команды аутсайдеров, и реальных зрителей на трибунах было не много, а на пустые места, при компьютерном монтаже, были подсажены статисты, взятые из коллекции картинок, так, что стадион казался заполненным до отказа.
По сценарию, во время всей игры, какая-то фотомодель c внушительным декольте, и грудью пятого размера, сидя в VIP секторе рядом с упаковкой пива, пила его из горлышка бутылки, наблюдая, как молодые спортивные ребята бегают с мячом по всему полю.
Команда спортсменов номер один забивала уже второй гол за минуту, но большие экраны над трибунами вместо повтора момента, упорно показывали раз за разом – то ли бутылку пива на фоне выреза ее платья, – то ли ее грудь, не умещающуюся под одеждой.
Игроки обеих команд, глядя на экран, сначала просто удивленно переглядывались, но после третьего гола, не сговариваясь, обгоняя друг друга, делали рывок на трибуну, и радостно присоединялись к девушке, а еще через мгновение гулял весь стадион.
– Ну, что скажешь? – спросил шеф.
– А что, сделано по сценарию, да и девушка красивая, – осторожно ответил Майкл, которому добавить было нечего.
– А ты посмотри на второй план!
Майкл вернулся по видео ряду назад, увеличил изображение и осмотрел задние трибуны.
– Повторов многовато, – заметил он.
– А ты еще увеличь!
Майкл увеличил изображение до максимума и увидел с удивлением, что почти на всех местах самой дальней, западной трибуны, сидит, один и тот же, болельщик – это был президент США. Неизвестный шутник пропустил изображение президента через программу Комната смеха, и теперь он в разных версиях выглядел, как:
– ковбой в шляпе, с выпирающей вперед челюстью, лошадиными зубами и дурацкой самодовольной улыбкой;
– плюгавый алкоголик с бутылкой пива и блуждающим взглядом;
– паралитик с открытым ртом и закатившимися глазами;
– ловелас с расстегнутой ширинкой, запустивший ненормально длинную руку в лифчик к соседке из соседнего ряда.
Никакая криминалистика, как точная наука, не подтвердила бы сходства, но для человеческого глаза, совпадение было несомненным.
– Ну вот, не хватало еще влезть в политику, – обреченно подумал Майкл. Вообще-то, он знал, что его программисты народ с юмором и не раз видел шаржи на себя и своих коллег, но тут был явный перебор. Майкл вспомнил, что над этим роликом у себя дома работал Качинский, и сразу догадался, кто автор карикатур – видно над рисунками в компьютере поляка, не понимая, что творит, поработал его сынишка, парень лет пятнадцати, которого Качинский учил программировать. А дальше при сборке файлов система автоматически подставила изображения в фильм.
В общем, дело было дрянь, но признаваться в этом было нельзя.
– Не вижу ничего страшного шеф. Я понимаю, кого вам это напоминает, но считаю сходство случайным, – попробовал Майкл замять скандал.
– А ты кликни по картинке! – предложил зловеще Сайман. Майкл кликнул по картинке с алкоголиком, тот встрепенулся и, замахав бутылкой, заорал:
– Сожжем огнем свободы самые темные уголки мира.
После чего паралитик, не закрывая рта, как чревовещатель утробно промычал: – Добро пожаловать в свободный мир!
Шефа аж перекосило, и он с расстановкой произнес: – Все это цитаты из последней речи президента. Надеюсь, ты понимаешь, что это никак не согласуется с политкорректностью, принятой в нашей фирме.
Президент, как и флаг нашей страны, являются символами нации и не могут подвергаться осмеянию. На этот счет есть очень строгие законы и если все вы хотите крупных неприятностей, то вы их получите, например наша фирма навсегда лишится лицензии, а мы с тобой работы!
– И что, этот материал пошел в эфир? – только и смог спросить Майкл.
– Нет, слава богу, мы успели его отозвать! А иначе, он демонстрировался бы перед миллионной аудиторией. Что считается информационным терроризмом – представляешь, каким мог быть эффект?
Сайман встал и начал нервно ходить из угла в угол, а Майкл, которому захотелось посмотреть, что же будет дальше, выставил курсор на ловеласа.
– А теперь, у меня кое-что слизывают, – сказал человек, похожий на президента.
– Ну, этого, он точно не говорил! – удивился Майкл, чем еще больше разъярил шефа.
– Кондор! Тебе, все еще смешно? Что предлагаешь теперь делать с твоими идиотами?
– Давайте не будем пилить сук, на котором сидим – будем все валить на компьютерные вирусы: скажем, что это новый, появившийся в сети.
– Хорошо, я то, могу забыть об этом дурацком инциденте. Но забудет ли про него ФБР? Ты знаешь, что на тебя и твою группу, отправлен донос?
– Донос? – удивился Майкл. – Неужели в наше время есть люди, которые этим занимаются?
– Да сколько угодно! А ты хоть знаешь, кто на тебя пишет?
– Да это наверняка Хьюз – зарабатывает себе баллы по лояльности! – взвился Майкл, которому
