— Кыш, тварь! — взвизгнула я и ударила метлой по шипастому хвосту. Паразит обиженно фыркнул и обратил на меня свой заплывший от счастья взор.
Я торопливо сформировала очередной сгусток энергии и запустила его в тварь, которая точно дрессированный пес, поймала и проглотила шар на лету, сладко облизнулась и сыто рыгнула мне в лицо.
— Не поняла! Как это так?! — возмутилась от столь вопиющего поведения и недоуменно свела брови над переносицей, раздумывая над тем, как поступить дальше. Но в следующий же момент прожорливая скотина, вымахавшая за время откорма раза в три, если не в четыре, набросилась на меня, повалив на землю. Двинула мне по лицу своим шипастым хвостом, процарапала когтистой лапой плечо и бросилась бежать.
Я лежала на земле и таращилась в черное звездное небо, в котором сытый и жирный пожиратель яростно махал крыльями, пытаясь взлететь. Где уж ему быстро набрать высоту с непривычки и с такими объемами?
— Ах, ты наглая животинка! — взмахнула в воздухе зажатой в кулак рукой и приняла сидячее положение, чтобы броситься за пожирателем вдогонку. Но тварюшка нагло помахала мне в воздухе хвостом, изрыгнула ворох искр на прощание и исчезла в магическом портале.
— Какого подземного овоща здесь происходит? — взревела я в отчаянии, продолжая сидеть в заснеженном сугробе, и глупо захлопала ресницами, — А ну хватай, его!
Поднялась на свои пошатывающиеся ноги и тут же принялась по свежим следам плести новое заклинание. Пока не прошло много времени можно вычислить конечную точку его перемещения и телепортироваться следом.
— Стой, Вильгельмина! — перехватил мои руки дракон, сжав их спиной, и с силой прижал меня к своему телу.
— Стойте сами! Где-нибудь в стороне! И желательно подальше от меня! — взбрыкнула я, пытаясь вырываться из его захвата.
— Это чистой воды самоубийство, подумай, ведьма, своей головой! — рычал мне в ухо Эйнар, еще теснее прижимая к себе, — Он перенесся прямиком в свое логово, где подобных ему тварей сотни и тысячи. Они злые и голодные, а ты вкусная и выбившаяся из сил.
Слово «вкусная» прозвучало как-то совсем неожиданно, отчего я тут же затихла в его руках и осторожно согласилась:
— Хорошо, я тебя поняла, — кивнула дракону и еще тише попросила: — Отпусти меня, пожалуйста, рука болит.
— Вот же ж! — критически осмотрел меня мужчина, разворачивая лицом к себе. — Так и знал, что в целостности ты не доедешь! Ну, не место вам здесь, госпожа маг, не место.
Его руки тут же сбросили с моего плеча плащ, и пальцы коснулись кожи рядом с открытой раной, заставляя меня поморщиться то ли от боли, то ли он неожиданного появления заботы.
— Это потому что ты меня сглазил, — едко заметила я, отворачиваясь от дракона.
Рука на месте и слава Всевышнему, зачем со мной нянчиться? До свадьбы заживет, уж тем более, что замуж я и вовсе не собираюсь. Но, тем не менее, Эйнар осторожно водил своими пальцами по краям раны, и боль постепенно отступала.
— Я дракон, а не знахарка, чтобы наводить на тебя сглаз, — сердито заметил он. — Стой ровно, спину не криви и лицо не морщи.
— А я маг, а не кисейная барышня, чтобы меня обхаживать, — рука больше не болела, и я поспешила поскорее набросить плащ на плечи и покрепче запахнуть его на груди, — Спасибо большое, Эйнар.
— Вильгельмина, отойди в сторону, а я осмотрю нашего возницу, — отставил меня со своего пути дракон.
— Нечего там уже осматривать, — хрипло выдавила ему в спину. Стеклянный взгляд мужичка я заметила за секунду до того, как пожиратель снес меня с ног.
— Жаль, хотел его завтра тоже привлечь к суду, наверняка, он причастен, — выдохнул дракон, на всякий случай проверяя зрачки и пульс возницы.
— Мне тоже так показалось, — согласилась я, тяжело вздохнула и отошла в сторону.
Эйнар накрыл карету с возницей защитным куполом, чтобы до утра с телом несчастного ничего не случилось, и мы отправились за лошадьми, которые испугались налета пожирателей и убежали куда-то в сторону леса. Я буквально на каждом шагу так и норовила застрять в сугробе, в то время как дракон, приспособленный к снегам и холодам, даже ни разу не споткнулся, чем нервировал меня неимоверно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— И все же, господин Сигвальд, почему вы до сих пор не нанесли по пожирателям превентивный удар? — задала интересующий меня вопрос и тут же по щиколотку встряла в снег.
Мужчина с тяжелым вдохом развернулся ко мне и подхватил за талию, вытаскивая из сугроба. Правда, ставить на землю не спешил, да и с ответом он медлил, внимательно рассматривая мое лицо:
— Потому что мы, госпожа ин Атей, хранители, а не убийцы, — ровным тоном сообщил он мне.
— Хранители? Хранители чего? — удивленно взмахнула ресницами.
— Хранители магии, хранители баланса, — пожал плечами Эйнар. — Называйте, как хотите.
— Считаете, что если избавиться от пожирателей, то баланс в мире пошатнется? — скептически изогнула бровь и ухмыльнулась одним уголком губы.
Драконы слишком много берут на себя. Да, продолжительность их жизни в разы превышает человеческую, но это не воздает им божественных полномочий.
— Считаю, — твердо заявил мужчина и поджал губы, возвращая меня наконец на землю. — Мы охраняем границы людей от пожирателей, но в какой-то степени оберегаем и пожирателей от людей.
— Стоите на грани добра и зла? — отвесила ехидную ремарку, заглядывая в хмурое лицо дракона.
— Нет, — жестко оборвал он, застывая на месте и вынуждая и меня замереть рядом. — Нет никаких границ. Все границы выдуманы людьми для того, чтобы захватывать новые территории и подчинять себе слабых.
Наверное, в глубине души с этим высказыванием я была согласна, поэтому в кои-то веки решила промолчать.
Октавиан Завоеватель, прадед Тиберия, создал Великую Ровенийскую Империю, которая процветает и по сей день, но только одному Всевышнему известно какую цену ему пришлось заплатить, сколько душ людей и нелюдей было загублено во имя этой великой цели.
— Пожиратели такие же создания этого мира, как люди, маги, эльфы, ундины и драконы, — продолжал Эйнар, — Они вносят в развитие мира определенный вклад и играют роль отведенную самим мирозданием.
Было время, когда пожиратели были необходимы нашему миру как воздух. Но это было во время далекой магической войны, когда шел передел мира, и все расы восстали друг против друга. Магия вышла из-под контроля, ее скопления буквально разрывали ткань мироздания. Мир стоял на пороге гибели, он готов был перегореть, лишиться магической составляющей и скатиться в вечную тьму. Тогда появились первые пожиратели, они глотали излишки магии и возвращали ее миру, соблюдали баланс сил в природе, когда это было необходимо.
Но потом война закончилась, между расами были подписаны мирные договоры, и крылатые монстры ушли на север, в те земли, где были сильные колебания магического фона, и можно было без проблем перехватить кусочек своей сладкой добычи. Конечно, время от времени оголодавшие твари выползали из своих логовищ, но никогда их набеги не достигали таких масштабов. Тот факт, что пожиратели стали собираться в стаи и нападать на магов — нонсенс, или нам в столице что-то недоговаривали на протяжении очень долгого времени.
— Но вам не кажется, господин наместник, будто ситуация немного вышла из-под вашего контроля? — елейным голосом пропела я.
— Кажется, — обреченно согласился мужчина, сжимая кулаки.
— И что же? Вы ничего не собираетесь предпринимать?
— Собираюсь, — хмуро кивнул он своим мыслям.
— Не хотите поделиться своими планами? — не унималась я.
Возможно, я вела себя излишне назойливо, но мне хотелось вывести Лорда-Дракона из состояния равновесия в надежде узнать какой-нибудь прелюбопытнейший факт, маленький ключик, способный приоткрыть завесу тайны, нависшую над северной провинцией.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А вы уверены, госпожа ин Атей, что не голодны? — едко припечатал дракон. Наши взгляды скрестились, пробежала искра, но я заставила себя улыбнуться и отрицательно покачать головой. Пусть дракон не думает, что от меня можно так просто избавиться.
