Он укрывал под своей крышей сотни слуг, рыцарей, всех тех, кто помогал сэру Ричарду управлять его обширными владениями. Кроме того, надежные стены скрывали много подсобных помещений: казармы, огромные конюшни, площадку для стрельбы из лука, кузню и многое другое. И хотя суровая зима приостановила торговлю, но в летние и теплые весенние месяцы в замок стекалось полчище торговцев, желающих обменять свои товары. Торговля также привлекала крестьян и мастеровых, которые шли в замок, чтобы торг произошел под бдительным оком сэра Ричарда и его верных рыцарей.
Джессика с нетерпением ждала наступления весны. Ей нравилось, когда вокруг вилось множество незнакомых людей с их причудливыми товарами и разноязыкими возгласами. Когда начинался торг, Джес часто задумчиво бродила мимо прилавков и палаток, с удовольствием наблюдая веселую суету торговцев. Девушка упорно игнорировала все наказы матери держаться подальше от простолюдинов, и радовалась каждому дню.
По мере приближения к кабинету отца, Джессика замедлила шаг. Она заметно нервничала. Сэр Ричард вызвал ее сегодня рано утром, и Джес догадывалась, что он хочет обсудить ее просьбу на счет темноволосой незнакомки. Девушка всю ночь пролежала с открытыми глазами, придумывая, чем же ей объяснить свой внезапный интерес к этой женщине, теперь оставалось совсем немного, чтобы собраться с мыслями.
Джес знала, таинственная незнакомка уже проснулась. Тюремщик прислал посыльного по ее просьбе, и тот сказал, что женщина пришла в себя и ведет себя так, будто с цепи сорвалась. Джес улыбнулась. Да, это похоже на правду.
Оттягивая момент встречи с отцом, Джес остановилась у стрельчатого окна и залюбовалась розовыми бликами, которые отбрасывало рассветное солнце на старые посеревшие камни. Такие родные и знакомые.
Джессика начала с жадным любопытством исследовать ДаГрэн, как только научилась ходить. Она знала все тайны замка, даже те, о которых не подозревали старожилы: отец и сэр Майлс. Эти тайны могли открыться только маленькой девочке, которая проводила бессчетные одинокие часы в стенах замка. Она знала, что хотя ДаГрэн и выглядел как оплот войны, простой бастион на пути захватчиков, внутри он был тоньше и хитроумнее спланирован, чем это виделось с первого взгляда.
В стенах и между этажами было множество потайных ходов, спрятанных и замаскированных, соединяющих между собой почти все комнаты замка. Джессика наткнулась на один из таких ходов в своей спальне, и потратила уйму часов, чтобы исследовать их все. В одной из потайных комнат она нашла древние планы замка, и с их помощью раскопала множество секретов старого ДаГрэна. Она знала о подземных комнатах пыток, о тайном туннеле в лес, в который можно было попасть из конюшни и подземных казематов. Она даже нашла глазок, сквозь который можно было наблюдать за купальней… хотя, она, конечно же, его никогда не использовала.
Секретные ходы подарили Джессике возможность наблюдать за всем, что происходило в замке, увидеть, как живут слуги и солдаты. Ей было все интересно, поскольку ее мать всячески препятствовала ее дружбе с людьми, стоящими ниже их. Джессика всегда была одинока. Шпионя за другими, подслушивая и подглядывая за ними, девочка находила свое утешение в одиночестве.
Но так или иначе, шпионские игры девочки только слегка скрасили ее одиночество, а ей хотелось большего. Кроме ее отца, сэр Майлс был единственным другом Джессики… но он был старше ее на много лет. Она терпеть не могла своего напыщенного братца, а мать не разрешала общаться со сверстниками из дворни, так что Джес не общалась с девочками своего возраста. Да и с мальчиками тоже.
Любознательная девочка со всей присущей ей энергией пыталась понять и изучить окружающий мир… Поэтому она проводила много времени в секретных комнатах, или поглощала книгу за книгой о землях далеко-далеко от ДаГрэна, где все совсем по-другому. О землях, где Императоры держат в своих руках власть над целыми странами, где отважные герои преодолевают множество препятствий, чтобы спасти прекрасных дев от кровожадных злодеев. Эти книги, тайком купленные у торговцев, она прочитывала помногу раз, и именно они были ее настоящими, самыми близкими друзьями. Она прятала их ото всех. Церковь не одобряла большую часть из того, что она читала, и если бы ее когда-нибудь застали с этими книгами, то за этим последовало бы серьезное наказание. Существовали строгие правила, которым должен был отвечать текст в книгах, а те, что читала Джес не соответствовали доктринам церкви. Люди благородных кровей должны были строго блюсти эти порядки, и слушаться своих духовных пастырей, ибо их устами говорил сам Бог.
Конечно, Джессика точно не была уверена ,от чего ее книги рассматриваются как настоящее зло. Многие из проповедей отца Грэхема смутили юный ум Джессики своим слепым осуждением, но вскоре она научилась спокойно игнорировать подобную нетерпимость. Она любила Господа, верила во власть его провидения. Но не была готова пожертвовать ради этого тем, что она так сильно любила, поэтому Джес убедила себя, что Бог совсем не против чтения подобных книг. Она не видела ничего предосудительного в том, что ей хочется больше знать о других краях, о древних культурах и об иных образах жизни. Или даже о любви…
Честно говоря, именно поэтому Джес хотела удержать возле себя таинственную незнакомку… ей хотелось поговорить с кем-то, почти одного возраста с ней, а потом из ее акцента и экзотической внешности девушка поняла, что женщина родом не с Британских островов. Джес почему-то была уверена, что они могли бы стать отличными друзьями, только бы женщина приняла ее заботу. Возможность обрести собеседника, кого-то, кто жил другой, не похожей на нее жизнью, полной приключений… ради этого она могла многое отдать.
Прежде, чем Джес додумала эту мысль, она поняла, что стоит перед тяжелыми дубовыми дверьми в кабинет ее отца. Она кивнула двум охранникам, стоящим по стойке «смирно» около огромного дверного проема. Стражи улыбнулись и бодро отсалютовали ей.
– Опять во что-то вляпалась, Джес? – спросил один.
Девушка засмеялась. – Нет… пока нет.
Он громко постучал тупым концом копья в дверь и распахнул ее, чтобы объявить о приходе Джессики прежде, чем она ступит на порог.
Джес шагнула в огромный зал, служивший ее отцу приемной, и часто заморгала, пытаясь привыкнуть к перемене света. Комната была богато обставлена, с высокими потолками и огромными гобеленами, покрывающими все стены. В центре зала стоял длинный стол с витыми канделябрами, которые с трудом освещали огромную комнату. Окна были очень узкими и высокими, приспособленными для легкой обороны, но в то же время не позволявшие вражеским стрелам залететь в них. Из тени к ней выбежали несколько охотничьих псов, радостно виляя хвостами и с надеждой глядя на ее пустые руки, вдруг принесла какое-нибудь лакомство? – Простите, друзья, сегодня у меня ничего нет. – Джес приласкала собак, позволяя им облизать свои ладони. – Может быть, в следующий раз.
