- И я тоже? - задумчиво проговорил Стас.
- Что тоже? - не понял Иван Иванович.
- Тоже протаптываю вам дорожку, делаю то, что вы боитесь сделать сами? Когда меня укокошат вы пойдете по протоптанной мною дорожке и, зная где споткнулся я, не упадете там сами?
- Нет, ты другое дело. Ты совсем другое, чем раньше ты это поймешь, тем лучше. Если ты споткнешься, то для меня это тоже скорее всего будет крахом.
- А если нет? Если вы выплывете? Тогда пойдете сами, наученные моими ошибками?
- Нет, найду другого, но сам не пойду, - подумав ответил Иван Иванович.
Стас молча уставился в окно, через некоторое время он повернулся и тихо попросил:
- Остановите, меня укачало.
Машина резко затормозила, Иван Иванович повернулся и выразительно посмотрел на Стаса:
- Только не вздумай бежать, мой мальчик, - вкрадчиво проговорил он, но в голосе послышалась угроза. - Если ты убежишь, я придумаю что-то другое, но с тобой будет кончено в ближайшие несколько часов. Поверь, я могу это сделать.
Стас молча вышел и поплелся к кустам, настроение у него резко испортилось.
Когда они приехали на место, Стас подремывал на заднем сиденье. Иван Иванович вылез из машины, открыл заднюю дверцу и тронул парня за плечо:
- Вставайте, граф, вас ждут великие дела.
- Чево?
- "Чаво, чаво", - передразнил Иван Иванович. - Живу я тута. Вылезай, говорю, приехали.
Стас вылез из машины, потянулся, огляделся. Вокруг был парк, через который летела прямая, как стрела, дорожка. За его спиной она оканчивалась кружевной решеткой ворот, а впереди из-за деревьев выглядывал аккуратненький особнячок. Иван Иванович квакнул сигнализацией, и они пошли по дорожке к особняку.
Особняк, вопреки ожиданиям Стаса, оказался значительно больших размеров и поражал сверкающей чистотой: и белоснежные стены, и сказочные витражи в окнах просто блистали в лучах заходящего солнца.
Иван Иванович отпер дверь и приглашающе кивнул, пропустил Стаса вперед.
Внутри тоже было чисто, опрятно и даже уютно. Обстановка дома не поражала взгляд особой изысканностью, даже наоборот, была очень проста, но, как прикинул Стас стоила немалых денег.
- А зачем тратить огромные деньги на такие простые вещи, если их можно купить дешевле. Почему не позволить себе что-то шикарное?
- А это что, не шикарно? Сделано на века из самых дорогих и самых лучших материалов прекрасными мастерами. Что еще надо? Всяческие излишества и извращения действуют на нервы, мой мальчик. Кроме того, я не держу никаких слуг или еще чего-то подобающего дворцам. Раз в неделю приходит милая молчаливая старушка и убирает тут все. Так что остальное сделаешь самостоятельно. Теперь, вот твоя комната. В шкафу кое-какое тряпье, переоденься. Только помойся сначала. Когда закончишь, спустишься вниз. Я жду тебя с ужином.
Стас долго изучал действительно шикарную ванну. Потом, когда набралась вода, скинул свои лохмотья, которые еще вчера считал верхом изящества, и улегся в теплую, благоухающую ароматическими солями воду. Такого наслаждения от мытья он не испытывал никогда. Пересилить себя и вылезти из теплой воды в объятия мохнатого полотенца было очень не просто, поэтому в комнате Стас оказался только через сорок минут. Содержимое шкафа также задержало его на долго. Он перетряхнул целую кучу дорогих костюмов, какими мог только любоваться в витринах модных магазинов.
Наконец выбор его остановился на шикарном костюме цвета морской волны. Стас влез в брюки, напялил пиджак и долго изучал свою преобразившуюся фигуру в большом зеркале. Нет, что не говори, а все же есть в этом и нечто приятное. Ездить в шикарной машине, нежиться в бесподобной ванне, носить дорогие костюмы, шитые на заказ, есть...
Да, кстати, чтой-то жрать хочется.
Интересно чем тут кормят? Если еда под стать всему остальному, то пожалуй имеет смысл остаться. По крайней мере ему Иван Иванович, или как там его на самом деле, ничего плохого не сделает. Во всяком случае он дал понять, что то, что плохо для одного из них, плохо для обоих. Это радует. Иметь такого непонятного человека в числе врагов как-то не очень тянет.
Стас сбежал по лестнице, прыгая через две ступеньки, влетел в огромную комнату, которую правильнее было бы назвать залом, и замер. Огромный стол был сплошь заставлен какими-то экзотическими кушаньями, которых Стас отродясь, не то что не ел, не видел. Даже не догадывался об их существовании! А тут... Глаза разбегались от такого изобилия.
Иван Иванович сидел во главе стола. На гладковыбритом лице поигрывала ехидная улыбка. Рука его потянулась к супнице, подняла крышку и выпустила в потолок облако пара. Одуряющий аромат раскатился по комнате, Стас сглотнул, но рот снова наполнился слюной. Иван Иванович улыбился уже не таясь.
- Садись, мой мальчик, откушай со мной.
Тут есть пара тройка блюд, которые ты вряд ли пробовал.
Стас послушно подошел к столу, выдвинул стул и плюхнулся, будто ему ноги подрубили. Иван Иванович разлил содержимое супницы по тарелкам, водрузил на место крышку и приглашающе кивнул. Стас чинно взял ложку, аккуратно зачерпнул, пригубил, а потом не выдержал и накинулся на еду так, словно его месяц морили голодом. После супа было мясо, птица, рыба, гарниры, холодные закуски всех мастей. Стас уже не соображал, что ест, да и не лезло в него больше, хотя глаза выхватывали кушанья, которые так и не успел попробовать.
Иван Иванович ел мало, неторопливо, смаковал каждый кусочек, будто других радостей у него в жизни не было. Покончив с обедом он откупорил большую зеленую бутылку, плеснул в бокал золотистую жидкость и сделал маленький глоточек.
- Мда, недурно, - сообщил он довольно щурясь. - А ты, мой мальчик, как ты относишься к хорошему вину?
- Понятия не имею, - пробормотал Стас с набитым ртом. - Я его никогда не пробовал.
Иван Иванович поднялся, наполнил второй бокал и подошел к Стасу.
- Держи, попробуй, - он протянул парню бокал. - Только прожуй прежде.
Стас не дожевывая торопливо сглотнул, присосался к бокалу и оторвался от него только тогда, когда янтарной жидкости не осталось ни капли.
- Ну, что скажешь? - поинтересовался Иван Иванович, с улыбкой наблюдавший за парнем.
- Вы меня хотите купить? Считайте, что купили, - выпалил Стас.
Иван Иванович расхохотался, снова разлил вино и поднял бокал:
- За новую систему и за тебя!
Стас кивнул и опорожнил бокал одним глотком.
Утром Стас чувствовал себя отвратительно. Болела голова, по всему телу растеклась нездоровая слабость, во рту был непонятный привкус, кроме того хотелось пить.
Стас поднялся, покачиваясь пошел вниз, надеясь чем-нибудь промочить горло.
Иван Иванович встретил его улыбкой:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
