Читаем без скачивания Отель с видом на смерть (сборник) - Алексей Макеев

– Послушайте, Максимов, – перебил Корнеев, – вам никогда не предсказывали, чем вы закончите? Хотите, напророчу?

– Да мне плевать на ваши пророчества, капитан, – вспыхнул Максимов. – Зла на вас не хватает. Дается конкретная улика – преступник явился через лоджию. Трясите соседей, работайте, время уходит…

Ударная волна не успела сразить – явился похожий на кота Базилио оперативник с докладом.

– Полная фигня, товарищ капитан. Потерпевшая проживала в сто двадцать шестой квартире. За стенкой – девяносто первая. У них действительно общая лоджия. Через загородку можно перелезть – если высоты не боишься. Прописаны в девяносто первой муж и жена Плитченко. На данный момент трудятся по контракту в Германии… городок какой-то мелкий в Баварии, названия не помню. Квартира сдана внаем через агентство «Жилгарант» – «чистоплотной» таджикской семье, которая жила в ней не больше полугода. Глава семьи получил на рынке по голове, семья в экстренном порядке покинула город, следы потеряны, а жилплощадь вроде как пустует, хотя формально сдана и по сентябрь оплачена. В общем, темный лес, товарищ капитан. Соседи по площадке допрошены, но после таджиков никого подозрительного не замечали. Ключи от квартиры последние жильцы в агентство не сдавали. Могли утерять, могли снять копии – долго ли заказать? А может, и вообще, полночный бред, товарищ капитан. – Оперативник покосился на зевающего Максимова. – На замках следы вскрытия отмычкой отсутствуют – если открывали, то только ключами.

– Понятно, – угрюмо кивнул Корнеев. – Ступай работай.

Мучения продолжались. До конца рабочего дня оставалось время. Корнеев уморился. Сунув руку куда-то под стол, извлек хрустальную стопку, коньячную бутылку, плеснул на две трети, глянул на Максимова, поморщился. Какие-никакие, а русские люди. Извлек вторую стопку, нацедил половину, подумав, добавил себе, драгоценному, и выхлебал в два глотка. Небрежным жестом предложил Максимову – давай. Взращенный на приличном пойле, Максимов осторожно выпил. Нет, ничего – коньяк в своих загашниках начальник криминальной милиции держал терпимый.

– Можно идти? – осторожно спросил Максимов. – Или в камеру?

Корнеев покосился на часы.

– Товарищ капитан, прибыл муж потерпевшей, – сунулся в дверь сержант, – Вадим Кулагин, насилу отыскали. Настаивает на встрече с вами. Впустить? Или снять показания?

– Впусти, – снисходительно разрешил Корнеев. – А вы, Максимов, пока свободны. Подписку о невыезде брать не будем, но, сами понимаете, из города лучше ни ногой.

По лицу вошедшего было заметно, что с капитаном Корнеевым он знаком. А это уже занятно. Бывший муж убиенной и капитан милиции, отфутболивший убиенную к частным сыщикам, – приятели? Вошедший явно не состоял в гармонии с окружающим миром. Сутулый, взъерошенный очкарик в кожаной жилетке и нестираных джинсах. Пугливо покосился на Максимова, с надеждой – на капитана. Не сказать что потрясен гибелью экс-супруги, но расстроен здорово.

Хорошо бы пообщаться с этим типом, поселилась в голове неудачная мысль. На улице он прогнал ее прочь. Дело окончено, не успев начаться. Свою миссию агентство «Профиль» с позором выполнило. Влезать в расследование убийства не только хлопотно, но и опасно. Агентство не занимается уголовными делами, тем более бесплатно. Для этого существует милиция. А удел Максимова – искать пропавших болонок и блондинок.

О том и сообщил коллегам по прибытии на место службы.

– Дружно выбросили из головы, друзья. Ничего не было – коллективная галлюцинация. Прокол с Ириной Владимировной – мой личный прокол и мои же угрызения совести. На ошибках мучаются. Ну все – можете идти. Утром с нетерпением жду. Будем вызывать гражданку Шатрову.

– Не казнись, Костик, – пожалела начальника Екатерина, – ты не виновен в ее смерти. Просто обстоятельства так криво сложились.

– Не вмастила судьба-злодейка, – поддакнул нехарактерно тихий Вернер.

– И будьте осторожны, Константин Андреевич, – тоном чревовещателя предостерег Олежка, – людям свойственно наступать на те же грабли. Думают, что наступают на другие, а как присмотрятся – те же…

4

– Ты поставил очень трудную задачу, папа, – жалобно заявила Маринка, выгружая из духовки надоевшую пиццу. – Я опять начинаю пропускать уроки и получать двойки. В автосалоне «Рено» все приличное начинается с шестнадцати тысяч – причем в евро; на «Тойоте» сегодня субботник, на «Опеле» – ревизия, на «Хонде» – налоговая. Вариант с «Окой» рассматривать не будем, ты явно погорячился. Мини-«БМВ» всем хорош, но опять производитель отозвал тридцать тысяч машин: не контачит стояночный тормоз. У «Феррари» не в порядке масляные шланги, у «Крайслера» спинки сидений сами отбрасываются, у «Вольво» кресла самовозгораются, потому что электропечи замыкает… Задолбали эти буржуи. Я прямо в растерянности, папахен.

Максимов печально улыбался. Чем бы дитя ни тешилось…

– Хорошо, Мариша, давай поднимем планку еще на две тысячи. Напряжемся как-нибудь, пояса затянем.

– Это здорово, пап, – обрадовалась дочь. – За семнадцать «тонн» мы себе такую тачку забубучим… Жуй быстрее, дуй к своей тете Маше, а я по Интернету поброжу…

Какая-то мистическая подворотня между проспектом и Машиным домом! Он вошел в нее, как в облако тумана, повинуясь гласу интуиции: сейчас что-то будет! – предполагал, видимо, таинственную незнакомку, окутанную ароматом цветов и альпийских трав и страдающую обостренным интересом к частным сыщикам. И не прогадал. Но ошибся. Инцидент случился иного рода. Первым делом он услышал цокот каблучков – убыстренный, отчаянный. Женщина вбежала в полутемную арку с противоположного конца, сделала несколько шагов, споткнулась.

– Отстаньте от меня!

Гулкое эхо побежало по стенам. Топот мужских ботинок. Короткий крик, оборвавшийся на высокой ноте. Возня, удар чего-то мягкого о стену.

– Молчи, сука…

Максимов в темпе преодолел две трети тоннеля. У стены расплывчато копошились тени. Два ночных проходимца отбирали у невысокой женщины сумочку. Прижатая к стене, она умудрялась крепко держаться за ремешок, молотила свободным кулачком по воздуху и попискивала. Одному ублюдку удалось схватить ее за руку, вывернуть – дама вскрикнула; другой выдернул сумку. Замок раскрылся – содержимое со звоном посыпалось на брусчатку.

– Стоять, милиция! – рявкнул Максимов.

– Колька, атас! – Кучка распалась – две тени шарахнулись в стороны, разлетелись кто куда. Первый ушел – рванул в проходной двор. Второго он перехватил – метнулся наперерез, двинул кулачищем. Ублюдка завертело по спирали и впечатало в сырую стеночку.

– Ах ты падла… – выдохнул грабитель, проявляя незаурядную прыть и уходя Максимову под локоть. Рукав затрещал, но хулиган вырвался, рванул со всех ног. Максимов машинально сделал скачок, запнулся о брошенный ридикюль и грохнулся всеми своими семьюдесятью пятью килограммами живой массы…

Душевно приложился, ощутимо. Когда поднялся, отплевываясь, тех двоих уж и след простыл. Женщина сидела, по-прежнему вжимаясь в стеночку – даром что обрела свободу.

– Вы в порядке?

– В полном… – простонала женщина. – Послушайте, вы правда из милиции?

– А это тайна великая есть, – загадочно ответил Максимов, отряхивая колени. – Давайте руку, поднимайтесь. Не сидеть же вам тут всю ночь.

– А… уже можно?

– Нужно, – усмехнулся Максимов. – Полагаю, на сегодняшнюю ночь для вас приключения закончены. Приходите завтра, желательно в одиночестве – приключения продолжатся.

– Господи, вы шутите, – сообразила дама, протягивая руку. Ладошка у нее была мягкой, но упругой. Легко поднялась, одернула платьице. – Спасибо вам, – опустилась на корточки и принялась на ощупь собирать ценнейшие в женском обиходе вещи.

– Где они на вас напали? – Максимов присел рядом, чтобы не маячить истуканом.

– В соседнем дворе, – охотно поделилась барышня. Голос уже не дрожал. – По-моему, они шли за мной, поджидая удобный момент. А я и не сообразила…

– Хотя и могли.

– Могла. Но… Шампанского сегодня выпила – три бокала – голова поплыла… Я в фирме «Витапласт» работаю, за Западным вокзалом. Корпоративная пьянка – три года с момента основания фирмы. К полуночи будут развозить загулявших по домам, а мне уже хватило, от шампанского дурно стало… Пошла пешком – а там, на Западном, как назло, ни одного такси, ну я и подумала – дворами пробегусь, а на Котовского чего-нибудь поймаю. Вот и поймала.

– Еще не поздно, кстати, – напомнил Максимов. – Пойдемте, я провожу вас. Вы все собрали?

– Кажется, все… о господи… Я возьму вас под руку? Мне так спокойнее.

На Котовского горел единственный фонарь. Туда он и повел свое новое приобретение. Ценное, надо признать, приобретение. Фигуристая, стройная, под тридцать. Большие глаза с серебринками. Поверх платья – ветровка по сезону. На голове, правда, бог весть что.