— Так я и так рядом, — вот сейчас молодой человек, кажется, совершенно не понимал отца. Ему пытались сказать что-то очень важное. В том числе и вот этим мало объяснимым уходом. Если отец считал, что своим присутствием как-то мешает… Вот сейчас Дмитрий был рад, что здесь, в далекой Калининградской области, они с Ладой не одни. Именно присутствие третьего, причем того, кому девушка доверяет, в какой-то степени помогало нормализации их общения.
— Вот и отлично, — резюмировал Константинов-старший, настойчиво повторив, — Увидимся утром.
— Ты сейчас куда? — и всё же что-то не давало Димке покоя в этом решении отца избежать их с Ладой общества. Какие планы у звезды театра и кино могут быть вдали от Москвы и Питера, где остались друзья, знакомые, интересы…
— Прогуляюсь, воздухом подышу и в номер.
В этот момент у Константинова-старшего зазвонил телефон. Махнув сыну, чтобы возвращался к девушке, спускаясь по ступеням, «снял» звонок. Хотя кто мог сейчас звонить отцу для Дмитрия было загадкой… В театрах у него официальный отпуск, картины, вроде, завершены. Постоянных отношений — не было… Или он, как не самый примерный сын, чего-то снова не знал…
— Дим, какая-то проблема? — встретила его настороженным вопросом Лада.
А вот ей его проблемы точно были не нужны. Дмитрий постарался оградить любимую девушку от каких-либо серьезных встрясок, в том числе и в их семье, с первых же дней её возвращения из больницы. Тем более, что и врачи рекомендовали исключительно положительные эмоции.
— Нет, с чего ты взяла? — вот сейчас очень постарался сыграть качественно. Ему непременно должны поверить. Только, как оказалось, беспокойство за отца было сильнее. Или Лада — слишком внимательной.
— Дима, я, конечно, выросла не в столичном городе, и не в звездной, а в простой семье. Далеко от Питера и Москвы, — заговорила она негромко, но и без каких-либо опасных ноток в тоне. — Но, думаю, имею право, как твоя почти жена, знать и понимать, что происходит в семье, в которую предстоит войти.
Если бы еще сам понимал причину собственного беспокойства! Что происходило в их семье? Да, по сути, ничего. Если не считать способности отца постоянно находить какие-то проблемы на свою голову. Или это они все так считали…
Алексей Константинов меньше всего задумывался над происходящим в собственной жизни. Во всяком случае, так казалось со стороны. А он рос, постоянно слыша слова матери, что человек, зовущийся его отцом, к жизни мало приспособлен. Было это правдой? В последнее время всё чаще в том сомневался. Иногда начинало казаться, что в матери просто до сих пор говорит обида… Вот только за что… Что привело родителей к разрыву еще до его рождения?..
— Лада, я не знаю, как объяснить… — глянув на очаровательную спутницу, сидевшую сейчас на против за столиком, совершенно неожиданно выдал, — Тебе это не надо. У отца постоянно какие-то заморочки с представительницами женского пола. Не забивай себе этим голову.
Внимательно выслушав молодого человека, Лада очень медленно, он бы даже сказал — настораживающе-медленно, положила на тарелку вилочку, которой до сих пор ела салат. Так же медленно отодвинув от себя столовый прибор, чуть подавшись вперед, с пугающим спокойствием заговорила вновь, для начала попросив:
— Дим, не надо о моем состоянии, ладно? — и далее продолжая, — Я вполне адекватно реагирую на любые новости, даже не самые хорошие. В семье, где росла, проблемы было принято решать вместе. Помогать друг другу в случае необходимости. Если причина твоего ко мне отношения, как к некой фарфоровой статуэтке, связано с моим психологическим…
— Лада, — он всё же сделал попытку остановить свою очаровательную даму. Появились опасения, что вот сейчас она всё же сорвется. И не за себя в данном случае беспокоился.
— Дима, я знаю, что временами веду себя не совсем адекватно, — продолжала она, перебивая молодого человека. — Я очень хочу стать прежней. И — стану, обещаю. Обязательно стану. Ты мне очень сильно помог и помогаешь. Правда. Но разреши и мне помочь тебе, если в моих силах это сделать.
Помочь… Вот тут-то и возникала проблема. Причем — достаточно серьезная. Сам он разобраться пока в происходящем не мог. А отец, как обычно, о своем, о личном, в том числе и о проблемах, если те и существовали, распространяться не собирался. Собственно, с годами ничего не менялось. А не разобравшись…
— Да я и сам не знаю, если честно, на сколько серьезна проблема, да и есть ли та вообще, — признался Дмитрий, успокаивающе коснувшись рукой руки очаровательной собеседницы. Даже его прикосновения действовали на неё успокаивающе. А ему начало казаться, что еще немного и она, все же, сорвется. И это при том, что до сих пор прекрасно себя контролировала. И настроение было как никогда — отличное. Возможно, что и отдых после утренней прогулки, пошел на пользу.
— Проблема в отце, так? — высказала осторожное предположение Лада. — Дим, возможно, я многого не знаю, или не знаю чего-то, — продолжала она уверенно и без какого-либо эмоционального надрыва. Сегодня они просто говорили, чего очень давно не было. — Но мне Алексей Петрович не кажется беспомощным младенцем, нуждающимся в постоянной опеке.
Ему бы её уверенность… Дмитрий, сдержанно улыбнувшись, коснулся губами её ладошки. И всё же она становилась прежней. Его очаровательная Лада.
— Мне — тоже, — признался он, пересаживаясь ближе к молодой особе. — Но демоны детства и юности не всегда легко отпускают, — продолжал полусерьезно, полушутя. — А в нашей семье очень долгое время говорилось о том, что Константинов-старший, то бишь мой отец, совершенно не умеет разбираться в женщинах. От него ждали серьезных отношений, стабильного брака. А он, после развода с моей матерью увлекался юными особами, нередко своими же партнершами по фильмам. Правда, те романы были не долгими и редко, когда продолжались дольше, чем шли съемки очередного киношедевра. Потом, совершенно неожиданно для всех, вернувшись из отдыха в Сочи сообщил о предстоящем браке с Ольгой Петровой, подающей надежды танцовщицей одного из современных музыкальных театров. Вроде бы жизнь у него стала налаживаться. Мальчишка родился. Года три все было нормально, даже отлично, как казалось со стороны. А потом произошел инцидент, который едва не стоил отцу жизни. А там еще этот ковид, с больницами проблемы. Никогда не думал, что придется ходы-выходы искать, через знакомых профессоров устраивать, с которыми контакты еще по институту остались. В общем…
— Он благодарен тебе, — заверила Лада, внимательно выслушав молодого человека, и, все же, приняв решение прервать его монолог. — Но он взрослый человек, Дима. И мне кажется, из того прошлого определенные выводы для себя сделал. Он очень любит тебя, дорожит твоим к нему отношением. Но вот такая опека взрослого человека… Она не всегда дает положительный результат.
— Не ожидал подобное услышать от тебя, — признался Константинов, с удивлением посмотрев на свою очаровательную спутницу.
Вот сейчас увидел её в несколько ином свете. Никогда не думал, что любимый им человечек может столь серьезно рассуждать. И рассуждения вполне взрослого человека. Нет, глупой не была. Да он и не смог бы общаться с пустышкой. Только… Рассудительности в ней оказалось куда больше, чем мог предполагать. А ведь не первый год вместе.
— Обращайся, буду рада серьезным разговорам. — совершенно неожиданно сыронизировала Лада, делая глоток сока из своего стакана. — Какие предложения дальнейшего вечера? — сегодня она всё же собиралась погулять. Тем более, что погода располагала. Вечер стоял теплый, шум прибоя…
— Я бы прогулялся по городку, но теперь даже не знаю… — медленно протянул молодой человек, к чему-то глянув на часы. Времени еще было воз и маленькая тележка. Да и Лада уставшей не выглядела совершенно.
— Ну, в конечном счете, мы всегда сможем сделать вид, что не видим друг друга, — предположила Лада, открыто улыбнувшись. Сколько же он мечтал за последние полгода, чтобы они снова начали общаться как прежде — легко, без непонятного напряжения, без надрыва надрыва.
