— Хм-м… — промычал озадаченный Гэри. Он совершенно точно знал, что никогда не сможет полностью понять таких людей.
— Итак, мне нужен ваш совет — как психоисторика, — напомнил Император.
Сама проблема очень заинтересовала Гэри, но никакие стоящие мысли на ум пока не приходили. Он давным-давно приучился не сосредотачиваться на немедленном решении важных вопросов, обычно ему требовалось просто подождать, пока ответ сам не выскользнет из глубин подсознания. Чтобы выиграть нужное время, Гэри спросил:
— Сир, вы заметили дым за вашими садами?
— Дым? Нет, — Клеон сделал знак невидимым наблюдателям, и тотчас же у дальней стены Зала Аудиенций вспыхнул яркий свет. Огромное пространство заполнилось голографическим изображением Императорских Садов. Столб густого черного дыма еще больше вырос. Клубы дыма извивались на фоне серого неба, словно маслянистая черная змея.
Раздался ровный, лишенный всякой интонации голос:
— Авария в жилых районах. Это досадное недоразумение произошло вследствие заговора механиков.
— Саботаж техников? — О таком Гэри уже был наслышан. Клеон встал с кресла и подошел поближе к голограмме.
— Да, похоже на то. Еще одна шайка недовольных. Непонятно из каких соображений механики вдруг сделались заговорщиками. Нет, вы только посмотрите на это! Сколько уровней уничтожено?
— Пожар распространился на двенадцать уровней, — ответил механический голос. — По данным службы безопасности, потери составляют четыреста тридцать семь человек погибших и восемьдесят четыре — пропавших без вести.
— Какие потери в имперских войсках? — спросил Клеон.
— Минимальные. Несколько солдат пострадали при усмирении взбунтовавшихся механиков.
— Так, понятно. В самом деле потери невелики. — Клеон вплотную подошел к голограмме. Объектив телекамеры скользнул вниз, в глубину выгоревшей ямы. Края шахты напоминали обгоревший дочерна слоеный пирог, на всех уровнях-этажах бушевало пламя, металл конструкций оплавился и растрескался от жара. То тут, то там вспыхивали снопы голубоватых искр от короткого замыкания в электропроводке. Пожарные команды трудились на износ, заливая горящие этажи потоками воды, но пока их усилия не увенчались заметным успехом.
Потом голопроектор показал вид издалека — с орбитальной наблюдательной станции. Наблюдательная программа работала идеально, показывая Императору всю широту своих возможностей. Гэри подумал, что наблюдателям не так уж часто выпадает случай выслужиться перед Императором. Клеон Спокойный — таким не очень лестным прозвищем наградили нынешнего Императора — был совершенно безразличен к большинству страстей, волнующих человечество.
Единственным ярко-зеленым пятном на всей планете были Императорские Сады. Свежая зелень Садов отчетливо выделялась на сером и буро-коричневом фоне кровель и поверхностных агроплантаций. От полюса к полюсу через всю планету тянулись угольно-черные пластины солнечных батарей и серо-стальные конструкции перекрытий. Ледовые шапки с полюсов были давным-давно растоплены, и все воды морей Трентора собраны в подземных цистернах.
На Тренторе проживало около сорока миллиардов человек — в едином всепланетном мегаполисе, погруженном в землю на глубину не менее километра. Запрятанные в безопасных, хорошо защищенных подземных камерах, эти миллиарды давно привыкли к тесноте и искусственному воздуху и панически боялись открытых пространств, к которым в принципе можно было подняться на обычном лифте.
Объектив проектора снова вернулся вниз, в глубину выгоревшей ямы. Гэри различил в голограмме маленькие скрюченные , фигурки людей, которые погибли, не сумев убежать от смертоносного пламени. Сотни погибших… У Гэри похолодело в животе. При такой скученности населения любая катастрофа всегда уносит огромное количество жизней.
И все же, подсчитал Гэри, на один квадратный километр площади должно приходиться около сотни людей. Но люди расселяются не равномерно. Они предпочитают тесниться в особо престижных районах — но только из прихоти, не по необходимости. В цистернах глубоко под землей довольно воды, в огромных подземных пещерах работают автоматизированные заводы, фабрики и шахты, в других подземельях выращивают сырье, из которого изготавливают пищевые продукты — и для всего этого почти не требуется непосредственного участия людей, человеческий труд не используется практически нигде. Общий контроль над автоматическими механизмами лежит на плечах механиков и техников. И вот теперь эти самые техники превратили в кромешный ад огромный кусок запутанного подземного лабиринта — Трен-тора. И Клеон, вне себя от злости, наблюдает чудовищную картину бедствия, смотрит, как огненные зубы пожирают один за другим целые кварталы жилых уровней.
Голопроектор бесстрастно передавал страшные картины: извивающиеся в предсмертных корчах человеческие фигурки, охваченные оранжевыми языками пламени. «Ведь это же настоящие живые люди, а не цифры статистического отчета», — напомнил себе Гэри. Ему сделалось дурно от этой мысли, к горлу подкатил ком. Правитель, облеченный огромной властью, должен уметь игнорировать боль и смерть. Но сможет ли он, Гэри Селдон, когда-нибудь этому научиться?
— Вот вам еще одна загадка, мой дорогой Селдон, — неожиданно сказал Клеон. — Почему техники устроили это широкомасштабное «недоразумение», как выразился мой советник? А?
— Я не…
— Но этому должно быть определенное психоисторическое объяснение!
— Вероятно, истинная причина этого феномена скрыта за внешними проявлениями…
— Так проработайте этот вопрос! Выясните эту причину!
— О, да, конечно, сир.
Гэри знал уже достаточно. Теперь он просто смотрел, как мрачный Император в полном молчании расхаживает перед огромной, во всю стену, картиной страшной кровавой бойни. Гэри подумалось, что, наверное, Император потому обычно так спокоен, что за свою жизнь успел повидать слишком много ужасных картин. И по сравнению с тем, что он видел, бледнеют даже самые страшные кошмары. Печальная мысль: неужели и с наивным, простодушным Гэри Селдоном когда-нибудь произойдет то же самое?
Клеон, по-видимому, придумал, что предпринять. Не прошло и нескольких минут, как Император отвернулся от голограммы, взмахнул рукой, и картина исчезла. Под сводчатым потолком Зала Аудиенций зазвучала приятная тихая музыка, стало заметно светлее. Появились слуги, принесли напитки и закуски. Слуга предложил Селдону стимулятор. Гэри отказался. Ему не по душе были внезапные стремительные перемены настроения. Однако при дворе Императора это, по всей видимости, было обычным делом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
