любому.
— У нас в Девятке не самое безопасное место, — заметила Зита.
— Да уж заметила! — криво усмехнулась спартаковка. — А где оно, безопасное? Для нас — безопасное? Мы же на всю жизнь в политике. В Копейку нельзя, там меня полгорода знает, врачи могут быть в курсе, что не мой ребенок, да и кавказская община из города никуда не делась. Они-то точно моего Гогика заметят и разболтают по всему миру!
На кухню с топотом ворвалась Майка, сноровисто полезла под стол, следом за ней Дениска. Потом в дверях появился восторженный карапуз с мячиком в ручонке. Дети радостно завизжали и бросились на карачках по углам.
— Можно, я здесь останусь? — жалобно сказала Светка. — Я только рядом с тобой чувствую себя в безопасности! Будет твоей дочке родной братик…
— Не родной, — мелонхолично отметила Зита.
Глаза подружки тут же зажглись ненасытным женским любопытством.
— А чья она тогда?!
— А не твое дело, — любезно ответила Зита. — И ничье вообще. Только мое — и дочки. Оставайся, конечно. Каллистратов будет счастлив, надежных людей дико не хватает. И отстреливаться в четыре ствола всяко легче, чем в два. Если вдруг что.
Светка непроизвольно посмотрела в окно, не берет ли спецназ в оцепление дом.
— Про ГБ не беспокойся, — усмехнулась Зита и потянулась к телефону. — Этих-то я сейчас на место поставлю. Ребята просто не знают, перед кем решили проявить свою жлобскую сущность.
— Не думаю, что власти директрисы школы достаточно, чтоб остановить ГБ! — засомневалась Светка.
— А я, Светочка, не только директриса, — рассеянно отозвалась Зита и набрала первый номер. — Я еще и главный координатор проекта по продовольственной безопасности республики. И довеском — полномочный представитель лидера республики в подкупольном городе № 9. ГБ у меня в прямом подчинении. Теоретически. Просто Владимир Данилович считает, что афишировать свои полномочия без крайней необходимости неразумно. А я думаю — он ошибается. И сейчас что-то будет. Мы, Света, даже спартаковцами никогда в масках не ходили.
Ей хватило одного звонка. Оперативный дежурный ГБ не смог объяснить полномочному представителю лидера республики, с какого бодуна спецназ госбезопасности занимается охраной обычных придомовых территорий. Соединить с начальником городского управления ГБ дежурный не захотел, но зато, видимо, поднял панику, в результате подруги вскоре полюбовались в окно, как подъехала оперативка и забрала хромающих бойцов. Вместо них притопали почему-то два охранника Торгового центра. Зита озадаченно покрутила в руках телефон. Это следовало обдумать. В городе вдруг обнаружились какие-то странные связи между неродственными структурами. Где ГБ и где Торговый центр, который вообще частная лавочка? И что хозяевам ТЦ в охране центрального сектора? Головной офис у них, насколько знала Зита, находится в Копейке, явно и проживают там же. И еще что-то крутилось, свербело занозой в голове, что-то недавно слышанное мельком. Но что именно? С детьми, шумихой, ворохом новых сведений так сразу не вспомнить. Тем более что детки быстро наигрались, залезли к ней на колени и притихли, вполне себе довольные. И Гогик-колобок заполз по ноге на коленки к своей Нане, гукнул два раза — и заснул с блаженным видом. Она зарылась лицом в пушистые волосы дочки и закрыла глаза. К черту работу. К черту. Дети… они не плачут. Они просто каждый раз провожают ее такими взглядами, что выть охота.
— Как вовремя ты приехала, — прошептала она. — С моими нагрузками они у меня совсем брошенные. Днем работа, ночью работа…
— Давид такой же, — сочувственно сказала Светка и шмыгнула носом. — Разрывается между семьей и долгом. Вы очень похожи, непонятно, чего вообще разругались, а?
— Да не ругались мы, — улыбнулась Зита и откинулась на спинку кресла. — Он просто всучил мне Майку в руки, развернул в направлении подкупольников и дал пинка для скорости. Как и тебе, подруга, никакой разницы. Вот ты с ним ругалась?
— Ну, я — всего лишь я, — смущенно сказала Светка. — Ну кто я такая? А вот ты…
— Сейчас скажешь — принцесса, или хуже того — грузинка! — буркнула Зита. — Света, ты же там жила! Ну вот скажи сама, может ли чужая для Грузии женщина быть рядом с Давидом? С их тысячелетним национализмом, с их сложнозапутанными межсемейными отношениями? Мало ли что он меня любит, что я была его ближайшей помощницей? Он — мужчина! На нем страна! Развернул и дал пинка под зад, хотя и плакал при этом, и правильно сделал. И вообще, подруга, я все больше убеждаюсь — или государственная служба, или женщина с детьми! Или — или! Мне вот в посту сейчас работать, а у меня дети на руках! Каждый раз ухожу — сердце рвется! Но я сама вляпалась, никто не толкал, а вот ты, Света, извини, но будешь у меня исключительно мамой, понятно? Пока Георгий на ноги не встанет — никаких ответственных постов!
— Да я только за! — хмыкнула Светка. — А на что жить будем? У нас как бы социализм, даром разве что покормят, на остальное надо зарабатывать!
— С завтрашнего дня ты вообще-то инструктор по стрельбе у штурмовиков, — сообщила Зита и осторожно сняла детей с коленок. — Скоротечные огневые контакты и стрельба спецбоеприпасами по средневысотным воздушным целям, на полевых учениях пусть мужики пока за тебя побегают. Капитанского аттестата от Особого Заполярного и четырех часов подработки за глаза хватит. Гогика на летнюю площадку определим, Майка там за ним присмотрит… Всё, карапузики, ухожу, тетю Свету оставляю на вас, не забудьте накормить!
В дверях она вдруг остановилась.
— Что? — мгновенно забеспокоилась Светка.
— Ничего, — через силу улыбнулась она. — Судьбы нет, сколько можно себе повторять… Света, я совсем забыла: тут меня отравить пытались, а кто, пока что непонятно, так что ты поглядывай по сторонам, ага?
И она вышла, оставив возмущенные комментарии подруги за стальной плитой двери.
Пост в центре связи встретил ее привычной прохладой и кучей сводок по агрокомплексам всей сети подкупольников. Она запустила служебные программы и с наслаждением погрузилась в работу. Ну, вот так странно у нее устроена голова! Кому-то нравится петь или заниматься спортом, а вот ей — связывать в один мощно функционирующий организм сложнейшие производства и процессы. Так же, как и генерал-майору Каллистратову.
Кстати, Каллистратов. Как бы доложить Владимиру Даниловичу свое самораскрытие перед ГБ, чтоб не сильно ругался? Она подумала и пришла к грустному выводу, что никак. И решительно включила прямой вызов. Зачем оттягивать неизбежное?
Генерал-майор разворачивал голову в сторону заработавшей секции поста, когда ее сильно толкнуло в сердце. И внезапно пришло понимание.
— Бойцы спецназа ГБ — не наши, — прошептала она онемевшими губами. — Светка сказала, а я,
