и трусики.
– Я же обещала, что приду... я ждала этого момента весь день, – улыбаюсь я ему в губы. Не могу сказать, что он мне противен или хотя бы просто неприятен... Майкл очень хорош собой и вовсе не дурак. Правда, бабник и самовлюбленный индюк, но что поделать? Я прекрасно знала, на что иду и с кем собираюсь встречаться. По-настоящему плохо здесь другое: я совсем не люблю его, я просто играю роль. Это даже как-то грустно, а еще – заставляет испытывать отвращение к самой себе.
С Киром было проще: не нужно было притворяться, выдавливать из себя радость или восторг, и мне это действительно понравилось. И секс с ним понравился – мой первый секс, между прочим! Неудивительно, что когда перед расставанием он неожиданно завел ненавязчивый диалог, я быстро открестилась от возможного разговора: зачем вести беседы с тем, с кем все равно больше никогда не увидишься? Он и так отпечатался в моей памяти... и на моем теле. Я слишком хорошо запомнила его прикосновения, поцелуи и глубокие толчки... Это было приятно, как ни крути. Сладко до дрожи.
Будет ли так же с Майклом? Понятия не имею. Но если он не сможет довести меня сегодня до оргазма – придется имитировать. Печальная правда жизни. Он должен быть уверен, что он неотразим, что он лучший мужчина в моей жизни... хотя догнать Киира будет сложновато, однозначно. Как ни крути, Кир профессионал во всем, что связано с сексом. А Майкл – просто баловень судьбы, привыкший, что ему все преподносят на тарелочке с голубой каемочкой. В том числе и внимание девчонок. Хорош ли он в постели? Черт его знает. Но он точно хорош в умении пускать пыль в глаза.
– Восьмое марта еще не наступило, но я уже приготовил для тебя подарки, – говорит Майкл. – Ничего, если я подарю их сразу?
– Конечно! – киваю я.
Может, хоть что-то интересное будет?
Он помогает мне снять пальто и провожает в гостиную. Пять дней назад я уже была у него дома: ужинала с ним и его родителями. Кажется, Маргарита Петровна и Вячеслав Иванович остались довольны девушкой сына. Так что мой план, что бы там ни говорила Лена, должен сработать. Уже работает. Главное, чтобы с моей мамой подписали договор о продлении сотрудничества еще на десять лет – а там хоть трава не расти! Можно будет спокойно расстаться. Ну, то есть как – спокойно? Максимально мягко. Не хочу обижать Майкла, да и маме тут еще работать и работать... Хочется, чтобы отношения с коллективом остались теплые. Но тогда я буду свободна.
Майкл вручает мне огромный букет тюльпанов и белого плюшевого медведя – банально, но мило. А главное – я знаю, что он сам заработал на эти подарки, а не взял деньги у родителей. Пятый курс все-таки – он уже год как подрабатывает по будущей профессии. Это приятно. Я благодарю его – вполне искренне, – и крепко обнимаю.
– Ты у меня такая красивая, – шепчет Майкл мне на ухо.
– Спасибо, – я опускаю глаза, а он опять целует меня, не сдерживая эмоций. Я поддаюсь, послушно подставляя ему пухлые губы.
– Ты больше любишь белое или красное? – хрипло спрашивает он, наконец от меня отлепившись.
– Красное, – говорю я.
– Отлично! – у него в руках волшебным образом оказывается бутылка, и через мгновение он уже разливает вино густого гранатового цвета по хрустальным бокалам. Романтика, блин. Когда он такой милый – я чувствую себя сукой. В университете он совсем другой: самоуверенный, хайповый, хамоватый, потому что нужно держать марку перед друзьями и бывшими девчонками. Там и мне проще прикидываться по уши влюбленной. Здесь, наедине, эта задачка усложняется, но я стараюсь изо всех сил.
Помимо прочего, у него заказаны роллы, итальянская паста и пара видов десерта. Налегать на еду вряд ли стоит – но я с удовольствием беру палочки, чтобы отведать любимые японские суши. Запиваю вином – им тоже не следует сегодня злоупотреблять. Нужно быть трезвой и контролировать ситуацию. Майкл тоже мало ест – вместо этого пожирает взглядом меня.
Не желая затягивать вечер и нервировать саму себя, я сама провоцирую то, ради чего пришла сюда, логично рассудив: чем раньше начнем – тем быстрее закончим. Неожиданно для Майкла я вдруг устраиваюсь у него на коленях, лицом к лицу, так что мои раздвинутые ноги, между которыми лишь тонкая полоска трусиков, обвивают его по бедрам. Я обхватываю его лицо ладонями и теперь уже целую сама, сплетаясь языками и оставляя у мужчины на губах вкус красного вина и имбирной приправы.
– Ого! – выдыхает он. – Ты уверена, что хочешь этого?
Его вопрос делает мне больно, потому что звучит так искренне, но я улыбаюсь и киваю:
– Конечно, детка...
Я обнимаю его за плечи, а он подхватывает меня под бедра, встает с дивана и несет в свою спальню, чтобы уложить на постель и нависнуть сверху, жарко целуя. Я отвечаю, а его руки уже повсюду: на моей шее, груди, бедрах, между ног... На мгновение меня схватывает паника, но я заглушаю это чувство, вспоминая, как хорошо было в прошлый раз... Вот только Кир знал, что я девственница. А Майкл не знает, что для меня это – второй секс в жизни. Он сминает мое тело нетерпеливо и жадно, а потом быстро переворачивает меня на живот:
– Ты не против, детка? – рычит мне на ухо.
– Нет, – шепчу я в ответ и слышу, как рвутся на мне трусики. Мне почти страшно, но я снова успокаиваю себя: все будет хорошо, все будет хорошо... Возбуждения почти нет, вместоэтого в висках бьется бешеным ритмом пульс. Майкл, тем временем, исступленно шипит мне прямо в ухо:
– Я так долго ждал этого, я так чертовски долго ждал...
Он кончает и изливается в колпачок презерватива еще до того, как я вообще стану достаточно мокрой. Это не больно – но немного неприятно. Между ног саднит, но я послушно стону, подыгрывая его страсти. Потом он падает на спину – прямо как Кир... господи, и почему я сравниваю?! – и смотрит на меня, выравнивая дыхание:
– Тебе понравилось, детка?
– Дааа, – протягиваю я, пересиливая себя, проводя ладонью по его животу и обхватывая пальцами влажный член.
– Прости, что я перевернул тебя... если бы смотрел в глаза – кончил бы
