бок.
Племянница послушно вытащила жвачку изо рта и непринужденно приклеила ее под столешницей. Олег ухмыльнулся и уже напрямую обратилась к Маргарите:
— В урну выкинь и пепельницы почисти.
Рита облокотилась о барную стойку, положив природное богатство на стол и прогнулась в пояснице.
— Будет сделано, шеф, — многообещающе подмигнула она.
Олег дольше положенного смотрел на новенькую официантку, точнее вниз, на них, готовых выпрыгнуть из кофточки в любую секунду, на глаз определил — размер пятый, не меньше. Прочистил горло, осознав, что обратно завис и неприлично пялится, а Рита продолжала очаровывать улыбкой. Они встретились взглядами, что-то порочное и алчное читалось в ее огромных глазищах. Начальник наконец-то отвернулся, сделал обход владений, задержался дольше обычного. Куда бы он не ступал, новенькая официантка словно из под земли вырастала, провоцируя неизбежное столкновение.
— Ой, извините, — хлопала она длинющими искусственными ресницами.
У Олега опять в горле першило и ее длинных ресниц молодой бизнесмен не замечал, как и нарисованных бровей, и пирсинга в носу. Глаза сами на зону декольте падали.
— Ритатуля? — насмешливо обратился к ней, продолжая игнорировать зрительный контакт. — Можно тебя так называть?
— Можешь называть меня, как угодно, — без стеснения перешла она на ты.
Он ещё немного покрутился в ресторане, проконтролировал работу, так сказать, проявил свою власть и силу, отчитав помощника повара за нерасторопность.
Рита смотрела с восхищением, в принципе догадываясь, что представление устроено специально для нее.
В концев концов, Олег выдохся, отдавать команды — выматывающая штука оказывается, взял два десятка готовых чебуреков, пацанов угостить на районе и объявил во всеуслышание, что вечером инвентаризация. Скоро он уезжает на неделю и не желает, чтобы кто-то пользовался его отсутствием в целях наживы.
Любовь недовольно поморщилась, не понимая какая муха сегодня укусила Олежика. Племянница сказала ей не переживать, все под контролем и под конец рабочего дня стала рьяно выпроваживать тетушку домой.
А та далеко не дура, сразу смекнула.
— Ритка, куда ты лезешь? Он женат.
— Ну и что? Теть Люб, ты скажи, когда это кому-то мешало?
Женщина задумалась: ну, да выходило, что никогда. Жена не стена, подвинется. Потом прикинула в уме, кстати очень расчетливом и пришла к выводу, что зять в начальниках — это к деньгам.
— Ладно, дерзни, — дала добро тетя Люба. — Только не переусердствуй.
Она почти не сомневалась в успехе родственницы, вспомнив, что как-то мельком видела жену директора и моментально подобрала точное описание внешности: глиста в скафандре. Тощая девчонка и рядом не валялась с пышногрудой Риткой. И в кого такая уродилась? Мать у нее, родная сестра Любови — дура дурой, отец — алкаш. Наверное, бывают исключения из правил и от осинки родятся апельсинки.
Вот уже и вечер. Олега поначалу обескуражило отсутствие Любы, хотя и не очень. Красотка официантка нисколько его не смущала, он соблюдал дистанцию и пока еще держался, вспоминая периодически жену, когда уж совсем было тяжко устоять перед чарами коварной соблазнительницы. Рита рушила личные границы, то и дело задевая начальника, якобы случайно, бюстом, рукой, ногой, бедром.
И уже совсем обнаглела, перестала пересчитывать товар и пощупала предплечье Олега.
— Ого, ты такой сильный. Качаешься, да?
В очередной раз запершило в горле, прокашлявшись, начальник попытался внести полную ясность, убрал девичью руку и стараясь не обидеть, попросил не отвлекаться.
Он невозмутимо продолжил инвентаризацию, надеясь, что инцидент исчерпан и юное создание начнет соблюдать субординацию.
Конечно, не тут-то было. Рита сделала вид, якобы ничего дурного и не имела в виду. Она просто сделала комплимент. До конца рутинного занятия руки не распускала и держала свои прелести при себе.
Они закончили поздним вечером, только поднялись из погреба, как Маргарита вспомнила, что оставила там сумочку. Пришлось девушке спуститься обратно. И вдруг раздался крик, бросившись вниз на помощь, Олег увидел ее распластавшуюся на земле.
— Ой-ой! Как больно! — схватилась она за лодыжку.
Ее уловка сработала, начальник позволил себя обмануть. Внимательно осмотрел лодыжку и сам лично предложил доставить в больницу.
— Не надо в больницу, — плаксиво отказалась от медицинской помощи лгунья. — Отвези меня домой.
Олег взял ее на руки, а ноша-то тяжелой оказалась, аж вспотел, пока до машины нес. Килограмм восемьдесят, если не больше. По привычке вспомнил почти невесомую Настю, та словно пушинка, нужно крепко держать, чтобы по пути ветром не сдуло.
Усадил официантку в машину и повез домой. Видел бы он, как еще пять минут назад плачущая девушка, довольно улыбалась, отвернувшись к окну.
И песня звучавшая по радио — не иначе знак судьбы.
“Незаметно исчезает призрачный туман,
Ты попался в мои сети, словно мальчуган,
это все — мой сладкий обман…”*
Рите так и хотелось подпевать и пританцовывать.
“Рано, — говорила самой себе и прятала улыбку”.
Глава 8
Ужин давно остыл. Удивительные вещи продолжали происходить с Настей, сегодня сама себе поражалась, а точнее своим доселе скрытым кулинарным способностям. На блюде красовался румяный лосось с овощами. Так и хотелось воскликнуть: “Вау! А можешь, когда захочешь”. Правда, на вкус пока еще не пробовала, хотя какая уже разница. Одним махом Настя сгребла всё стола и выбросила в мусор. Олег не отвечал пятый раз подряд, на улице поздний вечер. Он где-то гуляет и Настю разъедает обида, гложет сердце, ведь мог предупредить, что задержится. Или ему настолько все равно, что даже не соизволил написать одно маленькое смс.
Продолжая злиться, она переоделась в пижаму и с яростью бухнулась на кровать, накрывшись с головой одеялом. Не успела прикрыть веки, снизу послышался щелчок замка — супруг соизволил явиться. Обиженная жена во всю мощь притворилась глубоко спящей и абсолютно безразличной. А внутри, будто кошки скребли: почему всё так?
Олег снова остался без ужина, заглянул в холодильник и перекусив сарделькой, пошел спать, всё-таки за целый день умаялся. Тут еще пришлось пышку-официантку на руках до квартиры нести. А квартира, между прочим, находилась на седьмом этаже. Неплохая вышла тренировка на ночь глядя, Олег уже чувствовал как ломит спину.
Всю дорогу Рита продолжала проявлять напористость, льнула к начальнику всем молодым телом, терлась щекой и всё пыталась наладить зрительный контакт. В кармане куртки разрывался телефон, ответить не получалось. Ну, в самом-то деле, не бросать же девушку на пол. Олег лицемерил, прекрасно осознавая, что девчонка не сломала ногу, а всего лишь подвернула и могла бы прекрасно опираясь на плечо доскакать. Но что-то не давало отпустить ее, игнорируя телефонные звонки. Это что-то влекло и манило, заставляло кровь бурлить.
Тетя Люба забеспокоилась, увидев племянницу на руках у начальства.
— Матерь
