— С чего ты взял? Не боюсь я его.
— Опять врешь. Я заметил что каждая твоя ложь связана с ним. Ну понял, не давлю. Потом разберёмся с твоими страхами. Сначала сон, а утром медосмотр.
— Не поняла, ты серьезно? Я благодарна тебе очень за помощь с лабораторией и переездом, и это твое чудо с чаем и бургером, но правда… Я в норме.
— Значит у тебя искаженное представление о норме. Будем исправлять. Вот мы и приехали! Сиди, не дергайся. Я сам.
Денис отрывает дверь пассажирского сидения и подает мне руку. Спрыгиваю на землю и замираю. Смотрю внимательно на линии подбородка, на светлые волосы и еле заметные морщинки у глаз. Сколько ему? Как мне или чуть старше… Кольца нет, я давно заметила. Ну это не показатель. Вот он носится со мной весь день и никто его не ждёт дома?
— А теперь, попрошу, ключи от твоей машины.
— Машина! Как я могла забыть! Так же все мои и чемоданы, а она на другом конце города! Еще и час пик…
— Я не забывал про твою машину. Ты сейчас даешь мне ключи и документы, я пригоняю твою тачку и подниму чемоданы в квартиру. Ты за это время успеешь отдохнуть и освоиться. Договорились?
— Так ты заранее знал?
— Что ты рассеянная и творческая?
— А ты зануда! Знал, что я забуду.
— Успокойся и иди отдыхай, не забивай голову ерундой. Скоро буду. Если заснешь, не парься — у меня тоже есть ключи.
Денис садится в машину и уезжает, а я стою у подъезда и перевариваю сказанное. Как это у него тоже есть ключи? А Соня мне планировала об этом вообще говорить?
Тринадцатая глава
Уже в квартире открываю все окна, чтобы проветрить и спрашиваю в чате хозяйку, можно ли взять что-то из ее домашней одежды. Она тут же перезванивает.
— Рассказывай!
— Ну он показал мне несколько помещений, но итоговое выбрал сам. Переезд тоже сказал организует. Слушай, спасибо большое что попросила его. Денис не мог вам отказать, а я его так сильно озадачила своими проблемами.
— Да просить особо не пришлось, он как то сам вызвался помогать, я вообще хотела с Радиком поехать тебя перевозить к нам на дачу вместе со склянками твоими. Ден просто у нас еще был и услышал, понял что речь о тебе и поехал спасать.
— Ты не шутишь? Он сам? Надо его потом еще поблагодарить. А то заняла его на весь день, его дома ждали наверно. — не знаю, насколько тактично получилось узнать о семейном статусе своего спасителя. По-моему кривовато.
— Ник, он у нас ночевал, потом весь день с тобой лазил. Как думаешь, ждут его дома с горячим ужином или нет? — выдохнув, проговорила Соня. Она заметила мою кривую попытку разузнать о нем побольше.
— Если мужчина в его возрасте не женат, это вызывает вопросы. Вот и мне теперь интересно.
— Ну и какие будут версии?
— Патологический холостяк?
— Нет.
— Разведён? — гадаю я.
— Снова нет.
— Дважды разведён? — изображаю ужас в голосе.
— Да нет же…
— Трижды? — я уже хихикаю во всю, но интерес стал очень явным.
— Нет, дорогая. Пусть он сам тебе расскажет, я не в праве. Не волнуйся, никакого криминала и он правда хороший человек. Просто его давно никто не ждёт дома…
Я кладу трубку и устраиваюсь на подоконнике с чашкой чая. Без сахара, наконец-то! Из вещей Соньки выбрала джинсовые короткие шорты и майку на тонкий бретельках. Чуть жмет в груди, но да ладно. До приезда моих чемоданов в самый раз.
Кстати о чемоданах. Это он сам припрет же их? Надо как-то его поблагодарить что ли… Заказать что-то из ресторана и покормить его? Как-то банально, он итак, судя по всему, тот еще гурман.
Пока размышляла, нашла на кухне форму для пирога. А почему бы, собственно, и да? Заказала недостающие для пирога продукты а доставке на дом и принялась за готовку. Ощущение, что не готовила вечность. Включила музыку на телефоне, там весело пела Мари Фредериксон из «Roxette» про спящего в ее машине, которого она обещает раздеть. Ну и дальше по тексту песни несколько красноречивых обещаний…
Одна песня из подборки сменяла другую, я пританцовывала и испекла лимонный пирог со сливочной начинкой, измельчила свежие ягоды и сделала из них в одном графине лимонад со льдом, а во втором — залила кипятком и травами. Не знаю, как он любит, но то что должно быть очень сладко — почему-то уверена!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Что я о нем знаю? Почему так волнуюсь, понравится ли ему мой пирог? Да, он хороший друг близких мне людей, это автоматически вычеркивает его из рядов злодеев и маньяков. Помогает мне сам — ну тут просто комплекс спасителя у него. И много свободного времени. Я так и не спросила чем он занимается, совсем вылетело из головы. А еще я заметила, что мы говорили только обо мне. Он умудряется выводить любой разговор на меня и внимательно слушает, задаёт вопросы. Но ничего не рассказывает о себе. Абсолютно. Надо обратить на это внимание и подготовиться к следующему такому допросу. Ох уж эти военные …
Телефон вибрирует рядом и я смотрю на окошко входящего сообщения. Оно от Кирилла и с прикрепленным фото, судя по всплывающему окошку. Я окаменела. Я боюсь брать телефон. Просто не хочу смотреть что там, е хочу читать новые гадости. Ничего хорошего сейчас там точно не будет. Дело не в том, что муж мерзавец. Нет, я любила этого человека. Просто я знаю как он будет себя вести в ситуации когда не прав или проигрывает. В ход пойдут любые инструменты и методы. Он потом будет жалеть и извиняться, говорить что больше никогда такого не допустит. Так было много раз. А сейчас Кирилл точно не оставит меня в покое.
Я ему не нужна. Ему просто нужно что бы я простила, заявила, что не могу жить без него и сама ни с чем не справляюсь. Тогда он примет меня с распростертыми объятиями. А потом сам меня бросит. Да, вот так. Последнее слово должно быть за ним.
Я беру телефон, открываю сообщение.
«И ты меня еще будешь в измене упрекать? Я пока не проверил, как давно Ты мне изменяешь с этим перекаченным деревенщиной.» И фото меня и Дениса. Тот самый момент когда я пересаживаюсь в его автомобиль из своего. Я кладу телефон на стол, тяжело вздыхаю и расслабляюсь.
Да, я плачу! Плачу, потому что обидно. Потому что незаслуженно обвинили, потому что испачкали все что было между нами, так еще и меня в этом во всем извозили. Чем больше я себя жалею и продолжаю раскручивать в голове все свои обиды, тем громче мой плач. Стихаю только когда слышу в коридоре звук открывающейся двери и звон ключей. Потом раздается грохот моих чемоданом и голос Дениса.
Четырнадцатая глава
— Несчастье, это я! Чемоданы притаранил, тачка твоя под окнами и я принес горячий ужин прям из ресторана! Десерт блин забыл, ну ничего, сейчас закажу. О! Пахнет вкусной выпечкой! Ты чего тут колдуешь? — гость очень громко и весело шел по коридору и общался со мной через стену, пока не увидел меня.
А привести себя в порядок я не успела. Так и сижу зареванная.
— Что он натворил еще? — улыбка моментально слетела с лица этого большого добряка и он превратился в какого-то воина из компьютерных игр. Большой, сильный и злой.
Я не могу говорить, ком в горле от стыда и обиды только увеличивается, а запас воздуха в легких наоборот, уменьшается. Молча протягиваю ему телефон. Денис должен знать, мало ли какой следующий шаг предпримет Кирилл.
— И все? Ты из-за этого расстроилась? Забудь, это теперь точно не твоя проблема. Наоборот рад, что так вышло. Теперь имею право решать вопрос с твоим мужем на правах твоего любовника.
Прекращаю плачь и поднимаю на него взгляд. Вот он, чужой человек, стоит надо мной и улыбается так тепло. При желании же одной левой прижмет тут к любой поверхности и пикнуть не смогу. Но я просто смотрю на него и понимаю. Я не боюсь.
Совсем не боюсь его грохочущего голоса, массивных ладоней, льдинок голубых глаз. Я знаю его один день, но не боюсь находится с ним в одной квартире. Кроме нас тут нет никого. Я могу не бежать к входным дверям, спасаясь от большого грозного Медведя. Почему я так уверена, что он не обидит меня?
