— Мне нужно пару минут, чтобы закончить. — Она пожала плечами. — Потом собиралась дома приготовить омлет.
— Омлет меня устроит.
Александра прищурилась:
— Не помню, чтобы приглашала тебя.
Джордан вздохнул:
— Извини, не хотел напрашиваться. Как насчет компромисса? — предложил он. — Тут за углом итальянский ресторанчик. Еда простая, но очень вкусная.
Она откинулась на спинку стула:
— Ты приглашаешь меня на ужин?
— Рабочий ужин, — уточнил он. — У меня до сих пор не было возможности выслушать твои соображения.
Оба знали, что дело в другом: все это время он умышленно избегал ее.
— Значит, ты готов обсудить предложения?
— Да.
Александра колебалась, взвешивая за и против. Она не доверяла ему так же, как он ей.
— Согласна, — решила она наконец.
— Сколько времени тебе нужно?
— Только сохранить файлы и выключить компьютер.
Так просто! Конечно, ей не надо переодеваться или поправлять макияж. Она идет не на свидание, а на деловую встречу.
— Жду тебя здесь через десять минут, — сказал он.
— Хорошо.
Джордан провел Александру к маленькой траттории, которую обнаружил пару лет назад.
— Белое или красное? — спросил он, когда подошел официант.
— Не важно. И принесите, пожалуйста, воды со льдом.
Джордан помнил, что раньше она предпочитала белое. Вкус с годами мог измениться, но он все-таки решил заказать бутылку итальянского пино.
— Спасибо, Жоржио.
— Пожалуйста, Джордан, — улыбнулся официант.
— Раз тебя зовут по имени, ты здесь, вероятно, постоянный гость?
Джордан кивнул:
— Мне здесь нравится. Обслуживает сам хозяин, готовит его жена.
Александра искоса взглянула на него:
— Ты так и не научился готовить?
Он знал, что она имеет в виду. Однажды, когда родители уехали, он пригласил Александру домой. Положив хлеб в тостер, начал целовать ее на диване и забыл обо всем. Только пронзительный вой детектора дыма привел его в чувство. Джордан не мог вспомнить, как отключается сигнализация. Пришлось подложить под детектор мокрое полотенце и открыть настежь окна. Запах горелых тостов выветривался еще целые сутки.
— Так удобнее, — признался он.
После того как Линдси ушла от него к другому мужчине, не столь преданному работе, он перестал готовить для себя и даже не включал микроволновку, чтобы разогреть готовое блюдо. Обедал Джордан в столовой для персонала или, если не было времени, довольствовался сэндвичем, а ужинать ходил в тратторию.
— Что порекомендуешь? — Александра поглядела на Джордана поверх меню.
— Все вкусно, но лазанья особенно хороша.
— Тогда беру лазанью.
Когда Жоржио вернулся с вином и кувшином воды, они сделали заказ.
— Хлеба и оливок? — спросил хозяин.
Александра улыбнулась, а Джордан согласно кивнул.
Если бы полгода назад кто-нибудь сказал Александре, что она будет ужинать с Джорданом Смитом и получать от этого удовольствие, она бы рассмеялась. Джордан вел себя безупречно: был заботлив, обаятелен, остроумен.
Когда Александра одновременно с ним протянула руку к хлебной корзинке, их пальцы соприкоснулись. У нее неожиданно пересохло во рту. В памяти всплыли его более интимные прикосновения, и ее захлестнула волна вожделения. Пробормотав извинения, она быстро отдернула руку.
— Хлеб необычайно вкусный, — заметила она, скрывая смущение и надеясь, что Джордан не догадается о ее мыслях.
Он поднял бровь:
— Я боялся, что ты будешь есть только маслины.
— Почему? — удивилась она. — Ты имеешь в виду калории? — Александра усмехнулась. — Привык ужинать с женщинами, которые волнуются из-за фигуры. Листок салата на ужин и веточка сельдерея по особым случаям?
Я не встречаюсь с такими, — не смог скрыть раздражение Джордан.
Какое ей дело до его женщин?
— Вот еще один слон, — тихо прокомментировала Александра. — Если дальше так пойдет, наберется целое стадо.
— О чем ты?
— Слон в посудной лавке — это запретные темы, которые мы не обсуждаем: прошлое, твой брак, мое замужество, женщины, с которыми ты встречаешься. — Она твердо выдержала его взгляд. — Хочешь еще что-нибудь добавить?
Джордан опешил от неожиданности:
— Твоя прямота обескураживает.
— Так проще избежать лжи.
Что она имеет в виду? Признается, что виновна во лжи, или хочет обвинить его? В конце концов, это она исчезла из его жизни, не удосужившись даже сказать «прощай». Выслушав мнение матери по поводу сложившейся тогда ситуации, он хотел докопаться до истины, но не сумел найти Александру.
— Остается не так много. Можем поговорить о погоде, о работе или посплетничать, — продолжала она. — Что предпочитаешь?
Он заметил смешинки в ее глазах, и напряжение сразу оставило его.
— Давай о работе, пока мы не поссорились.
Александра одобрительно кивнула:
— Прямой ответ.
Это был подходящий момент упрекнуть ее в скрытности, но Джордан не решился, хотя его по-прежнему мучил вопрос: почему она не сказала ему о ребенке? Насколько искренне она любила? Возможно, права была мать и Александра считала его всего лишь счастливым билетом в лучшую жизнь? Пусть все останется в прошлом. Важно, что Александра Беннет оказалась полезным приобретением для «Филдз», ведь теперь семейный бизнес составлял весь смысл его жизни.
— Поделись со мной идеями, — сказал он, устраиваясь удобнее и наблюдая за Александрой, которая просто расцвела, рассказывая о своих планах.
Ее глаза сияли, а щеки раскраснелись. Она действительно любила свою работу, относилась к ней со всей страстью. Джордан пожалел, что слово «страсть» пришло на ум. Он вспомнил, какой страстной она была с ним в постели, когда преодолела стыдливость. Смущение и неловкость первого раза быстро уступили место любопытству и желанию узнать, как получить и доставить максимальное удовольствие…
Он не должен давать волю таким мыслям.
— Почему ты занялась маркетингом? — спросил он.
— Что? — моргнула она от неожиданности.
— Помню, ты хотела преподавать.
— Не имеет значения.
Выражение ее лица подсказало ему, что он попал в больное место.
— Хорошо, оставим это. Просто хотел понять, почему ты выбрала такую карьеру.
Александра пожала плечами:
— Меня перестала устраивать тогдашняя работа. Подруга, которая занималась набором персонала в кадровом агентстве, проверяла на мне свои тесты. Результаты показали, что у меня явные способности к этой профессии. Я устроилась стажером в отдел маркетинга и стала готовиться к экзаменам.
