– Это да, – согласился Альмарт.
Они направились обратно к краю деревеньки и снова наткнулись на груфа.
– Вы идете в ту сторону, где живут два моих братца. Не передадите ли вы им привет от меня? – спросил груф. Причем, это был совсем не тот груф, которого они встретили парой часов ранее.
– Вы тоже их братец? – удивилась Настя.
– Разумеется, – кивнул груф. – Так вы передадите им привет, если встретите?
– А почему бы вам самому не навестить их и не передать привет?
– поинтересовалась Настя.
Этот вопрос смутил груфа. Он почесал затылок, подумал пару секунд и наконец выдал:
– К сожалению, я слишком занят. Извините.
Он зашагал дальше, а Настя рассмеялась.
– Какие же они забавные, – сказала она, когда смех сошел на нет.
– И странные.
– Магические существа, – поддакнул Альмарт и тоже хихикнул.
– Неестественно появившиеся, – добавил он странное и длинное слово и зашагал прямиком к страшному домику, который уже было видно.
Настя поспешила за ним, посматривая на чертополох за покосившимся забором. – Интересно, а если там….
– А если там кто-то живет? – спросила она у волкана, ускорив шаг, чтобы его догнать.
– Кто же может тут жить? – подтверждая её мысли, буркнул Альмарт. За время их скитания по домам деревенских жителей он заметно посмурнел. А кому понравится, что его не пускают в дом из-за того, что он не такой расы?
Подойдя к калитке, они оба замерли, постояли несколько секунд, и после этого Альмарт решился её открыть. Калитка оказалась незапертой. Она жалостливо проскрипела, потом охнула, ахнула и застряла, открывшись всего наполовину.
– Дальше не идет, – констатировал волкан. – Можно, конечно, попробовать открыть полностью, но не хочется ломать.
– И не надо, – согласилась Настя. – Тем более, что тут хватит места для прохода даже толстяку. Смотри какой проем.
Пересилив страх, она первая шагнула в заросший колючками двор и в наступающем полумраке медленно двинулась по узенькой тропинке, стараясь не задеть колючки. Но, казалось, колючки сами потянулись к ней и через пять шагов уже три штуки висели на её джинсах.
– Фу. Отдери их, – скривившись, попросила Настя волкана, и тот торопливо отцепил их и бросил на землю.
– Странное место, – сказал он, настороженно поглядев на дом. – Колючки сами к тебе потянулись. Как живые.
– Ты тоже это заметил?
Волкан промолчал, обошел Настю, собрав при этом на штаны с полдюжины колючек и, торопливо взбежав по стареньким ступеням крыльца, постучался. Повисла тишина. Настя и Альмарт молчали, с той стороны двери тоже не было ни единого звука.
– А зачем ты стучишь, если тут никто не живет? – шепотом спросила Настя, теряя от нависшей тишины самообладание.
– А вдруг живет? Ладно, – он осторожно надавил на дверь рукой и та, скрипнув, поддалась. – Значит, всё-таки не живет, – констатировал он и, зажав нос лапищей, заглянул в темный проем.
Из дома запахло травами, кошкой и прокисшим молоком.
– Фу, – снова выдохнула Настя, выглядывая из-за спины Альмарта.
– Что за неприятный запах.
Волкан промолчал, раскрыл дверь сильней и шагнул внутрь, а Настя тут же приблизилась к нему и вцепилась в его предплечье. – Ничего не видно.
– Надо бы зажечь лучину. Хотя… Чем? У тебя есть огниво?
– Что у меня есть? – не поняла Настя.
И в этот момент внутри дома кто-то громко чихнул, а дверь за их спинами с грохотом захлопнулась.
– Ой, – вскрикнули одновременно волкан и Настя и бросились к двери. Но как они ни старались, открыть её у них не получилось. А внутри дома снова чихнули и противный скрипучий голос поинтересовался: – В гости ко мне, что ли кто-то? Кто там?
– Это мы, – тяжело проглотив слюну, сказала Настя. – Откройте, пожалуйста, дверь.
– Что значит откройте? – удивился скрипучий голос. – Только пришли и уже уходить? Да я, может быть, целых два года ждала, когда ко мне кто-то придет. Может, я хочу проявить себя в качестве гостеприимной хозяйки.
– Вы лучше себя проявите в каком-нибудь воплощении, чтобы мы вас увидели, – буркнул Альмарт, вглядываясь во мрак.
– Да это я с радостью, это я пожалуйста, – проскрипел голос, и в паре метров от испуганных Насти и волкана появилась темная женская фигура. – Ну, как я вам?
– Плохо видно, – честно сказала Настя. – Только силуэт.
– Гримлик! – вдруг громко крикнула обладательница голоса, и Настя с волканом вздрогнули. И от страха, и от имени, которое показалось Насте очень жутким. Гримлик…
За спиной темной фигуры появилось легкое свечение, сделав её очертания еще ужасней, потом свечение начало расти, и, наконец, Настя и волкан увидели источник этого света. Им оказалось маленькое, похожее на светлячка, существо.
– Спасибо, Гримлик, – сказала хозяйка дома, и Настя, почувствовав, что страх исчез, хихикнула. Гримлик оказался не жутким, а вполне себе милым. Просто большой светлячок с огромными грустными глазами и светящимся брюшком…
А вместе с Гримликом появилась и возможность разглядеть хозяйку страшного домика. Это была старушка лет шестидесяти с дряблой кожей, длинным скрюченным носом и черными злыми глазками. Страх внутри снова появился, но Настя все же улыбнулась и сказала:
– Здравствуйте. Мы просто не нашли, где переночевать и подумали, что…
– Да кто ж пустит к себе волкана? – она шмыгнула носом. – Ох, чую я тебя волкан, чую так, что аж чихнуть хочется. И чего ты сюда приперся?
– В гости, – буркнул Альмарт.
– Мы подумали, что в этом доме никто не живет, – закончила Настя свою фразу.
– Сразу видно, что вы издалека. Местные все знают, что здесь живу я – колдунья Зигретта, и поэтому в этот дом никто никогда не приходит. Вы, случаем, не пришибить меня пришли?
– Нет, что вы, – одновременно проговорили Настя и волкан.
– Ну и хорошо, – бабуля-колдунья усмехнулась. – А то пришлось бы вас сначала испепелить, а потом тот пепел в огороде закапывать. Хлопотно это всё, да и неохота.
– Не надо нас испепелять, – сказала Настя. – Мы не причиним вам вреда.
– Вы? Мне? Вреда? – колдунья рассмеялась. – Ишь, как смешно ты говоришь, девочка. Да в окрестности нет того, кто сумеет меня одолеть. Я самая сильная колдунья тут.
– Вы же сами сказали, что мы издалека. А вдруг мы тоже сильные колдуны?
– Волкан и колдун? – старушка вновь захохотала, но быстро закашлялась и махнула рукой. – Не смеши так старую женщину… Кх-х-х. Не видишь, слаба я уже так смеяться.
– А вдруг она колдунья? – Альмарт кивнул в сторону Насти. – Вы же не знаете. – Девочка, ты колдунья? – старушка посмотрела на неё с интересом.
– Нет, – честно ответила Настя. Зачем казаться тем, кем не являешься? Обычно это заканчивается очень плохо. – Я только могу сделать так, чтобы грибы пели.
– Грибы пели? – голос старушки стал вдруг слаще меда. – Так ты мне и нужна, деточка! Проходи же скорее в дом, я и накормлю, и спать уложу.
– Что-то странное, – шепнул волкан, склонившись к Насте.
– А ты ей не шепчи ничего, волканище, – голос старушки снова стал прежним.
– Не называйте моего друга так, – вступилась за Альмарта Настя и гордо выпрямила спину.
– Ах, он твой друг? Ну извини, волканчик. Проходите, гости дорогие, – колдунья указала рукой себе за спину. – Там и стол вам накрою, и кровати постелю. Всё будет как в лучших постоялых дворах нашей деревеньки. Правда, он у нас тут один постоялый двор, но не менять же из-за этого поговорку.
Настя с волканом потоптались на месте и нерешительно шагнули вперед.
– Смелей, смелей, – подбодрила их колдунья. – Я, сказать честно, не такая злая, как обо мне думают другие, а особенно с теми, кто может оказать мне маленькую услугу.
– Какую услугу? – остановившись, насторожилась Настя.
– Не бойся, девочка, – сказала старушка елейным голосом. – Это такая маленькая услуга, что говорить о ней до ужина даже не стоит. Вот покушаем, тогда уже и обсудим.
– Нет, давайте уж сразу, – рявкнул вдруг Альмарт и заслонил собой Настю.
– Выкладывай всё начистоту, старая ведьма.
– Не ругайся, волканчик, не надо, – бабуля шутливо погрозила пальцем.
– Я ничего плохого ведь не задумываю. И даже больше скажу, я бы дала в ответ что-нибудь необходимое вам, если бы вы мне помогли.
– А в чём помогли? – спросила Настя, пытаясь угадать, что задумала колдунья. – Только знайте, мы на противозаконные действия не пойдем, потому что так нельзя.
– Это кто тебе сказал?.. Ай, ну и ладно. Услуга, о которой я попрошу, совсем не против законов… Да и какие законы у нас в Силках? Главное, чтоб не обижали друг друга жители, да и всё. А так, каждый за душой грешок имеет. Кто на рынке монетку сдачи не додаст, кто товар плохой продает, кто у соседа дров ночью украдет, – она махнула рукой. – Да всякое бывает, чего уж там. Я рядом с некоторыми прямо святой выхожу. Дров не ворую, порченого товара не продаю, даже на коров проклятия не накладываю, чтобы молоко кисло. А услуга… Что услуга? Ладно, так и быть, сейчас скажу. Вещицу одну я вернуть хочу. Свою. Сумка моя со снадобьями для отваров особых, темно-зеленая, как сейчас помню. В лесу колдовском, что с юга у деревни начинается, она лежит, да вот незадача – охраняет тот лес злое чудовище. И чары мои на него ну никак не действуют. Но узнала я как-то, что от пения грибов чудище это засыпает. А тут и ты, девочка, – колдунья ласково посмотрела на Настю. – И ты мне поможешь, и я тебе дам что-нибудь. Мышиных хвостов сушеных для заговоров, или отвар какой-нибудь колдовской, например. Хочешь отвар против хворей разных?
