До сегодняшнего дня в принципе все складывалось так, что нерусский, войдя в большую политику, в конечном счете становился русским политиком, как бы там ни пытался скрыть свою реальную национальную принадлежность. Возьмите тех же самых Анатолия Чубайса, Григория Явлинского, Бориса Немцова, Евгения Примакова. Я отличаюсь от них тем, что не пытаюсь скрывать эту проблему. Вопрос национальной принадлежности - это всегда вопрос внутренней идентификации, кем ты сам себя осознаешь. Это вопрос, который абсолютно не связан с кровью. Мы знаем людей, у которых четверть еврейской крови, и они говорят: «Я - еврей». И наоборот, у них четверть русской крови, они говорят: «Я - русский». И точно так же в отношении других наций. Сам я себя идентифицирую, скорее, космополитично. Мне не удалось выработать стойкого инстинкта национальной принадлежности. Отчасти это нашло подтверждение в том, что я в достаточно позднем возрасте крестился, ведь в России религия и национальность - почти одно и то же. Это было в 1994 году, а поскольку я родился в 1946-м, то легко посчитать, сколько мне уже было лет. Крестился в Тарасовке, это такое место под Москвой. Моя первая жена оттуда, и я сам там много лет прожил.
Православие - это религия, а еврей - это национальность. Точно так же, как еврей может стать православным, русский может стать иудеем. Будучи евреем по национальности, я конечно же пытаюсь помогать евреям, но эта помощь никогда не проявлялась в виде участия в создании какой-либо из многочисленных российских еврейских организаций. Никаких специальных отношений с этими организациями я не поддерживаю. Я нисколько не сомневаюсь, что другие не считают меня русским, ияне пытаюсь казаться русским. Из этого совсем не следует, что интересы России для меня менее значимы, чем для Зюганова Геннадия Андреевича или других с вполне благозвучными фамилиями, именами, отчествами.
Антисемитизма на государственном уровне в России сегодня не существует. Это совсем не означает, что в России нет антисемитизма. В России есть антисемитизм, как и во многих других странах, - тут не должно быть никаких иллюзий. Россия в этой печальной области не является лидером, и слава богу, что в России антисемитизм существует сегодня не на государственном уровне. Как и в других странах, эта тема стала гласной, а слово «еврей» перестало быть ругательным, и обсуждение этой проблемы абсолютно важно для общества, причем не обязательно в плане того, какой вес или какое значение имеют евреи в России, а в плане того, какое значение имеют не только русские в России.
Нужно точно и без лицемерия понимать, что русские в России являются прежде всего нацией, которая образует государство. Мы не стесняемся говорить, что живем в пространстве русской культуры; мы не говорим: «российская» культура. Естественно, проблема евреев в России выпукла, и именно потому, что евреи в наибольшей степени заботились о своей национальной принадлежности, что не является исключительным для России, это отмечается и в других странах.
Но вопрос национальности остается, потому что подавляющее большинство очень богатых людей - евреи.
Я, конечно, пытался найти ответ на этот вопрос. Мое понимание той среды, которую называют «русским еврейством», весьма ограниченно. Моя первая жена - русская, моя третья жена - русская, а вторая жена - татарка. Но мне кажется, что все-таки есть отличия в самосознании русского и еврея. Есть черты, которые зародились не в течение одного поколения, а складывались столетиями, тысячелетиями.
Судьба еврейского народа совершенно отлична от судьбы русского народа. Иногда диаметрально противоположна. Евреи - очень древняя нация, а русские - молодая. Мы знаем, какие черты присущи молодости и какие - старости. У каждого возраста есть свои плюсы и есть свои минусы. Особенность русских состоит в повышенной чувствительности к окружающей среде, к новой информации, к изменениям, уже произошедшим или происходящим сегодня. В чем сила евреев по сравнению с русскими? В интуиции. Не в сегодняшних ощущениях, а в умении предвидеть. Это не расчет. Вот я плохой аналитик, но каким-то таинственным образом чувствую, что произойдет через некоторое время. Если в логических терминах сформулировать это различие, то русские -это индуктивный способ мышления, а евреи - дедуктивный способ. Думаю, именно это является одной из причин крупных успехов в бизнесе. В бизнесе важно предвидение, предчувствие еще не наступившей ситуации. Многие евреи рано почувствовали конец государственной собственности. А многие русские до сих пор верят в ее незыблемость. Русские всегда слишком полагались на государство, на власть, на царя-батюшку, на генерального секретаря, верноподданнически служили им, получая взамен определенные гарантии безопасности. И если евреям приходилось как-то крутиться для того, чтобы в институт попасть, чтобы членом партии стать, то русскому не нужно было крутиться.
Евреи ничего не захватили. Была жестокая конкурентная борьба. Начальные условия для всех были равны. Евреи были в лучшем положении только потому, что все возможности прежней системы для них были исчерпаны некоторым ограничением, выставляемым государством. Так что евреи начали на равных жесткую конкуренцию. Многие из них добились успеха, так же как многие потерпели поражение. Действительно, в высшем эшелоне бизнеса очень много евреев. Но они работали не покладая рук, «вкалывали», зарабатывали, падали от пуль киллеров, взрывались в автомобилях. Все, кто сегодня в России хочет работать, имеет возможность работать.
Сегодня еврею претендовать на то, чтобы управлять таким государством, как Россия, неправильно. Россия никогда не была империей, и вина в этом только самой России. Россия как империя не состоялась, потому что русские, как коренная нация России, к сожалению, не смогли преодолеть некоторый комплекс, который бы позволил им интегрироваться вместе с другими нациями. Я не хочу вдаваться в толкование причин, был ли это эффект самозащиты после татаро-монгольского ига или что-то другое. Но русские не смогли поступить так, как поступили люди в Америке. В Америке тоже была дилемма. Когда создавались Штаты, там тоже был вопрос, поделить ли Штаты на территории с преимущественным проживанием англичан, французов, испанцев; велся спор: а не сделать ли в одном месте испаноговорящие кантоны, в другом -англоговорящие, в третьем еще какие-то? Джефферсон принял принципиальное решение, что это недопустимо, поскольку разрушит страну. Так возникли предпосылки для создания реальной империи. Америка сделала свой выбор. Гениальные люди, которые основывали Америку, поняли, что самое главное - это то, что каждый человек должен быть свободным.
Я приведу простой пример: кубинцы после кубинской революции побежали в Штаты, во Флориду. Американцы сначала сопротивлялись этому, потому что их было много. Но потом, когда поняли, что их совсем много, пустили их в Америку, дали грин-карты, сказали: хорошо, вы теперь американцы, идите и работайте. Я представляю себе ситуацию, если бы афганцы массово повалили бы в Россию. Конечно, вначале сильно бы сопротивлялись, но, когда поняли, что их миллион или больше, впустили бы и создали автономную афганскую республику.
Вера и свобода
Для меня самый главный Учитель - Иисус Христос. Если человек однажды почувствовал в себе что-то, что сложно объяснить рационально, а потом прочитал Библию, а некоторым это удалось сделать в раннем возрасте, то понятно, что после почти неинтересно все, что читаешь с точки зрения знания. Конечно, интересно читать с точки зрения звука, языка, точно так же, как интересно слушать Моцарта, Баха, Бэйера. Это просто разная музыка, ощущения, точно не знания. Но когда все эти ощущения переведены в знания и опять эти знания сразу переводятся в ощущения, то становится скучно читать все остальное.
Самым главным философским завоеванием, самой главной философской мыслью человечества является понимание того, что Бог един. Именно это представление и позволяет говорить о единых законах, которые правят миром. Например, в язычестве есть бог воды, бог луны, бог солнца - значит, есть отдельные законы для воды, отдельные законы для солнца, поэтому нет места никакому научному знанию. И только понимание того, что Бог един, позволило жить в сегодняшнем мире; понимание, что одни и те же законы правят миром в целом. Моисей обучал Десяти заповедям своих людей, а Иисус Христос говорил о том, что мы с ними рождаемся, а не узнаем после. Это как биология до Менделя и после него. До Менделя передаваемые признаки считались приобретаемыми, а после Менделя это уже рассматривалось как структура наследственности. Вот и мы теперь, можно сказать, рождаемся с геном веры. Он может проявляться или не проявляться, это другой вопрос. Но мы с этим рождаемся, рождается, чтобы не убивать, не красть. Мы несем это в себе, этому не нужно учить. Это часть нас.
