повесили свою одежду на деревья, где также висят предназначенные для умащения сосуды с оливковым маслом и губки. Фигуры обнаженных девушек художник изобразил черными силуэтами, а затем прорисовал белой краской, сохранившейся лишь частично. Тела купальщиц имеют полностью сформировавшиеся женские формы. Две девушки, справа и слева, подставляют головы под струю воды, бьющую из скалы. Две другие изображены в движении на широкой платформе. Еще две взобрались на высокий помост, одна собирается прыгать в воду, другая наблюдает за ней. Наконец, седьмая уже плавает в намеченных жидкой черной краской морских волнах.
17
Девушки, купающиеся в море (?). Афинская амфора. Около 520 г. до н. э.
Многих историков озадачивала нестесненная нагота юных гречанок в этом раннем архаическом памятнике. Она не вязалась с представлением о строгих правилах приличия, которым подчинялось в Древней Греции изображение женщин, и в особенности молодых девушек. В отличие от молодых мужчин, которых охотно изображали в «идеальной наготе», подход к передаче обнаженного женского тела и в самом деле был куда более стыдливым. Поэтому многие исследователи видели в этом необычном изображении на амфоре мифологическую сцену: святилище в гроте с алтарем и собравшиеся туда на купание нимфы. Однако такая интерпретация не убеждает: трудно представить себе, что алтарь используют для прыжков в воду. Развешанные на ветвях платья и принадлежности для ухода за телом, непринужденное совместное купание и плавание – всё это плохо вяжется с представлением о полубогинях. Перед нами явно сцена повседневной жизни: грот у моря с помостом для прыжков в воду; конечно, помост здесь намного ниже, чем вышка Пестумского ныряльщика – но предназначение у этого женского варианта сходное.
18
Купальщицы у реки. Крышка бронзового зеркала. Около 300 г. до н. э.
Похожий мотив встречается и на краснофигурной амфоре того же времени. Четыре девушки разделись на берегу (илл. 17). Колонна означает архитектурно оформленное святилище у моря. В центре девушка с распущенными волосами готовится прыгнуть с трамплина. Ее подруга с заколотыми наверх волосами уже плывет по волнам, широко разводя руками, в компании двух рыб. Еще две девушки наблюдают за ними: одна, со спортивной шапочкой на голове, льет себе на ладонь оливковое масло из круглого сосуда, так называемого арибалла, чтобы умаститься перед купанием; другая, тоже в шапочке, возвращается в здание. Эти девушки с их экипировкой и спортивными развлечениями совсем не похожи на нимф – перед нами сцены реальной жизни гречанок.
Сохранились изображения подобных сцен и у реки. Ныне утраченная чаша из Спарты была даже древнее, чем обе афинские вазы. Великолепное качество этого сосуда в нынешнем разбитом состоянии едва угадывается. На чаше три обнаженные девушки купаются – присев или стоя на коленях – в воде, окруженной густыми зарослями плодовых деревьев и кустов. Их также трактовали как божественных нимф, поскольку столь откровенное изображение реальной наготы казалось непристойным. Однако нимф принято было изображать в единой манере, а различные позы купальщиц указывают скорее на сцену из реальной жизни.
Еще отчетливее черты бытовой сцены проявляются в рельефе на крышке бронзового складного зеркала конца IV века до нашей эры из женского погребения в Элиде. Здесь изображены четыре девушки, за чьим купанием наблюдает бородатый речной бог. Одна из них поливает подругу водой из кувшина, две другие моются самостоятельно (илл. 18). В них тоже традиционно видят нимф, ссылаясь на святилище с серным источником в – довольно далеких – окрестностях. Однако мытье паховой области губкой и мягкая обувь на ногах ясно указывают на то, что перед нами – земные девушки, скорее всего невесты в святилище за подготовкой к свадьбе.
06
Девушки у моря: места?
Собирались ли в Древней Греции девушки на совместное купание, или все эти картины лишь игра воображения? Документального подтверждения в виде эротических надписей, как в местах купания юношей на Фасосе и Фолегандосе, ожидать не приходится. Женская и девичья физическая культура и эротика были в гораздо большей степени закрыты от посторонних глаз и никогда не составляли влиятельную социальную институцию, как у мужчин. Но это не означает, что этой сфере не было места в реальности. В науке долгое время существовало представление, что гречанка, точнее, гражданка греческого полиса практически не знала радостей жизни. Ее роль якобы сводилась к управлению домашним хозяйством, рождению потомства, желательно сыновей, и воспитанию детей до начала подросткового возраста. Предполагалось, что женщина бо́льшую часть времени проводила дома, в то время как мужчины свою любовную жизнь проживали вне дома, с эфебами в местах общественного спорта – палестрах и гимназиях и с гетерами на симпосиях. Затем в этом представлении увидели односторонний конструкт буржуазной науки XIX века, и современные исследования внесли в него коррективы. Супруги граждан греческих полисов также следовали идеалу отличной физической формы и эротической привлекательности. Частью этой программы были спортивные тренировки в отрочестве. В Спарте и других местах устраивались соревнования по бегу для девочек, в Олимпии каждые четыре года в промежутках между большими мужскими Олимпийскими играми проходили посвященные богине Гере спортивные соревнования для девочек в трех возрастных группах. Это, несомненно, предполагает предварительные тренировки.
19
Обнаженные девушки за ритуальным бегом. Сосуд на ножке (кратериск). Браврон (сегодня Враврона). Около 500 г. до н. э.
Что до замужних женщин, они, бесспорно, должны были следовать нормам сдержанности, приличия и подчинения поведенческим идеалам, обусловленным мужским господством в обществе. Популярным общим местом было сравнение свадьбы с укрощением строптивого жеребенка. Но как раз в этом сравнении и просматривается подспудная физическая и психическая энергия, одновременно притягивавшая и пугавшая мужчин. На поверхность этот потенциал женской независимости вырывается в комедии Аристофана Лисистрата, где женщины из протеста против затеянной мужчинами войны отказываются исполнять супружеский долг. Основы женской самостоятельности закладывались практиками и ритуалами отрочества.
В этом контексте следует рассматривать и купание в море. Святилища в гротах, посвященные женским божествам, имелись, судя по всему, в самых разных местах. Так, непосредственно у городских стен города Локры в Калабрии находится грот Карузо, служивший святилищем. Перед гротом устроен бассейн, к которому ведут ступени. Небольшие терракотовые модели, приносившиеся в святилище в качестве обетных даров, изображают именно такие святилища с бассейном. Бассейн этот слишком маленький и мелкий, чтобы плавать и нырять, но его размеры позволяют полностью окунаться и купаться.
В Афинах, как известно, молодые девушки из знатных семей отправлялись на время перехода в статус девушки на выданье в приморские святилища Артемиды на аттическом побережье – в Браврон к востоку от Афин, в Мунихию – к
