Однако в последнее время дорога все чаще приводила ее к поселению у озера, причем «навестить маму» было лишь поводом. Кура открыла для себя любовь. За ней ухаживал молодой Тиаре, причем, к сожалению, не так невинно, как было принято в этом возрасте среди детей пакеха.
Гвинейра, которая когда-то спокойно стерпела влюбленность своей дочери Флёр и Рубена О’Кифа, забила тревогу. Она ведь знала, насколько свободны нормы сексуальной морали у маори. В их племенах мужчины и женщины с легкостью вступали в отношения, и брак считался заключенным только тогда, когда двое делили ложе в общинном доме. То, что происходило до этого момента, племени было безразлично, ибо детям здесь всегда радовались. Похоже, Кура собиралась ориентироваться на обычаи маори, а Марама вмешиваться не хотела.
Гвинейра, Джеймс и все остальные здравомыслящие люди в Киворд-Стейшн опасались вмешательства Тонги. Конечно же, Гвинейра надеялась, что Кура заключит брак с белым мужчиной из их круга, но внучка и слышать не хотела об этом. Пятнадцатилетняя девушка вбила себе в голову, что хочет стать певицей, и ее необычайно красивый голос и ярко выраженная музыкальность наверняка послужили бы для этого хорошей основой. Однако можно ли мечтать о карьере оперной певицы в столь юной стране, к тому же пуританской? В Крайстчерче, например, в первую очередь построили собор, в остальных городках — железную дорогу… Никто и не думал о театре для Куры Уорден! Хизер Уитерспун, конечно же, вбивала в голову своей подопечной мысли о консерваториях в Европе, об оперных театрах Лондона, Парижа и Милана, которые только и ждут певицу такого калибра. Но даже если бы Гвинейра (и Тонга) согласилась бы на это, возникал вопрос: воспримут ли ее, Куру, бывшую наполовину маори и обладавшую экзотической красотой, которая восхищала каждого, всерьез? Будут ли смотреть на нее как на певицу, а не как на диковинку? Где окажется этот избалованный ребенок, если Гвинейра действительно пошлет ее в Европу?
Похоже, Тонга намеревался решить эту проблему по-своему. Не только Энди Мак-Эрон подозревал, что он дергает за ниточки предмет новой любви Куры. Тиаре был кузеном Тонги, союз с ним значительно укрепил бы права маори в Киворд-Стейшн. А мальчику было всего шестнадцать, к тому же, по мнению Гвинейры, он был глуповат. Тиаре в роли хозяина Киворд-Стейшн рядом с не интересующейся делами фермы Курой, которая только и делает, что бренчит на фортепьяно, — для Тонги это наверняка стало бы кульминацией всей его жизни, однако для Гвин казалось немыслимым.
— Отъезд Куры в Квинстаун на несколько недель сейчас не поможет, — произнес Джеймс. — Наоборот, там перед ней на колени встанут дюжины золотоискателей. Она будет купаться в комплиментах, будет всякому казаться интересной и в конце концов станет еще более поверхностной, чем прежде. А когда она вернется, Тиаре все еще будет здесь. И если ты решила его как-то убрать отсюда, Тонга найдет кого-нибудь другого. Это ничего не даст, Гвин.
— Она становится старше и разумнее, — заметила Гвинейра.
Джеймс закатил глаза.
— Неужели тебе удалось заметить в поведении Куры какие-то признаки взросления? До сих пор она становилась только безумнее! И эта Хизер Уитерспун все только усложняет. Я первым делом отправил бы ее обратно в Англию, понравится это маленькой принцессе или нет.
— Но если Кура упрется, мы ничего не добьемся. Тем самым толкнем ее в руки маори…
Джеймс присел рядом на кровать Гвин, и она прижалась к нему, ища поддержки.
— И почему все всегда так сложно, — вздохнула она. — Жаль, что наследник не Джек, тогда нам не о чем было бы и думать.
Джеймс пожал плечами.
— Не о чем было бы думать, если бы наследницей была бы и Флёретта. Но нет же, этот Джеральд Уорден обязательно должен был сделать еще одного наследника мужского пола, причем силой. И мне доставляет некоторое удовлетворение, что сейчас он переворачивается в гробу! Его Киворд-Стейшн не только в руках полумаори, но еще и девушки!
Гвинейра невольно улыбнулась. Что касается вопросов наследования, маори в любом случае намного разумнее. Здесь не было проблем, когда Марама родила на свет девочку; мужчины и женщины обладали равными правами на наследство. Жаль только, что Кура так непослушна и унаследовала от деятельной и скорее практичной, чем ленивой, Гвинейры только лазурно-голубые глаза.
— Сейчас я свожу ее в Квинстаун, — наконец решительно произнесла Гвинейра. — Может быть, Хелен сумеет вправить ей мозги. Иногда человеку извне удается сделать больше. Как бы там ни было, Хелен играет на рояле. Кура отнесется к ней серьезно.
— А мне придется обходиться без тебя, — надулся Джеймс. — Перегон скота…
Гвинейра рассмеялась и обняла его за шею.
— Перегон скота должен тебя занять более чем достаточно. Джек уже весь в предвкушении. И ты мог бы взять с собой мисс Хизер — в кухонной повозке. Может быть, она пойдет по доброй воле!
Стоял март, и накануне предстоящей зимы нужно было собрать наполовину одичавших в горах овец и вернуть их обратно в загоны. И так повторялось каждый год, что требовало сил всех работников фермы.
— Поосторожнее со своими предложениями! — Джеймс провел рукой по волосам жены и нежно поцеловал ее. Объятия возбудили его. Да и что можно возразить против небольшой порции любви в первой половине дня? — Я уже однажды влюбился в женщину, которая ехала в кухонной повозке!
Гвинейра рассмеялась. Она тоже задышала чаще, при этом терпеливо дожидаясь, пока Джеймс справится с крючками и петельками ее легкого летнего платья.
— Но не в кухарку, — заметила она. — Я еще хорошо помню, как ты послал меня в первый же день искать пропавшую овцу.
Джеймс поцеловал ее плечо, затем все еще упругую грудь.
— Это помогло спасти жизнь отряда, — с улыбкой заметил он. — После того как мы попробовали твой кофе, мне пришлось убрать тебя с дороги…
Пока Гвинейра и Джеймс наслаждались свободным часом, Хизер Уитерспун направилась к своей воспитаннице Куре. Она нашла девушку у фортепьяно и поспешила сообщить ей о решении бабушки: ее учительница в Квинстаун не едет. Кура отнеслась к этому на удивление спокойно.
— Ах, мы все равно не останемся там надолго, — заметила она. — Что нам делать среди этих провинциалов? Отправься мы хотя бы в Данидин… Но ехать в это старательское захолустье? Да и люди там мне почти не родня. Флёретта что-то вроде наполовину тетки, Стивен, Джордж и Илейн мои, так сказать, троюродные братья и сестра, так ведь? И что мне с ними делать?
Кура снова повернула свое красивое личико к нотам. К счастью, в Квинстауне тоже будет фортепьяно, в этом ее клятвенно заверили. И, может быть, эта мисс Хелен действительно что-то понимает в музыке, а может быть, и побольше, чем мисс Хизер. За Тиаре она все равно скучать не будет. Конечно, приятно, когда тобой восхищаются, целуют тебя и ласкают, но она ведь не станет рисковать… Никакой беременности! Возможно, бабушка Гвин и считает ее глупой, а мисс Хизер краснеет как рак, когда речь заходит о чем-то «половом». Но мать Куры была не такой жеманной, и девушка прекрасно знала, откуда берутся дети. И в одном она была уверена: от Тиаре она их иметь не хочет. В принципе, она поддерживала с ним отношения только для того, чтобы слегка позлить бабушку.
