Как врач, он действует методом отрицания опасности. Но опасность абсолютно реальная. Каждому из них грозит пятилетнее тюремное заключение и 10 тысяч долларов штрафа.
У меня был с ним полуминутный разговор, пока его оттаскивали одни телевизионщики от других. Я спросил, с каким настроением он вышел из суда.
— Всё пустяк, — улыбнулся доктор Спок. — Вся процедура десять минут… Но вот отпечатки пальцев брали довольно долго… — и улыбнулся только губами.
Судебные служки мазали ему длинные сухие пальцы жирной грязью и потом сверху привычно прижимали к клетчатой картонке с надписями: «Правая рука. Большой. Указ. Средн. Безым. Мизинец. Левая рука. Большой…»
И, наверное, фотографировали в фас и в профиль лицо, которое знают матери всего мира.
Итак, обвинение: заговор с целью заставить молодых американцев уклониться от призыва в армию. Пять человек сговорились заставить американскую молодёжь…
Звучит нелепо. Но есть закон. Какова база их защиты? Только одна: война во Вьетнаме, для ведения которой правительство Джонсона призывает в армию молодых американцев, незаконна со всех точек зрения. Она наносит непоправимый ущерб не только Вьетнаму, но и Соединенным Штатам.
Об этом доктор Спок говорил на митинге в Нью-Йорке, в огромном переполненном (плюс еще 800 человек у входа на улице) зале «Манхэттен-центр».
— Нас ненавидят во всем мире, — говорил он. — Ненависть к нашей стране сейчас можно сравнить с ненавистью к гитлеровской Германии. Только ей мы уступаем первое место.
Полгода назад я познакомился в Нью-Йорке с Дэйвом Митчеллом. Это был первый молодой американец, который начал движение против призыва в армию.
Митчелл не очень верил, что суд его оправдает. И оказался прав: в феврале 1967 года суд приговорил его к пяти годам тюрьмы. Но он надеялся и всем сердцем верил, что его пример разбудит многих.
И тоже оказался прав.
Сотни молодых американцев отказываются ныне от призыва в армию.
В Нью-Йорке я видел демонстрацию детей — в защиту доктора Спока. Это была шуточная и одновременно очень серьёзная демонстрация. Полтораста ребятишек с мамами и с папами пришли к зданию инъекционного центра («инджэкшн сентр»), где им полагается делать прививки (а доктор Спок был арестован у здания «индакшн сентр» — призывного центра). Там ребята собрали свои «повестки» на противооспенные прививки в ящички и подарили растроганному доктору.
Я не думаю, что Бенджамин Спок верит в то, что ему удастся избежать тюрьмы. Я думаю, его поступком руководит тот же мотив, который руководил и Митчеллом: разбудить других, усилить — удвоить, утроить, удесятерить — движение против войны во Вьетнаме.
Тем величественнее смысл его поступка.
Глава вторая
ФЕВРАЛЬ
Старт
Комната предвыборных собраний в старом здании сената. Гранитные колонны. Старинная тяжелая люстра. Здесь о своем решении участвовать в предвыборной борьбе за высший в США пост — президента, объявил сенатор Роберт Ф. Кеннеди.
Комната заполнена до отказа журналистами, фоторепортерами, кино- и телеоператорами, друзьями и сторонниками, сенатора. По обеим сторонам трибуны сидят девять детей, сенатор а (отсутствует лишь десятый — самый младший. Дуглас Гарриман Кеннеди, ему всего несколько месяцев) и жена Этель. Младшие строят рожицы, залезают на стул с ногами, хлопают в ладоши, позёвывают. Старшие сидят в торжественной неподвижности.
Сенатор выглядит несколько усталым. По свидетельству американских журналистов-«кеннедиведов», волосы его подстрижены чуть короче, чем обычно.
«Я выступаю кандидатом в президенты не для того, чтобы просто противостоять какому-нибудь лицу, — сказал Кеннеди в официальном заявлении, — а для того, чтобы предложить новую политику… Я выступаю, чтобы найти новую политику — политику прекращения кровопролития во Вьетнаме и в наших городах, политику, которая закрыла бы пропасть, существующую сейчас… между белыми и чёрными, богатыми и бедными, молодыми и старыми… Я вступаю в борьбу, так как теперь совершенно ясно, что мы можем изменить эту катастрофическую политику раскола, только сменив людей, которые теперь проводят её…»
Закончена пресс-конференция, журналисты бросились врассыпную. Сняты микрофоны. Остывают складные металлические стулья. В опустевшей комнате — скомканные бумажки на полу. Неожиданно — на одном из стульев — фигура обессилевшего или, может быть, даже спящего человека…
* * *
Ещё в 1967 году Роберт Кеннеди заявил, что не выставит свою кандидатуру на президентских выборах 1968 года. Он сказал: «Я не представляю себе условий, при которых мог бы выступить против Линдона Джонсона». Однако последние несколько недель были неделями усиленной борьбы аргументов в лагере Кеннеди. Американские журналисты считают, что главными противниками участия Кеннеди в предвыборной борьбе в качестве кандидата в президенты были его брат сенатор Эдвард Кеннеди и ближайший советник покойного президента Джона Кеннеди — Теодор Соренсен. Решение выставить свою кандидатуру в президенты было окончательно принято на совещании Кеннеди со своими ближайшими помощниками после первичных выборов в скромном северном штате Нью-Хэмпшир, где сенатор Юджин Маккарти, выступающий с программой деэскалации войны во Вьетнаме, получил массовую поддержку членов демократической партии и даже части (5 тысяч голосов) членов республиканской партии. В ту ночь лагерь Кеннеди принял решение вступить в предвыборную борьбу.
Совещание закончилось в три часа ночи в квартире Роберта Кеннеди в Нью-Йорке. А в 8 утра он уже был в Вашингтоне.
Джим Бреслин, корреспондент «Нью-Йорк пост», провел с Кеннеди некоторое время в то утро. «Вы рады, что приняли решение?» — спросил Бреслин Кеннеди. «Да». — «Тот парень (имеется в виду сенатор Маккарти. — Г. Б.) сделал дьявольскую штуку, а?» — «Да». — «Смогли, бы вы решиться без него?» — «Нет». Заговорили о войне во Вьетнаме. «Вы знаете, — сказал Кеннеди, — несколько недель назад я получил письмо от Джорджа Скэйкела, двоюродного брата Этель (жены Р. Кеннеди.) Он был в армии, во Вьетнаме. Ему оставалось пробыть там шесть недель. Он собирался потом уехать в Японию изучать японскую философию… Но его убили…» Сенатор говорил о детях, которые гибнут во Вьетнаме. Сказал, что решил не ждать до выборов 1972 года, а действовать сейчас, ибо нет никаких гарантий, что при нынешней политике к 1972 году от Соединенных Штатов что-нибудь останется…
Потом речь зашла о предстоящей предвыборной кампании. «Нью-Йорк, — сказал он. — Я должен получить Нью-Йорк. Это будет ужасающая кровавая баня. Но я вынужден сделать это».
Поздно вечером, когда Р. Кеннеди должен был формально заявить о выдвижении своей кандидатуры в президенты, он связался по телефону с одним из помощников президента Джонсона и сказал о своем решении. Реакция президента стала известна во время его выступления перед конференцией бизнесменов, возглавлявшейся Генри Фордом II. Президент на трибуне был сдержан и медлителен. Паузы между словами и фразами, и без того обычно долгие, на этот раз были долгими до предела. Президент сказал:
«Я не хочу (пауза)… рассказывать вам… о всех своих чувствах сегодняшним утром (смех бизнесменов, долгая пауза в речи)… Нынче все спекулируют… Некоторые… спекулируют золотом (очень долгая пауза) — первичным металлом… А некоторые (весьма долгая пауза) спекулируют… первичными выборами (смех бизнесменов, улыбка одними губами на лице президента)… Когда я узнал, что он (долгая пауза) вытолкнул Генри Форда из завтрашней „Встречи с прессой“ (популярная телевизионная воскресная программа. — Г. Б.), я подумал… всё это слишком рано… и заходит слишком далеко» (улыбка губами, смех аудитории).
* * *
В истории Соединенных Штатов, президент, желавший выставить свою кандидатуру для переизбрания, обычно автоматически выдвигался соответствующей партией. Это объясняется теми преимуществами, которые баллотирующийся президент имеет перед любым другим кандидатом. Только уж очень непопулярного президента партия может заменить другой кандидатурой. Последний раз такое случилось в 1884 году, когда руководители республиканской партии сочли необходимым не выдвигать кандидатом тогдашнего президента Честера Артура. Насколько реальна для Джонсона перспектива оказаться в положении Артура, но только в рамках демократической партии, — покажет будущее.
Ричард Никсон (отличная спортивная форма, загорелое лицо, тщательно набриолиненные волосы) — победитель республиканских первичных выборов, в Нью-Хэмпшире — считает, что съезд демократической партии, который состоится в Чикаго, все-таки выдвинет своим кандидатом в президенты США Линдона Джонсона. Говоря об этом, Никсон случайно назвал сенатора Кеннеди «президентом Кеннеди», чем вызвал немалое оживление среди журналистов.
