Читаем без скачивания Шаг в неизбежность - Гарольд Хоук

Наёмники стояли в стороне, опираясь на лопаты и ожидая приказа от командира. Родригес высветил склонившуюся над мёртвым телом фигуру.

— Пора, Мигель, прощайся с Хорхе, и полетели.

— Прощай! — Мигель провёл мозолистой ладонью по лицу друга.

Где-то неподалёку завыл дикий кайранский кот. Невеликий ростом, он ловко задирал вилорогих газелей — свою основную добычу. Впрочем, когда охота не задавалась, хищник не брезговал падалью.

Зная о повадках животного, Мигель повернулся к Родригесу:

— Альваро, разреши взять Хорхе с собой.

— Это ещё зачем? Могила уже выкопана…

— Слышал вой?

— Ну, слышал и дальше что?

— Здесь нет подходящих по размеру камней, могилу завалить нечем. А тварь не прочь мертвечиной полакомиться. Ты ведь не хочешь, чтобы у Хорхе какая-то мохнатая сволочь внутренности повыедала?

— Тьфу ты, скажешь тоже на ночь глядя. Ладно, будь по-твоему. Эй, парни, отдайте лопаты Мигелю, а сами тащите Хорхе к вертолёту.

Франсиско и Леонардо воткнули лопаты в землю, схватили труп за руки и за ноги, быстро побежали к молотившей воздух машине.

Альваро и Санчес отправились за ними. Всю дорогу к вертолёту обсуждали способы поимки диверсантов. Время поджимало, приходилось спешить. Ведь помимо неизвестных стрелков изрешетивших обшивку капсул, джунгли кишели дикарями. Всё бы ничего, но по слухам аборигены питались человечиной, а заказ на спецназовцев звучал ясно и недвусмысленно: доставить живьём.

Едва за наёмниками захлопнулась дверь, пилот добавил оборотов. Лопасти закрутились быстрее, ветер пригнул высокую траву, послышался свист разрубаемого воздуха. Вертолёт приподнялся, развернулся на месте и, наклонив нос, бросился догонять пляшущее впереди пятно.

8

А в это время в элитном квартале Генусбурга в роскошной двухэтажной вилле с нетерпением ждал новостей Витторио Ди Чинелло. Невысокого роста, средних лет, с наметившимся брюшком, он любил носить дорогие костюмы и всегда зачёсывал волосы назад. Его подвижные чёрные глаза цепко смотрели из-под густых бровей, а губы навсегда изогнулись в саркастической усмешке под тонкими усиками.

Сама вилла казалась погружённой в сон. С главной стороны здания все окна были темны, в стёклах двоилось отражение лун, только вход освещался установленными по бокам светильниками. Посреди раскинувшейся перед широким крыльцом круглой площади тихо журчал фонтан. Лунный свет наполнял собой воду, отчего широкая чаша казалась наполненной жидким серебром.

От кованых ворот до площади вела мощёная природным камнем дорога. По обеим сторонам от неё тянулись стройные ряды деревьев, щекотавших звёзды пирамидальными кронами.

Высокий каменный забор ограждал обширную территорию. Двухметровая зона за и перед ним была сплошь утыкана чувствительными датчиками, а по всему периметру преграды через равные промежутки возвышались стойки с инфракрасными камерами. Негромко жужжа, камеры время от времени двигались увеличивая сектор обзора и тем самым не оставляли слепых пятен. Вся территория перед поместьем просматривалась, прощупывалась и прослушивалась. Злоумышленникам не оставили ни одного шанса проникнуть внутрь, а тем более добраться до виллы, на всякий случай в саду между белокаменных статуй находились замаскированные под кустарники автоматические штуцеры.

С обратной стороны виллы окна выходили на причудливо изогнутый бассейн с подсветкой. Встроенные в дно светильники придавали воде призрачное свечение. По всему настилу перед бассейном в продуманном беспорядке располагались шезлонги под зонтиками. Установленные по краям настила фонари на витых столбах излучали сквозь матовые плафоны мягкий приглушённый свет. Возле этих ночников во множестве роились насекомые. В стороне от пустого в это время бассейна горели посадочные огни вертолётной площадки, вырываясь из-под земли перевёрнутыми конусами света.

На эту сторону здания выходили окна личного кабинета Витторио Ди Чинелло. Сейчас они ярко светились, отбрасывая на лужайку широкие полосы света.

Как только Альваро сообщил о найденных осколках персонального маячка, Витторио развил бурную деятельность, веля первым делом просканировать эфир. Родригес сообщил диапазон частот, на которых работали подобные устройства, и теперь майор Дитрих Дюрер, в своё время подкупленный Ди Чинелло, старательно отрабатывал вложенные в него деньги.

Затем Витторио связался с патроном, от которого неделей ранее и узнал о вылете на Низебул группы спецназа. Требовалось дать отчёт о проделанной работе и сообщить последние новости о ходе операции по уничтожению незваных гостей.

Настройка интеркома принимающей стороны позволяла Ди Чинелло видеть только стол и руки собеседника. По голосу он тоже не мог определить личность говорившего, сложная система дешифраторов так изменяла голоса, что пытаться выяснить, кто этот человек не имело никакого смысла.

Впрочем, Витторио не волновала личность хозяина. Он знал, что работает на кого-то из сильных мира сего. Главное, покровитель способствовал развитию преступного бизнеса: производство наркотиков с каждым годом росло, прибыли увеличивались, а вместе с ними и авторитет Ди Чинелло.

Патрон явно задумал нечто экстраординарное. Иначе, зачем бы ему так продвигать наркоторговлю? Именно с его подачи закрутилась история с масштабным распространением наркотиков по всей территории Федерации и даже за её пределами.

Неизвестно почему, но Ди Чинелло думал, что интересы патрона связаны со сменой действующего строя. Может быть, он просто выдавал желаемое за действительное? История знала множество примеров, когда люди строили головокружительную карьеру во время государственных переворотов.

Одно беспокоило Витторио: незадолго до закрутившейся истории со спецназом на завод по производству химических удобрений совершили нападение. Разумеется, на заводе под видом продукции для фермеров гнали миллионы тонн опасных наркотиков и вся документация, все точки сбыта, перевалочные пункты, информация о дилерах и раскиданных по всей галактике баз хранилась в сейфе директора предприятия.

Тот, кто готовил нападение, знал, зачем идёт. Ему удалось добраться до сейфа и вскрыть его. Налётчика уничтожили, пакет с документами вернули на место, но Витторио до сих пор не знал, что с ними сделал тот человек. Снял копии? Кому тогда передал? При нём вообще ничего не обнаружили.

Если эти документы попадут в чужие руки несдобровать ни ему, ни его покровителю. Может патрону стало что-нибудь известно о взломе сейфа, потому он и сообщил о вылете группы на Низебул?

По крайней мере, теперь Витторио работал в два раза больше: не только следил за процветанием наркоимперии, но и пытался уничтожить проклятых спецназовцев.

После сеанса связи с хозяином Ди Чинелло незаметно задремал. Напряжение последних дней давало себя знать. Он не доедал и не досыпал, проводя всё время в разъездах или за рабочим столом.

Неожиданно прогремел звонок. Витторио дёрнулся в кресле, рывком схватил телефон:

— Слушаю.

— Хорошие новости, сэр! — радостно прокричала трубка голосом Дюрера.

— Не ори так, майор, совсем оглушил. Что у тебя?

— Сэр, я засёк два незарегистрированных сигнала, оба в квадрате зет-икс сорок три. Примерные координаты: семнадцать градусов северной широты и сто семь градусов восточной долготы.

Витторио бросил беглый взгляд на карту района, на глаз определил место. Сигналы шли из джунглей, Альваро говорил, там высадилось двое спецназовцев. Значит, они всё ещё не выбрались из леса.

Тоже хорошо. Лучше избавиться от нежелательных гостей в джунглях, нежели охотиться за ними по городу. Меньше свидетелей — меньше шума и огласки. С нынешними журналистами держи ухо востро. Сколько раз такое бывало: только его люди пришьют кого-нибудь, а борзописцы уже тут как тут. Не успеешь оглянуться, а они уже растрещали по всему миру кто, кого и за что. Как работать в таких условиях? И ничего эти писаки не понимают. Сколько их уже отстреляно, а они всё равно продолжают лезть в чужие дела. Не имётся им, проклятым!

— Хорошо, считай полдела сделано, что ещё можешь по сигналам сказать?

— Что вас конкретно интересует, сэр?

— Интенсивность, удаляются или приближаются. Что ты как маленький? Сам не знаешь, что важно в таких делах?

Витторио потянулся за сигарой. С тех пор как наркобизнес прочно вошёл в его жизнь, он стал много курить. Врачи настоятельно рекомендовали отказаться от вредной привычки, но Ди Чинелло не обращал на эскулапов внимания.

— Сигналы довольно устойчивые, сэр. Насчёт движения ничего сказать не могу.

— Почему? Они не накладываются на электронную карту местности? — спросил Витторио, обрезая ножичком кончик сигары.