Бегло обведя глазами зал, Горский пришел к выводу, что публика, в целом, настроена достаточно благожелательно, хотя сегодняшний бой проводится наверняка вне графика, если он у криптонцев вообще существует…
Алексей перевел взгляд на Власова. Женщина, сидящая рядом, нагнувшись, что-то быстро нашептывала ему на ухо, пальцами при этом весьма недвусмысленно теребя воротник его рубашки. И то, что она говорила, полковнику, несмотря на его хитрую улыбку, явно не нравилось. Уж я-то знаю тебя, как облупленного, Женька, не обманешь. Что же тебя гложет?… Словно прочитав мысли друга, Евгений, кивнув криптонке и галантно приложившись губами к ее руке, поднявшись, одернул на себе жилетку и, эффектным жестом снял очки. Ораторствовать будет?.. Ну, точно… Повернувшись к Алексею и окинув его быстрым взглядом, пронзившим пилота насквозь, Власов трижды хлопнул в ладони, призывая публику к тишине. Горский мгновенно подобрался, приготовившись к тому, что должно произойти. А что-то явно назревало.
Дождавшись, когда голоса смолкнут, Евгений торжественно произнес:
– Уважаемые дамы и господа! Имею честь представиться: Ловец. Быть может, кто-то обо мне уже наслышан, и я искренне надеюсь, что это так, – он позволил себе небольшой смешок, дружно подхваченный залом.
А он им нравится…
Хитро усмехнувшись, Евгений продолжил:
– Родители меня учили никогда не появляться в чужом доме без подарка. В память о них я всегда следую этому правилу, и стараюсь быть щедрым. За последний год, на благо дорогих друзей, я сумел преподнести им достаточно ценных и интересных экземпляров, но с ЭТИМ расстаться просто так, по правде говоря, мне не позволяет совесть. – Картинным жестом он вытянул руку, и указал в сторону пилота. – С гордостью рад представить вашему вниманию: АЛЕКС! Этот землянин поистине находка, способная поразить воображение. И прежде, чем шоу начнется, прошу взглянуть на экран.
И снова эти злосчастные фото! Увидев себя, представленного во всей красе, под восхищенные вздохи публики (нет, ну извращенцы, ей богу!) Алексей вспыхнул, чувствуя, как медленно наливается краской. Так же неотвратимо внутри него росло четко осязаемое чувство ненависти: к этой расе ненормальных, главным развлечением для которых являлись различные эротические извращения и кровавые гладиаторские бои; к Террелу, отправившему его на это задание, предварительно превратив в некий секс-символ; к службе, не оставляющей выбора, и к самому себе, заставлявшему думать именно так.
Отведя от пленника насмешливый взгляд, Евгений щелкнул пальцами, и экраны погасли.
– Сейчас мы с вами станем свидетелями поистине захватывающего зрелища! Наши уважаемые господа: ЕЕ величество,… ЕГО величество… и Главенствующий принц светлейшего королевства, его светлость Измар, – после каждого титула Власов выдерживал почтительную паузу и кланялся криптонцам чуть ли не в пояс – (и когда только успел нахвататься знаний о местных обычаях?) по исходу боя изволят сделать выбор, который свершит судьбу раба: отправится ли он на рудники, где до последней капли пота будет работать на благо процветания народа Криптона, или же… – вновь многозначительная пауза… – ему будет дозволено право первой предбрачной ночи с нетронутой доселе невестой самого принца!
Оп-па… Так вот оно что… Лишение будущей принцессы чести тоже является своеобразным ритуалом, который должен проводить новоявленный избранный слуга?… Еще бы Старик не напрягся, узнав ТАКОЕ! Учитывая, что данная «почетная миссия» возможно (и стоит подчеркнуть последнее слово) выпадет мужу его дочери…
С одной стороны Алексей, услышав перспективу, внутренне взбрыкнул, так как свято хранил жене верность, и нарушать данные любимой женщине клятвы не собирался ни при каких обстоятельствах. С другой – победа в предстоящем поединке приводила его напрямую к цели, подступы к которой до текущей минуты оставались для него главной проблемой. И если взвесить на чаше весов верную гибель или успешный исход операции – конечно, стоит выбрать последнее. В конце концов, именно за этим он здесь. А уж что касается самого «процесса»… Будем решать проблемы по мере их наступления.
Глядя на друга самым что ни на есть невинным и открытым взглядом, Горский всем своим существом постарался мысленно передать Евгению, что в случае подобного интимно обязывающего исхода он обязательно что-нибудь придумает, всеми мыслимыми и не мыслимыми способами избежит предательства. По глазам друга увидел: ПОНЯЛ. А также в глазах полковника промелькнуло и еще кое-что, от чего по спине пилота пробежал холодок. Ну неужели, Женька, ты обо мне такого мнения? Вот уж не ожидал… Ох, чувствуется, разговора по душам потом не избежать… Ну а пока эмоции подождут.
Дело близилось к главному.
Евгений, выждав достаточную паузу для того, чтобы возбужденные предстоящим боем зрители успокоились, подняв обе руки над головой, провозгласил:
– Мне выпала великая честь открыть сегодняшний вечер!… – голоса в зале смолкли. – Да начнется битва! – почти выкрикнул он. – И пусть победит сильнейший!
Сердце Алексея на мгновенье замерло, и в ту же секунду пол под ним разверзся.
***
Падая в резко раскрывшийся люк, Горский сильно ударился плечом, от неожиданности не успев сгруппироваться. Вокруг царила полнейшая тьма, не было слышно ни единого звука. Издав невольный стон от пронзившей тело боли, Алексей, с трудом нащупав опору, которой послужила слегка шероховатая стена, поднялся. Выпрямился, прислушиваясь… Шорох… Справа? Нет. Сзади. И вновь справа. Пилот почувствовал, как в предвкушении атаки каждый мускул его тела, окаменев, напрягся. Сделав шаг назад, и ощутив спиной неровную прохладную поверхность, он вжался в стену, обратившись в слух.
Внезапно вспыхнул свет, на секунду ослепив космонавта, и тут же последовал сильнейший удар в корпус, заставивший пилота рухнуть на пол, судорожно глотая ртом воздух. Сжав зубы в попытке игнорировать боль, Алексей постарался откатиться в сторону, но тут же получил пинок под ребра, вслед за которым на его спину обрушилась тяжелая нога, прижимая к полу.
Горский попытался дернуться, столкнуть с себя невидимого противника, но раздавшийся над головой до боли знакомый голос заставил похолодеть, замерев на месте.
– Не дергайся, майор. Будешь меня слушаться – выйдешь отсюда живым. Знай только главное: поддаваться я не намерен.
ГЕРМАН???
– Ты здесь каким боком?!! – прошипел Алексей сквозь зубы, выворачивая голову в желании удостовериться, что ему не послышалось, и спарринг партнером оказался действительно адмирал.
Но ответа не последовало. Почувствовав, как давление на спину ослабло, пилот сжался, приготовившись сделать прием, который должен был опрокинуть противника, но в ту же секунду в голове словно что-то взорвалось, вмиг лишив тело силы, заволакивая сознание тьмой.
Уплывая в тягучую бездну, пилот из сотен роившихся в голове мыслей, сумел выцепить лишь одну: первый бой я проиграл….
Глава 8. «И пусть победит сильнейший»
– Поднимайся, майор! Или хватку потерял?
В висках противно стучало.
