зыркая на курсантов, громко произнес капитан-лейтенант. — На протяжении следующих трех лет я для вас — мать, отец, и самый ближайший родственник. Любое нарушение устава будет караться максимально строго и со всей ответственностью….
Минут пять он внушал нам важность нашего обучения и великой цели армии Империи. Особенно сильно упирая на добродетель Императора, что позволил нам, оболтусам, получить лучшее в мире образование. В общем, нес пропаганду в неокрепшие умы будущего армейского «мяса». И только после того как закончил свою лекцию, он перешел к оценке происшедшего инцидента.
— Теперь, что касается вашего возмутительного поступка, — строго обвел он нас грозным взором. — Шестеро курсантов, что встретили офицера как должно. Два шага вперед!
Мы, естественно, моментально выполнили команду. Я чеканным шагом и гордо выпятив вперед грудь, а пятеро остальных скромно и, можно сказать, с опаской, как самые обычные гражданские, вышли из строя. Снова одобрительный взгляд в мою сторону и печальный на остальных.
— Как твое имя, курсант? — с теплотой во взгляде посмотрели на меня.
— Курсант первого курса магической поддержки отрядов войск специального назначения Дмитрий Корнеев, господин офицер! — гаркнул я по уставу на одном дыхании и с максимальным выдохом. Жутко сложное дело эти их заморочки, но зато каков результат? Теплота во взгляде офицера сменилась на всецелое одобрение.
— Молодец, матрос! — аж крякнул от удовольствия офицер, не заметив своей оговорки. Я ведь не матрос, а курсант. А после, обведя всех грозным взором, офицер продолжил. — Учитесь, мать вашу! Вот как должен выглядеть нормальный курсант военного училища! Не то что вы, гражданский мусор.
Кажется, в этот момент меня стали искреннее ненавидеть сразу все мои сокурсники. Я отчетливо ощущал всей спиной эти «милые» и «приятные» для моей души взоры, обещавшие все кары небесные на мое бренное тело. Просто как бальзам для бедного разума.
— Значит так! — между тем гаркнул в очередной раз офицер. — Курсант Дмитрий Корнеев с этого дня назначается старшиной вашего курса! Это всем ясно?
— Так точно, — недружно прозвучал разрозненный выкрик курсантов.
— Так точно, господин офицер!!! — выделился мой идеальный отзыв на фоне все остальных. Мммм, как же приятно ощущать повышающийся еще больше градус ненависти.
— Тьфу ты, — в сердцах чуть ли не сплюнул на плац офицер. — Что за стадо береговых крабов? Вам не в военное училище надо было поступать, а куда-нибудь в швеи или балерины. Что за скулящие звуки побитой девицы? А ну-ка, курсант Дмитрий Корнеев, покажите еще раз этим бездарям как нужно!
— Так точно, господин офицер!!! — моментально откликнулся я со всем глубинным рыком, на который был способен.
— Воооо! Вот так надо, бездельники, — одобрительно кивнул в мою сторону офицер и грозно добавил, глядя на курсантов. — А ну-ка, быстро повторили!
— Так точно, господин офицер! — в этот раз уже получше прокричали курсанты, но слишком вразнобой и в итоге сумбурно.
— Отвратительно, — поморщился офицер. — Ну да ладно. Я еще успею заняться вами как следует, — с явным предвкушением добавил он. — А пока… Курсант Корнеев, сопроводите пятерых ваших подопечных на первое занятие.
— Так точно, господин офицер! — гаркнул я в ответ, а после сразу же добавил. — Разрешите выполнять, господин офицер!
— Разрешаю, — с абсолютной теплотой и, можно сказать, отеческой любовью произнес он, будучи явно растроганным до глубины души моим идеальным исполнением.
Я же сделал еще шаг вперед, затем четко развернулся кругом и посмотрев на пятерых «умников», отдал череду команд.
— Отделение! Нааа-пра-во! За мной! Шагом! Марш!
Несмотря на их вялый разворот, я тем не менее сам повернулся строго по уставу, а после чеканным строевым шагом отправился ко входу в училище.
— Вооот! — между тем с одобрением и глубинной гордостью тряся рукой в мою сторону, протянул офицер. — Учитесь, салаги! И куда только смотрели ваши родители? Ни грамма уважения армии. Один только Корнеев меня порадовал. Ну да ничего. Сейчас вы у меня быстро научитесь и правильно отвечать и ходить как люди, — многообещающим голосом продолжил он. — Времени у нас до вечера много, и вы либо сдохнете на этом плацу, либо научитесь делать так, как положено!
Дальше я уже не слышал, о чем говорил офицер, ибо вошел наконец в помещение училища, где можно было слегка расслабиться. Все же до первого занятия у меня еще было цельных десять минут.
— Корнеев, — позвал меня один из идущих за мной.
— Не Корнеев, а старшина Дмитрий Корнеев, — резко развернувшись и прищурившись, произнес я с угрозой. — Это понятно?
— Ты это самое, не зазнавайся. Да, — хмыкнули мне в ответ. — А то ведь можно и в харю получить.
— Да будет тебе известно, о мой глупый и недальновидный подчиненный, — с язвительной улыбочкой произнес я. — Именно от меня зависит теперь график дежурств курса. И это не только вахтенный на посту в общаге, но еще и те, кто именно будет «добровольцем» на кухне, а кто будет драить сортиры, причем во всем училище и общаге. Ну так что? Будем и дальше угрожать начальству?
— Нее, ну ты чего! — явно осознав ситуацию, пошел на попятную парень.
— Дмитрий, — произнес вполне нейтрально еще один из парней. Этот, на удивление, выглядел вполне адекватным. Может что-то в лесу сдохло? Особенно после того, что именно он произнес дальше. — Ты не так нас понял. Мы хотели бы, наоборот, попросить тебя помочь нам подтянуть строевую подготовку.
— О как, — удивленно выскочило у меня. — Ничего себе повороты. И с чего бы это вдруг мне вам помогать?
— Давай начистоту. Не против? — предложил этот слишком хитрый блондин с серыми глазами.
— Ну давай попробуем, — осторожно согласился я.
— Ты поступил в училище из детдома. А я Максим Воронцов, четвертый сын известного боевого офицера магической службы его Императорского Величества. Более того, мой дед — генерал-лейтенант в отставке, — с явным намеком начал он свою речь. — Я конечно явно не наследник, и шансов на успевшую карьеру у меня практически нет, но зато у меня есть деньги. Так что если согласишься помогать мне и моим друзьям, а я в ответ помогу тебе. Как тебе такой расклад?
— Хм, — задумчиво потер я подбородок. — Деньги — это всегда хорошо. Особенно если их много.
— Так что? По рукам? — с хитрым прищуром протянул он мне правую руку.
— Ааа, черт с тобой. По рукам, — решительно пожал я его руку. — Но учтите. Тренироваться вам придется очень много, и это я сейчас абсолютно серьезно.
— Ничего. Мы готовы, — улыбнулся в ответ Максим.
А этот паренек вроде даже ничего. Может и получится даже подружиться. Осталось только понять. А мне эта дружба вообще нужна или нет? Ладно. Поживем, увидим. Но странно. Аристократ, а говорит нормально. Хм. Неужели среди них есть адекватные люди? Однако, неожиданно.
Глава 4
— Александр Владимирович, к вам на прием прибыл Григорий Кушилин, — раздался мелодичный молодой голос секретарши из селектора.
Хозяин просторного кабинета, задумчиво расположившись в кресле во главе стола, неспешно нажал на пульте дистанционного управления телевизора кнопку паузы и положил прибор на стол. Его взгляд был устремлен на застывшую картинку видео, которую демонстрировал ультрасовременный экран двухметровой диагонали одной из последних марок плоских телевизоров зарубежного гиганта «Сунарис», установленный на противоположной стене. Кроме экрана и стола Т-образной формы, а также нескольких кресел у стола, в кабинете больше ничего не было. Если не считать висевшего за спиной хозяина кабинета метрового квадратного портрета Императора.
— Пусть войдёт, — нажав на кнопку селектора, благосклонно разрешил полномочный советник императора по внешней и внутренней политике Империи Шульзар — Александр Владимирович Курков.
Через пару секунд дубовая дверь открылась. В кабинет вошел тучный невысокий мужчина с бегающими серыми глазами, лысиной и уже явственно выделяющимся животом.
— Доброе утро, Александр Владимирович, — вежливо поздоровался с порога гость, после чего закрыл дверь в кабинет.
— О, Григорий, здравствуй, — доброжелательно улыбнулся Курков. — Заходи, присаживайся. Как жизнь? Как семья? Все в порядке?
— Спасибо, Александр Владимирович. Все хорошо, — расслабившись, радушно произнес Кушилин, проходя к столу и присаживаясь в одно из кресел.
— Как дочка? Не болеет? — участливо произнес Курков и, не дожидаясь ответа, добавил. — А как родители, теща? Все живы-здоровы?
— Эм… Да, — уже не столь уверенно ответил озадаченный Кушилин. — Все живы-здоровы, слава богам.
— Замечательно, — добродушно улыбнулся Курков. — Рад это слышать.
