Вот только позволять ему подобного я, естественно, не собирался. Отклонив корпус назад, я избежал его руки и коротко, почти без замаха двинул ему коленом в пах. Неспортивно, но очень эффективно, скажу я вам.
К сожалению, он не был неопытным сопляком, как Володя. Тело Шувалова было напитано маной, и потому банальный удар по яйцам нужного эффекта не принёс. Здоровяк скривился, но ни падать, хватаясь за яйца, ни орать от боли не спешил. Он лишь сделал полшага назад, случайно отпихнув свою вскрикнувшую спутницу.
— Щенок! — зарычал он. — Да я тебя!
Тянуться за мечом было бессмысленно — в узком пространстве купе длинный клинок был бесполезен. Может, пора бы и свою Силу применить? Я ведь тоже обладаю магией, и пусть мой Дар проснулся лишь относительно недавно, но благодаря воспоминаниям из прошлой жизни и пусть тайным, но регулярным тренировкам я был уверен в своих способностях. Ну и не следовало забывать, что я владел кое-чем таким, что местные себе вряд-ли могли представить...
— Господа, господа! — раздался голос из коридора. — Прошу прекратить потасовку! Напоминаю всем присутствующим — это состав, принадлежащий Его Императорскому Величеству, и здесь, на его борту, драки, дуэли и тем более применение боевой магии строго запрещены!
К нам подошёл офицер царской полиции, сам являющийся дворянином и обладающий даром магии. Мужчина в возрасте, обладающий весьма пышными усами с благородной проседью, короткой саблей на левом боку и револьвером на правом явно был ничуть не впечатлён наличием гербов на одежде Шувалова — по роду службы на одном из центральных вокзалов Москвы пожилой майор ежедневно видел подобных типов десятками, и герб не самого влиятельного и могущественного боярского Рода напугать его не смог.
— Я вызываю на дуэль этого щенка! — зарычал Шувалов. — Немедленно!
— Это ваше право, — согласился полицейский. — Но должен вас предупредить — на сегодня это последний паровоз до столицы, в котором имеются спальные вагоны с купе для аристократов. Следующий будет лишь завтра, а до отправления этого осталось лишь пятнадцать минут. Имею так же сообщить, что дуэли проводятся...
— Да знаю я! — рыкнул явно раздосадованный боярин. — Дуэль состоится по прибытию в столицу. Либо, если ты принесёшь извинения мне и моей спутнице и покинешь купе, я готов закрыть глаза на этот инцидент.
— Это моё место, за которое честно уплачено, — ответил я. — Так что облезете, глубоко мною неуважаемый... Дуэль так дуэль, а пока сделайте милость — закройте дверь с той стороны. Никакого желания лицезреть вашу физиономию я не испытываю.
В итоге я ехал с молодым дворянином из Санкт-Петербурга, приезжавшем поглядеть на Москву и осмотреть её достопримечательности. Парень любезно согласился обменяться местами со скандальным боярином и его спутницей, видимо, не захотев вступать в диспут с Шуваловым. С того бы сталось и этого бедолагу на дуэль по прибытии вызвать, к чему он явно не стремился.
— Баронет Закосин Модест Тимофеевич, — представился парень. — Студент Петербургской Академии Оккультных Наук. А вы?
— Аристарх Николаевич, — кивнул я, пожимая протянутую руку. — Приятно познакомится.
— Взаимно, взаимно, — улыбнулся он. — Чем это вы так разозлили здоровяка Шувалова? Признаться, я уж ожидал, что он не утерпит и набросится на вас прямо здесь.
— Сущий пустяк — просто не согласился уступать ему своё место, — ответил я. — Этот кретин не удосужился проявить даже минимум вежливости, сразу потребовав освободить помещение.
— Да уж, бояре мнят себя едва ли не равными самому Императору, — скривился Модест. — Ни дворян, ни тем более остальных за ровню не признают. И чего только Его Величество их терпит?
Да потому и терпит, что помнит о Кровавой Октябре. Едва ли, конечно, сейчас боярство бы добилось бы таких же успехов, как при Петре, но факт есть факт — победа Императора в открытом противостоянии стала бы воистину пирровой. Ну и ещё потому, что дворянство — это вот такие как ты, неспособные послать в жопу слишком наглого урода. И даже Академия до сих не способна породить достаточно сильных боевых магов, что компенсировать эту разницу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дорога прошла спокойно. Паровой поезд ехал почти четырнадцать часов, за которое мы с молодым дворянином успели несколько сблизиться. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться, и вот мы стоим на Московском вокзале столицы, выглядывая встречающих.
За это время я даже успел немного подзабыть о вспыльчивом боярине. Вот только он, как оказалось, обо мне забывать и не думал.
— Хочу напомнить тебе о дуэли, дворняга! — раздался за моей спиной голос. — Надеюсь, ты не думал, что я позволю тебе сбежать?
— Было бы от кого бегать, — презрительно скривил я уголок губ и обратился к своему новому знакомому. — Модест, согласен побыть моим секундантом?
— Д-да, — кивнул несколько занервничавший молодой человек. И чего соглашаться, если напуган?
— Тогда здесь и сейчас, магия и оружие допускаются любые. До смерти, до первой крови или до признания поражения одной из сторон?
К счастью, дуэльный кодекс этого мира ничем не отличался от того, что был принят в моём родном, так что попасть впросак я не боялся.
— По хорошему, стоило бы тебя, наглеца, прикончить, но я в хорошем настроении, — заявил Шувалов, снисходительно улыбаясь. — Амелия, душа моя, как думаешь, до первой крови или до признания поражения?
Боже, сколько пафоса... И всё из простого павлиньего желания распустить хвост перед бабой. Тоже мне, аристократ... На его фоне даже мои родственнички из числа Шуйских смотрелись достойнее. Не люблю людей, пытающихся казаться чем-то большим и более значимым, чем они есть. Хороший понт, конечно, дороже денег — но здесь хорошим и не пахло. Так, спермотоксикоз на пару с винными парами, ударившие в голову и пробудивший в дураке инстинкт гориллы. Ну и упорство осла, не желающего отступаться от принятого решения.
— Мальчик ещё совсем ребёнок, Миша, — кокетливо ответила его спутница. — Думаю, будет достаточно примерно его проучить, что бы он впредь знал, как себя правильно вести в присутствии высокородных. Но урок должен быть суровым, так что... До сдачи одной из сторон!
— Долго мне ещё ждать? — прервал я их. — У меня ещё немало дел на сегодня. Здесь поблизости есть подходящая площадка для поединка?
— Есть, — вступил подошедший страж порядка. — Если у вас возникли разногласия, которые нужно немедленно урегулировать, то прошу в дуэльный зал, — указал он на вытянутое приземистое строение, стоящее на некотором удалении от остальных зданий. — Либо можете покинуть вокзал и устроить поединок на частной территории — за городом или в ваших поместьях, если таковые имеются в черте города.
Так как желания откладывать ещё дольше это мелкое недоразумение ни у кого не было, было решено сделать всё здесь же. Меня никто встречать ещё не должен был — я отправился в путь слишком быстро, что бы матери успели передать весть. Модест тоже был свободен, а вот к Шувалову присоединилась троица его друзей — все в отмеченной гербами одежде. Двое Строгановых и один Морозов — интересная компания. Особенно если учесть, что с последним мы были знакомы лично.
К моему удивлению, узнав меня тот лишь хмыкнул, но не стал ничего комментировать. Младший сын Главы Морозовых был странным малым, а их Род ничем не уступал Шуйским — ни влиянием, ни богатством, ни могуществом. С Сергеем Морозовым я дважды виделся на приемах, устраиваемых в честь дня рождения их главы ещё в те времена, когда отец был жив и я числился наследником.
Перед началом поединка нам пришлось потратить десяток минут на заполнение соответствующих бумаг — такие вещи, как дуэли одарённых, были чётко регламентированы и требовали соблюдения нескольких формальностей, дабы в дальнейшем избежать лишних проблем. Бюрократия — страшная штука, которой было плевать, кто перед ней — аристократ или простой смертный.
Нам выделили один из небольших залов, в котором был традиционный дуэльный круг — артефактный массив, формирующий барьер, сдерживающий силу участников дуэли, дабы не навредить зрителям. Присутствовал и официальный судья — мелкий дворянин, служащий государю на столь же мелком и маловажном посту.
