Читаем без скачивания Джентльмены уже не в моде - Владимир Колычев

В принципе Перекатова можно было уничтожить выстрелом из миномомета, установив его в березовой роще. «Посадить» там автоматический восьмидесятимиллиметровый «Василек» с его фантастической скорострельностью в сто выстрелов за минуту. Или хотя бы «Поднос» такого же калибра. Но это же нереально. Куда проще выстрелить из подствольного гранатомета, создав навесную траекторию… Впрочем, это низкая вероятность поражения, что вряд ли устроит киллера… Да и кто наведет минометчика на цель? Хотя, возможно, Перекатов с его манией преследования считает, что за ним наблюдают из космоса.

– Мы идем? – недовольно спросил телохранитель, высокий тяжеловесный парень с массивными надбровьями и квадратной челюстью.

Аркадий быстро, но без суеты повернул к нему голову, вкрутил в него веский взгляд отца-командира.

И злость в его взгляде была, и уничижительная ирония, и, главное, уверенность в том, что никто здесь не смеет им помыкать. И охранник не смог выдержать этот взгляд, отвел в сторону глаза. А его напарник, первым поднявшись на крыльцо, распахнул перед Аркадием дверь. Он обязан был сделать это по сценарию, утвержденному его начальством, но ведь при этом мог выказать свое пренебрежение к такому же подневольному Одинцову. Но нет, он уже понял, что с подполковником ВДВ этот номер не пройдет.

Одинцов зашел в дом, остановился посреди вестибюля с мраморным, до блеска отшлифованным полом. Слева – комната для охраны, нечто вроде караульного помещения, оснащенного мониторами видеонаблюдения. Справа – закрытая дверь, что за ней, неизвестно. Впереди – широкий арочный вход, за которым открывался парадный холл с высоким потолком и роскошной лестницей на второй этаж. Но Аркадию не позволили войти в холл.

– Вам сюда! – взяв его под локоток, сказал телохранитель и показал на дверь справа.

Тут же вдруг появилась миловидная девушка в классической униформе горничной, с грустной какой-то улыбкой на лице открыла ему эту дверь, приглашая проследовать в комнату.

Аркадий почему-то думал, что это ванная, но, как оказалась, комната была гостевой, и она если не поражала, то приятно удивляла своими размерами. Не меньше тридцати квадратных метров, две зоны – одна обставлена спальным гарнитуром, другая занята мягкой кожаной мебелью; подвесной потолок в современном стиле, жидкокристаллический телевизор дюймов сорок, домашний кинотеатр. Здесь даже была ванная комната с душевой кабиной и джакузи; там же, за перегородкой, находился и унитаз.

В этой комнате можно было жить, не покидая ее пределов. А ведь именно этого и хотел Перекатов.

– Меня зовут Ольга, – сказала девушка с таким видом, как будто собиралась присесть в реверансе или как минимум в книксене.

Угодливая вежливость ее была продиктована служебным долгом и обязанностью обхаживать гостей, неважно, какого они ранга. Искреннего же почтения с ее стороны к своей персоне Одинцов не чувствовал. Это его не расстраивало, поскольку не только она, но и он сам прекрасно знал, что собой представляет. Двойник он, бесправный клон. Но ведь ему за это платят деньги, причем неплохие.

– Аркадий Васильевич! – весело подмигнув ей, он взял под козырек. – Можно просто Аркадий.

Какое-то время девушка с интересом и даже завороженно смотрела, но вот, будто очнувшись, снова изогнула губы в дежурно-любезной улыбке.

– Вы, Аркадий Васильевич, располагайтесь. Теперь это ваша комната…

Аркадий заглянул в ванную. Стаканчик с зубной щеткой, бритва, лезвия, пена для бритья, мыло.

– А Игорь тоже здесь живет?

– Игорь? Игорь Семенович?! Да, он иногда здесь бывает…

– Значит, эту комнату я буду делить с ним?

– Выходит, что да. Но вы не волнуйтесь. Белье я постелила чистое. И дезинфекцию провела, все как положено…

– Дезинфекцию… Как в гостинице, – в раздумье изрек он.

– Что-то не так? – забеспокоилась горничная.

– Да нет, все так, Оленька. Все так…

Он мог бы сказать, что ему не привыкать к гостиницам. Надо будет, и в палатку переселится или даже в землянку. Но зачем ей это знать? Да и выглядеть это будет, как будто он плачется перед ней. Дескать, рассчитывал на фанфары, а попал под плинтус, но, как ослик Иа-Иа, ни на что не обижается… К тому же плевать на все, лишь бы только деньги платили.

– Если вам что-то нужно, вы всегда можете позвать меня. – Ольга показала на кнопку возле двери.

– И даже если мне будет скучно? – заигрывающе, хотя и без особого азарта улыбнулся Одинцов.

– Вы думаете, я обязана вас развлекать? – недовольно глянула на него девушка.

– Нет, не думаю. Но ведь человек живет не только обязанностями. У него еще и желания есть…

– А если нет желания?

Аркадий понял, что потерпел фиаско. А ведь он всего-то и хотел, что посидеть с Ольгой перед телевизором, почаевничать с ней. О постели, во всяком случае, в тот момент вовсе и не думал… Но девушка встала в штыки. И правильно сделала. Как бы мужчина ни стелил, женщинам нужно держать ухо востро… Сдаваться он не хотел, оправдываться тоже, поэтому пришлось изобразить бодрую мину.

Одинцов сделал вид, что потерял к девушке всякий интерес или даже забыл о ее существовании. Открыл створку шкафа, будто раздумывая над тем, куда положить свои вещи.

– Ужин через полчаса, – уязвленная его невниманием, сказала Ольга и вышла из комнаты.

Как и предполагал Аркадий, к ужину его никто не звал. Ольга вкатила тележку-поднос, накрыла стол. Аркадий уже принял душ и сейчас в джинсах и футболке сидел на диване, посматривая в ее сторону.

– Приятного аппетита!

Девушка поджала губы, поворачиваясь к нему спиной. Похоже, она ждала, что после неудачи он снова предпримет попытку подластиться к ней, но Аркадий многозначительно молчал.

Он любил женщин, и долг перед женой его не связывал – ни по рукам, ни по другим частям тела. Но ведь он не озабоченный кобель и вполне способен держать себя в узде. И гордость у него есть.

Ужин ему понравился. Салат с креветками, печеная форель с картофельным гарниром, бокал белого вина – все очень вкусно. Рыба хороша не только для усвоения, она еще успокаивает нервы, настраивает на здоровый сон. Не зря в армии на ужин полагается кусочек рыбы. Чтобы о женщинах меньше думалось, чтобы крепче спалось.

Одинцов поужинал, неторопливо вытер салфеткой губы и пересел в кресло, спиной к двери, чтобы смотреть телевизор. Сейчас появится Ольга, чтобы забрать посуду. Он чувствовал, что девушка жалеет о своей резкости. Не было желания проучить ее, заставить прочувствовать свою вину, но первым он ей шаг навстречу не сделает. Но если она сама предложит поболтать с ним о том о сем, он ей в этом не откажет.

Он услышал, как открылась дверь, затем – легкие, почти невесомые шаги. Так ходить могла только женщина. Да и не чувствовал Аркадий мужского присутствия. Значит, к нему пожаловала Ольга. Что ж, пусть занимается своими обязанностями, мешать он ей не будет, но и помогать тоже.

– Может, ты все-таки повернешься ко мне? – услышал он вдруг женский, но незнакомый голос.

Звонкий голос, емкий и колючий.

Это могла быть хозяйка дома. Скорее всего, так оно и есть. Но Аркадий обернулся на голос неторопливо, даже вальяжно. В конце концов, он не барский холоп, чтобы падать ниц при появлении хозяина.

Он по достоинству оценил красоту стоявшей перед ним девушки лет двадцати. Роскошные черные волосы, стильная прическа а-ля Клеопатра, большие светлые глаза, четкие пропорциональные черты лица, точеная шейка, филигранной выточки плечи в декольте черного в облипку платья, изящные ботфорты на шпильке. У Аркадия появилось ощущение, что эту девушку он где-то видел, но все же легко мог разубедить себя в этом. При всей своей эффектности ее красота была стандартной; ей не хватало индивидуальности, чтобы выделяться из толпы гламурных «мисс», распыленных по Москве в поисках «нового русского счастья». Не счесть, сколько таких красавиц мелькает на телеэкранах и украшает обложки глянцевых журналов. Модельки, певички, актрисочки, жены нуворишей или просто их любовницы… Столько их, что всех и не запомнишь. Да и зачем засорять себе память?

Похоже, девушка только что вернулась домой после выезда, который, судя по ее раздраженно-капризному виду, принес ей какое-то разочарование.

– Ну, повернулся, и дальше? – сурово спросил Аркадий.

Девушка была хороша и лицом, и фигурой, и энергетикой женского очарования, но он не собирался преклоняться перед ней.

– А где здравствуйте? – с пренебрежением к собеседнику спросила она. – Тебя что, не учили здороваться?

– А тебя?

– Да как ты смеешь! – взвилась она. – Со мной! На «ты»! Да кто ты такой?

– Перекатов я, – с уверенностью идущего на таран танка сказал Аркадий.

– Что?! – заметно опешила девушка.

– Перекатов Сергей Михайлович… Я знаю, тебе сказали, что сегодня здесь будет ночевать мой двойник, но планы поменялись… Где ты была? – сурово нахмурив брови, резко спросил он.