Ещё секунду он заинтересованно смотрел ей вслед…
Вокруг него всегда крутилось множество прекраснейших женщин, и каждой требовалось время, чтобы завлечь его в свои сети. Что же вот так сразу его зацепило в этой девушке?
Бесспорно, она красива. Шикарные чёрные волосы, к которым так и хочется прикоснуться, чёрные, как самая тёмная ночь, глаза, идеальная белая кожа, лёгкий румянец, замечательная фигура… Однако среди его фавориток были те, которые явно превосходили её красотой. Но есть в ней что-то… что-то неумолимо манящее, таинственное, гордо-насмешливое, женственное и светлое. Царь и сам не понял, как всё это сказал один лишь взгляд. Он всегда относился скептически к некой безумной влюблённости, которую считают почти что волшебной. Но иначе как очарованием он не мог назвать одолевшие его чувства. Всего один взгляд этих сверкающих звёзд-глаз заволокли сознание приятной дымкой, разгоняя мысли, будто крепкое вино.
Ну что ж… он всегда получал от жизни всё, что хотел. Так будет и в этот раз.
С немного коварной ухмылкой Пётр уверенно направился к Меньщикову, воздавать тому за заслуги очередную порцию трёпки.
* * *
– Что? – Марта буквально не поверила своим ушам, – как… как же так?! Я ведь…
– Это ты новому хозяину скажешь, – едва ли не захлёбываясь ядом зависти, перебила её Катерина, – Если, конечно, осмелишься.
– Но…
– Никаких «но»! – Прикрикнула на неё женщина, – Ты что, совсем сдурела, девка?! Теперь ты подневольная государя! Он сам, лично тебя купил у нашего господина! Да ты петь от счастья должна!
– Ой ли? – Зло ухмыльнулась только что вошедшая тётя Маша, – петь от счастья, значит, должна? А для какой такой цели он её вдруг купил, подумала? Дураку ясно!
С секунду они молча буравили друг друга злыми взглядами.
– Да коли и так, – фыркнула та, уже уходя, – Она навряд ли достойна такой милости… оборванка, она оборванка и есть!
Закусив губу, Марта пыталась вникнуть в суть этого диалога. Некоторые слова ей ещё плоховато давались.
– О чём это вы, тётя Маша? – Спросила она, присев на краюшек шаткой кровати.
– Не о чём, девонька. Ты пока не думай об этом, – Вздохнув, отмахнулась та, и тут же перевела тему: – Знаешь, трудно будет расстаться с тобой. Привыкла, привязалась к тебе я.
– Даст Бог, свидимся, – тепло улыбнулась девушка, – Не пойму только, почему я перехожу из рук в руки постоянно.
– Красивая ты, Марта, – Вновь вздохнула та, теребя в руках какой-то платок, – очень красивая. И… необычная. Знаешь, только в твоих руках, обернётся ли это для тебя благом или станет проклятием. Главное, никогда не забывай о нравственности и женской гордости – пусть они станут твоей путеводною звездой. Будь счастлива.
– И ты, – тихо ответила девушка.
Глава 6
1703 г, село Преображенское.
Она стала одной из камеристок царевны Натальи, сестры Петра. Та оказалась красивой, ухоженной и неглупой женщиной тридцати лет, которая была довольно добра к слугам, хотя и держала дистанцию.
Марте вполне неплохо жилось там, в Преображенском селе, рядом с царевной. Одно удручало – рутина да скука смертная. Её деятельной натуре хотелось приключений и страстей.
Ну и дождалась…
* * *
Марта что-то отрешённо вышивала, изредка поглядывая на свою госпожу, уютно расположившуюся на шикарной кровати с книгой в руках.
Наталья Алексеевна в силу своего статуса и тяги к знаниям умела читать.
За окном упрямо выла метель, по стеклу музыкально били маленькие снежинки, рисуя на нём размытые узоры. Природа словно погрузилась в сон, укрывшись плотным белым покрывалом инея, снега и холода, которые были неотъемлемой частью этой огромной и прекрасной северной страны, которую Марта уже успела немного полюбить.
В комнате была приятная атмосфера тепла и покоя, которая, однако, начала уже порядком надоедать Марте.
За это время она немного изменилась – стала ухоженней, красивей, уверенней в себе. В этом ей помогло мужское внимание, коим её окружили даже здесь. Для девушки это было ново и приятно, хотя она и отвергала все ухаживания. Счастья, конечно, хотелось, но сердце молчало, словно застыв.
Уйдя в себя, Марта лишь краем уха услышала, как скрипнула деревянная дверь.
Встрепенувшись, цесаревна вопросительно взглянула на вошедшего посыльного.
– Царевна, – вежливо поклонился он, – вам письмо от государя.
– Хорошо, – кивнула женщина, забирая письмо, – можешь идти.
Вновь поклонившись, посыльный удалился.
Пробежавшись глазами по нескольким коротким строчкам, царевна задумчиво прикусила губу.
В затянувшемся молчании Марта заинтересованно смотрела на госпожу.
– Собирайся, Марта, – Вдруг произнесла царевна, – Брат приглашает меня на празднование новых завоеваний. Ты и Ксения поедите со мной.
– Как прикажете, госпожа, – встав, покорно поклонилась Марта, и, забрав с собой своё рукоделие, удалилась выполнять приказание госпожи.
Ей вспомнилась случайное столкновение с гостем Менщикова. По последующим событиям девушка примерно догадалась, кто это. Не могла понять одного – почему эта случайная встреча так часто преследует её, заставляет сердце биться быстрее? Почему этот незнакомец так часто вспоминается ей, даже снится? И почему при воспоминании о нём по губам сама собой расползается улыбка?
Всё это абсурдно, да, но… Есть во всём этом одно какое-то «но», которое делает реальным даже самые, казалось бы, странные предположения.
Девушка постаралась выкинуть эти мысли из головы.
Она даже не знала, что предмет её тайных размышлений так же почему-то не мог забыть случайную встречу с девушкой, чьи колдовские чёрные глаза могли заворожить кого угодно.
Для обоих все эти мысли казались странными, но неотступно вызывали трепет где-то в глубине души.
Они-то и стали основной причиной этого приглашения, хотя бедная молодая служанка, конечно, и подумать о таком не могла…
Глава 7
1703 г., Москва.
Девушка с непривычки ёрзала по роскошной карете, не находя себе места, из-за чего цесаревна неодобрительно косилась на неё.
Марте было неудобно в роскошном шёлковом платье, коим её одарили на время пребывания при дворе. Ведь девушка отродясь не знала иной одежды, кроме как грубых крестьянских платьев. Пусть подаренное ей платье фрейлины было далеко не так богато, как у её госпожи, но всё же радовало глаз изысканной красотой и идеально сидело на её женственной фигурке, подчёркивая достоинства и скрывая недостатки. Длинные густые волосы девушки уложили в незамысловатую причёску, скрепив дешёвой брошкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
