Читаем без скачивания Вершина мира. Книга вторая. - Евгения Прокопович

Я зло сплюнула, влезла руками в лямки спасательского рюкзака и шагнула в холодную темноту.

Ветер нарастал, идти приходилось низко пригибаясь к земле, видимость нулевая, носа и того не видно. Хорошо еще, Ратар не стал со мной спорить, когда я отдала распоряжение, натянуть вдоль улиц тросы, по которым сейчас вполне можно передвигаться, как по кораблю во время шторма, не рискуя при этом сбиться с дороги.

Только бы с рабочими все прошло гладко. Я зубами стянула перчатку и сунула моментально замерзшую руку в карман, нащупывая там скорострельный пистолет и на ощупь же проверяя зарядку патронов. Если мои доводы не придутся рабочим по душе, нужно будет приводить последний аргумент и пострелять у этих баранов над головами. Методы, конечно, противозаконные, но других, к сожалению, нет.

Отец догнал меня, когда я прошла до шахт почти полдороги и, недовольно сверкнув глазами, подхватил за талию, попер со скоростью раза в два больше моей. Конечно, ему хорошо, с его массой, его-то ветром не сносит!

Прижимаясь к пушистому, мокрому от снега воротнику отца, высвободила руку и поднесла к глазам наручные часы, с момента пробуждения прошло ровно шестнадцать минут, значит, от часа обещанного мне Заком осталось чуть больше сорока минут. Я чертыхнулась сквозь зубы, так много еще предстоит сделать, а я еще и не начинала.

Мне показалось, что я снова маленькая домашняя девочка и как всегда ничего не успею, так со мной было всякий раз. 'Врешь, не возьмешь! Я все успею! — зло подумала я, глядя на бушующую метель, если это только начало, что ж здесь будет потом? — Я все успею у меня еще целых сорок минут!'

Мы ворвались в помещение, выстроенное вокруг входа в забои, окруженные вихрем снега и потоком холодного ветра. В помещении было тепло и с меня сразу начала капать вода. Навстречу выдвинулись два дюжих молодца в форме охранников в надежде остановить меня. Но мальчики отступили, удивленно глядя на маленькую девчонку доктора, сжимающую в озябших пальцах скорострельный пистолет. Отец с не меньшим удивлением перегнулся через мое плечо и уставился на короткоствольную игрушку, рукоять которой едва умещалась в моей ладони.

Я прошла мимо обалдевших охранников в приветливо раздвинувшиеся двери. В холле, уставленном неудобными стульями собрался персонал трех шахт, вот-вот должна была подняться из забоя очередная смена. Хмурые мужчины и совсем еще мальчишки, вон тот, пожалуй, не старше Зака, повернулись ко мне, и на миг показалось, что готовы разорвать меня на части оттого, что я лишаю их работы.

— Значит так, господа шахтеры, — заорала я, перекрывая гул пятисот голосов, — слушай мою команду, одеваемся, обуваемся, беремся за ручки по двое, цепляемся за тросы и ровненько отправляемся в сторону подготовленного укрытия. На все про все у нас чуть больше двадцати минут, — я намерено сократила время, нечего раскачиваться.

— Слышь, красавица, проваливай отсюда, пока мы не… — послышался из толпы громкий голос и на меня выдвинулся здоровенный мужик по имени Солох. Я смерила его взглядом, что ж, размером нас не напугаешь.

— Это ты меня послушай, комикадзе мой яхонтовый, — задушевно прервала его я, — сколько раз за последние четыре дня я говорила вам, что будет большой шторм? Можешь даже не напрягать мозги, дружок, по три раза на дню. Так вот, сие приятное событие должно начаться с минуты на минуту. А ты, ангел мой, Солох, знаешь, что такое шторм на данной планете равняющийся пятнадцати баллам? Ты знаешь, что происходит, когда ветер разгоняется до полутора тысяч миль в секунду и блуждает между гор? Нет? А я тебе расскажу, при таком порыве ветер сносит со своего пути все, а особенно таких тепленьких и глупеньких, как ты. Видишь, вот это стекло? — Я ткнула пальцем за спину, в сверхпрочное пуленепробиваемое стекло. — Так вот, Ледяной шторм, при котором температура опускается на полтысячи ниже нуля по Цельсию, со своим ветерком сметет это стеклышко за каких-нибудь полторы секунды, ты, прости, даже обгадиться не успеешь. — Среди шахтеров пронеслись короткие смешки, а стоящий за моей спиной отец никак не мог справиться с челюстью — заклинило, что поделаешь. — Защиты у вас фигушки или того меньше, шторм идет с востока, вы как раз на его пути, значит, вас сметет в первую очередь. Да, кстати, над вами нависает кусок скалы, который сорвется прямо на ваши умные головушки при первой же возможности и ку-ку вашим шахтам — завалит, по самое не балуйся.

Итак, подводя итог моей веселой болтовне, я предлагаю вам выбор. Кандидаты в трупы прямо сейчас могут выстроиться вдоль стеночки и нижайшая к ним просьба с места не сходить, потом прибудут коронеры, ищи вас тогда по всем тоннелям, коронеры ведь тоже люди, пожалейте их, пожалуйста. Остальные же, кому еще не надоело жить, должны следовать, в уже оговоренном мною порядке, вот за этим здоровенным мужиком, что стоит у меня за спиной. Пять минут на раздумья.

Я замолчала, переводя дух, расстегнула куртку и выудила из нагрудного кармана смятую пачку сигарет, закурила, глубоко затянувшись. Времени, конечно, в обрез, но людям надо дать обдумать и переварить не какую-то там эфемерную опасность, а ту, что подступила под их порог и ледяными порывами бьется в бронированные двери. Папа выдвинулся вперед, и собрался было сделать мне какое-то замечание. Я посмотрела на него так, что он закрыл рот, едва распахнув его, и занял свое место на галерке. Скурила сигарету почти на половину, черт, о чем можно так долго думать? Но я должна забрать отсюда их всех живыми, иначе грош мне цена.

Заработали лифты и на поверхность начала подниматься отработавшая смена. Уставшие, перепачканные в ярко-оранжевой пыли, покрывающей все тело и забирающейся даже под одежду, они с удивлением оглядывали собравшихся, подходили к разбившимся на кучки шахтерам, спорили о чем-то. Я бросила окурок и раздавила его носком сапога, как раз в тот момент, когда от шахтеров отделился худощавый мужчина с въевшейся в кожу пылью карма, отчего его лицо казалось сплошь покрыто веснушками.

— Ты, милая девочка, все нам так старательно здесь описала, — усмехнулся он ломким охрипшим голосом, — а не скажешь ли ты нам, где мы будем искать потом работу? И чем кормить наших детей? Тех из нас кто не погибнет в ураган, обещали отдать под суд, если мы покинем пределы шахты, так что выбор у нас не велик — или загнуться здесь, или в тюрьме…

— Лера, золотко мое, — я недоверчиво подняла брови, — ты требуешь от меня гарантий, так я понимаю? Ты хочешь, что б маленькая девочка пошла к злому дяде управляющему, пока большие и смелые дяди будут сидеть здесь и трястись от страха, я уловила суть?

— Ну, примерно так, — смущенно пробормотал Лера, опуская глаза под моим взглядом.

— А какие гарантии от меня требуются — письменные или достаточно будет слова вашего управляющего?

— Желательно письменные, — пробормотал кто-то достаточно громко.

— Хорошо, голубы вы мои, договорились, — я постаралась, что б мой вздох облегчения остался незамеченным, — я вернусь сюда с гарантиями через пять минут, а вы за это время вытащите всех оставшихся в забоях и будете готовы сразу же отправляться в убежище.

Под одобрительный гул я направилась в рабочий коридор, ведущий в противоположную от шахт сторону. Я была готова расцеловать Леру. Гарантии! Черт, да я готова станцевать перед ними стриптиз, лишь бы эти олухи пошли за мной, а такое плевое дело как гарантии мы сейчас быстренько устроим, я погладила указательным пальцем ствол аргумента, спрятанного в кармане куртки, управляющий просто не устоит перед моей силой убеждения.

Убедить юркого лысоватого человечка словами оказалось просто невозможно, он грозился наслать на мою голову все возможные небесные кары, а так же всех адвокатов, даже тех, которые едва перестали ходить пешком под стол. Я дала ему ровно три минуты, чтобы выговориться, как ни крути, а время меня поджимает, затем с милой улыбкой достала свой главный довод и навела управляющему прямо в висок. После этого разговор наш потек намного оживленнее и стал куда более задушевным. Прекрасно понимая, что требовать каких-либо гарантий у этого человека глупо я, поигрывая пальцем на курке, упросила его связаться с главой компании.

— Вы не понимаете, о чем просите! — взвизгнул управляющий, — Между нашими планетами почти шестнадцать часов разницы во времени, и я не могу поднять главу компании с постели в такой час.

— А мне, признаться, плевать, откуда вы достанете главу вашей корпорации, — доверительно ухмыльнулась я, — дрыхнущим в постели, сидящим на унитазе или же сдернете с очередной девицы! У меня, знаете ли, времени осталось чуть меньше двадцати минут, пока здесь не началась такая свистопляска, от которой нам всем станет так весело, что искры из глаз полетят.

— Мы подадим на вас в суд, — еще раз пригрозил управляющий.