Читаем без скачивания Женщна в клетке, или Так продолжаться не может - Шилова Юлия

— Не знаю. На мою шею пока никто не садится.

— Может быть, потому, что мужик французский? Может, французские мужики не любят у баб на шее сидеть?

— Понятия не имею, — я нервно посмотрела на часы и перевела взгляд на Валентину. — Я не могу вас осуждать, потому что вам действительно одни альфонсы попадались, но, может быть, вы не там мужчин ищете?

— А где их нужно искать?

— Не знаю, но только не в ресторане. Хотя иногда бывают и исключения из правил. Вот я нашла своего француза на курорте, хотя говорят, что курортные романы недолговечны и заканчиваются там же, где и начинаются, но есть примеры и достаточно крепких семей, которые образовались сразу после возвращения с курорта. Тут не предугадаешь.

— Это верно.

— Вам не лучше?

— Я не умру, — обнадежила меня Валентина.

— Конечно, не умрете.

— Я не умру, потому, что мне еще предстоит увидеть Париж. Я не умру, пока не увижу этот город. Ох, Париж… Париж… Город моей мечты.

Соседка замолчала и закрыла глаза. Я испуганно наклонилась, но услышав чересчур громкий храп, облегченно вздохнула и, оставив тонометр рядом с ней, вышла из спальни.

Спустившись к себе, я попыталась освободиться от какого-то неприятного осадка, оставшегося у меня после разговора с изрядно выпившей Валентиной, и, достав ключ, открыла входную дверь. Войдя в квартиру, я громко вскрикнула…

Глава 4

Удар был настолько сильный, что мне показалось, еще немного, и я просто потеряю сознание. А затем кто-то поднял меня вверх, пронес несколько метров, швырнув посреди зала. Все происходило слишком грубо и бесцеремонно, а от сильнейшего удара очень болело в груди. Подняв глаза, я посмотрела на сидящих перед собой мужчин и глухо спросила:

— Кто вы?

Вместо того чтобы ответить, мужчины зло посмотрели на меня и рассмеялись. Их было трое, и их внешность оставляла желать лучшего. У одного был перебит нос, который, по всей видимости, неправильно сросся и ушел вбок. У другого был слишком кривой подбородок, но чересчур красивое накачанное тело, а выражение лица третьего вызывало настоящее чувство страха и намекало на то, что он может убить, даже не раздумывая.

— Я ничего не сказала смешного, — съежилась я и задала вопрос, который волновал меня больше всего:- Где Жан? Как вы сюда попали?

Неприятный холодок пронзал мою грудь, и боль все не утихала. Но сейчас я уже перестала обращать на это внимание, я думала, что в моей ситуации самое главное уцелеть, потому что взгляды ворвавшихся в мой дом мужчин не предвещали ничего хорошего.

— Кто вы? — вновь задала я все тот же вопрос и почувствовала, как мое тело дрожит.

— Ты хочешь узнать наши имена?! — усмехнулся качок с кривым подбородком. Он был похож на спортсмена, принимающего участие в боях без правил. Его сломанная челюсть приводила в ужас, и я прекрасно осознавала, что если разозлить этого парня, то не жди от него пощады.

— Вы находитесь в моей квартире. Я вас не приглашала.

— Ты хочешь, чтобы мы извинились за то, что вошли без стука?!

— Я хочу знать, что происходит.

От мужчин исходило что-то животное и неимоверная агрессия. Я даже не сомневалась в том, что попала в ужасную ситуацию, и пока не представляла, как же мне удастся из нее выбраться. Один из мужчин встал и прошелся по комнате. Остановившись рядом с портретом моей бабушки, он ухмыльнулся и ударил кулаком в портрет с такой силой, что тот пошатнулся и с грохотом упал на пол.

— Старая сука! — прокричал он и наступил на портрет. — Жуткая, выжившая из ума старуха!

Я задрожала как осиновый лист, ощутила, как защемило сердце, и почувствовала, как на глаза накатились слезы.

— За что? — только и смогла спросить я.

— За то, что раньше колдунов жгли на костре, а эта сука умерла своей смертью. А что, в народе правду говорят, что она была настоящей колдуньей?

Я не могу отвечать на вопрос человеку, который стоит на портрете дорогого и родного мне человека.

Ударив со всей силы ботинком по портрету, мужчина оскалился и рассмеялся:

— Если она колдунья, то почему она ничего мне не сделает?! Я бью ее по лицу, а она никак мне не мстит?! Пусть она превратит меня в камень! Ну что, ей слабо?!

— Она умерла, — с трудом произнесла я и смахнула слезы.

— Саня, не извращайся. Уйди с портрета. Смотри, бабка на нем вся сморщилась от боли. Нехорошо обижать старых женщин, — из спальни вышел четвертый мужчина, совершенно непохожий на этих троих. Он не отличался столь завидной комплекцией и был одет в приличный классический костюм и галстук. — Уйди с портрета, я сказал. Видишь, девушка плачет.

Малоприятный тип сделал крайне недовольное лицо, сошел с портрета и отошел к окну.

Остановившись в центре комнаты, незнакомец в костюме попрощался с кем-то по мобильному телефону и сунул его в карман. Затем расплылся в улыбке и посмотрел на меня:

— Здравствуй, Тома. Меня зовут Влад. Ты не ругайся на нас за то, что мы здесь немного похозяйничали, полистали твой альбом с фотографиями. Попытались угадать, какой ты была в школе, симпатичной или не очень. Но ни на одной фотографии тебя не нашли. Получается, ты раньше какая-то страшненькая и незаметная была, а сейчас расцвела, и от той маленькой серой моли ничего не осталось. Ты очень сильно похожа на свою бабку. Внешне, конечно. Я видел твою бабку на фотографиях в молодости. У тебя с ней много общего.

— А где Жан?

— Этот француз, что ли?

— Я оставила его здесь одного.

— Да не переживай ты так. С ним все в порядке. Просто мы сюда зашли, а тут какой-то иностранец нашу отечественную девушку на фотографиях рассматривает и глазеет на нее, как на свою собственность. Думаем, неправильно это. У них там своих девушек полно. Нечего им на наших пялиться. Нехорошо это. Вот мы его и попросили временно покинуть пределы этой квартиры, а то эти иностранцы уже совсем обнаглели. Управы на них нет. Пачками наших девушек вывозят. Говорят же, на чужой каравай рот не разевай, а они это правило соблюдать не хотят. А надо бы. В конце концов, не у себя дома.

— Что происходит? — всхлипнула я. — Я вас не знаю. Кто вы такие?

— Мы очень хорошие и спокойные ребята. Мы ничего не сделаем тебе плохого и твоему французу тоже, если…

— Что, если?

— Если ты отдашь нам драгоценности твоей бабки.

Драгоценности?! — Я тяжело задышала и посмотрела на стоящего передо мной мужчину растерянным взглядом. — Я не понимаю, вы о чем? У моей бабушки не было никаких драгоценностей. У вас неверные сведения. Все, что она нажила, так только эту квартиру.

Вместо того чтобы дослушать до конца, мужчина подошел ко мне и грубо схватил за подбородок.

— Меня эта квартира не интересует. Тома, ты что, не поняла, что с тобой никто не шутит? Все гораздо серьезнее. Отдай нам бабкины драгоценности, и мы никогда больше не появимся в твоей жизни.

Я похолодела и не поверила своим ушам. Все, что происходило у меня на глазах, казалось глупым и нелепым сном.

— Я вам клянусь, что не знаю ни о каких драгоценностях. У моей бабушки никогда не было больших денег. Все, что она мне оставила, так это пару колечек и сережки. Но их и драгоценностями-то не назовешь. Они не представляют большой ценности. Вы их имеете в виду?

— Ты что, смеешься над нами?

Боже упаси. Я не имею привычки смеяться над незнакомыми людьми. Я просто не понимаю, что происходит. Моя бабушка умерла. У нее никогда не было несметных богатств. Вы приходите ко мне спустя пять лет после ее смерти и требуете какие-то драгоценности. Да если бы они у меня были, то уж наверно за пять лет я бы придумала, как ими распорядиться. Но у меня, кроме этой квартиры, оставшейся от бабушки, и моего автомобиля, который я купила на собственные заработанные деньги, ничего нет.

Я старалась хоть немного унять дрожь в голосе и быть как можно более убедительной.

— Я не знаю, откуда у вас такие неверные сведения, но все, что вы мне сейчас выдвигаете, крайне необоснованно.

В этот момент я посмотрела на свое отражение в зеркальном шкафу. На меня смотрели два перепуганных глаза, которые хлопали ресницами и сходили с ума от жуткого страха.

— Ко мне приехал любимый человек из Франции. Я бы хотела знать, куда вы его дели? Вы выгнали его на улицу?

Но стоявший напротив меня мужчина не обратил никакого внимания на мои слова и продолжил в том же духе:

— Когда умерла твоя бабка?

— В мае, — нерешительно ответила я.

— Все совпадает.

— Да что совпадает-то?

— А то, что ты мне денег должна, и денег немалых.

— Я?!

— Ты!

— Да я ж вас не знаю.

— Я же тебе сказал, что меня зовут Влад.

— Это имя ни о чем мне не говорит.

— Это имя говорит о многом.

Влад сел на корточки и заглянул мне в глаза.

— Мой дед был очень богат. Ему досталась прекрасная родословная и неплохое наследство. Его жена умерла слишком рано, и он один воспитывал единственную дочь. После смерти своей жены мой дед влюбился в колдунью, о которой постоянно судачили люди. Вот такой скверный характерец у него был. Увидел твою бабку и сразу влюбился. Я много чего слышал о твоей старухе и знаю, что это была очень опасная женщина, которая занималась черными делишками. Поговаривают, что она тесно общалась с потусторонними силами. Она питалась любовью моего тогда еще молодого деда, его энергией и не давала ему возможности проникнуть в свою душу. Так вот, моя мать пошла против воли моего деда и вышла замуж за человека, который ему был крайне несимпатичен. От этого брака родился я. Но мой дед не принимал этот брак, потому что он был заключен против его желания. Мать говорит, что отец ее никогда не любил, а мне трудно понять, как отец может не любить своего единственного ребенка. А знаешь, почему мой дед не любил мою мать?