Читаем без скачивания Коронованный череп - Фергюс Хьюм

— А что это был за череп? — продолжал расспросы следователь, обращаясь к Софи. Гувернантка содрогнулась.

— Это была ужасная вещь, — созналась она. — Словно из ночного кошмара. Он был окрашен в алый цвет, а вокруг его лба был широкий серебряный обруч, напоминающий корону.

Все присутствующие в зале заинтересовались, услышав такое интригующее описание.

— Интересно, откуда могла взяться такая странная вещь, как вы думаете, мисс Уорри? И куда она делась? Может, вы оставили ее себе?

— Я бы так и сделала, но череп исчез.

— И как же он исчез?

— Я могу сказать только то, что он самым таинственным образом появился в палатке и таким же образом пропал, — отрезала свидетельница, которая уже чувствовала усталость от этого допроса. — Он появился перед визитом в мою палатку господина Боуринга, а исчез после того, как тот ушел.

— А кто-нибудь кроме вас и господина Боуринга видел его?

— Нет, насколько мне известно. Вы уже закончили мой опрос?

— Да, — механически ответил следователь. И Софи, которая выглядела очень усталой, села на свое место.

То, что рассказала гувернантка, звучало так странно, что коронер колебался: верить этому или нет. Такому человеку, как мисс Уорри, все это могло попросту привидеться. Или, быть может, красный череп был лишь сказкой, которую женщина сочинила, чтобы разрекламировать себя. С другой стороны, письмо с предсказанием действительно существовало.

— Собственно, вот и все свидетельские показания, господа, — подвел итог следователь после долгой паузы.

В зале началось перешептывание, а затем он выступил с речью, в которой перечислил все известные факты, в том числе и те, о которых поведала гувернантка. Но все его объяснения не пролили и лучика света на тайну, которая, несомненно, скрывалась за смертью миллионера. Было ясно, что совещание присяжных не займет много времени. Они считали, что из имеющихся фактов невозможно сделать какие-то определенные выводы. Единственное, что удалось точно установить, — это то, что господин Боуринг был застрелен тем же самым человеком, который пытался погубить его во время автомобильной катастрофы.

В итоге был вынесен вердикт, что неизвестное лицо совершило предумышленное убийство. На этом слушание завершилось.

Довольны остались только журналисты, которые превратили рассказ мисс Уорри в сенсационные статьи. Все сошлись на том, что дело более чем загадочное, а сэр Ганнибал рассердился, что лишь сейчас впервые услышал о странном алом черепе.

— Вы должны были сразу рассказать мне об этом, — сердито сказал сэр Тревик гувернантке. Разговор состоялся в его особняке, после обеда.

— Я не думала, что это кого-то заинтересует, — смущенно проговорила та в ответ. — Однако я упомянула о нем, когда говорила с Дерикой.

— А ты почему мне ничего не сказала? — спросил сэр Ганнибал у дочери, которая в то время писала письмо господину Форду, в деталях рассказывая обо всем, что произошло на следствии: это представляло большой интерес для молодого адвоката, вернувшегося в Лондон.

— Рассказывать тебе про череп не было никакой необходимости, — заверила отца девушка, на мгновение подняв взгляд. — Я подумала, что это кто-то пошутил. Конечно, если бы я знала, что этот череп так напугает господина Боуринга или что ему угрожает смерть, я, без сомнения, навела бы справки. Но теперь, боюсь, невозможно будет узнать, кто и зачем принес его в палатку.

— Мертвую голову поставили туда специально, чтобы напугать господина Боуринга, — сердито заметил Тревик. — Выходит, тот, кто ее принес, знал, что Джон отправится погадать, и знал о каких-то обстоятельствах из его прошлой жизни.

— Вы знали о них немало, — многозначительно заметила мисс Уорри.

— Да, — согласился баронет. — Я знал про него много хорошего и много плохого. Боуринг был странным человеком. В нем в равной доле смешалось добро и зло. Но я совершенно точно могу сказать, что ничего не слышал о Мертвой голове, выкрашенной в красный цвет. Все это очень странно. Я поеду в Грандж, когда будут зачитывать его завещание, и спрошу об этом у миссис Крент. Может, она сможет пролить свет на этот вопрос.

Дерика неожиданно вздрогнула.

— Вы хотите присутствовать при чтении завещания? — быстро спросила она.

— Конечно. Гратгон, адвокат Джона, приехал из Лондона, чтобы присутствовать на похоронах и зачитать завещание. К тому же он сам пригласил меня. Возможно, Боуринг упомянул меня в завещании, а быть может, он даже хотел сделать меня опекуном Моргана.

— А может, бедный мистер Боуринг оставил все свое состояние Дерике, при условии, что она выйдет замуж за его сына, — с хихиканьем заметила Софи, не сводя глаз с баронета.

— Это крайне маловероятно, — хладнокровно объявила мисс Тревик.

— Не знаю, не знаю. По-моему, в этот день у Боуринга, кроме этого брака, ничего не было на уме, — отрезала ее гувернантка.

— Вы говорите глупости, — совершенно спокойно фыркнула Дерика и поднялась, держа в руках письмо к Форду. — А теперь, Софи, вы можете и даже должны сказать отцу, что намерены оставить нас.

— Что? — воскликнул сэр Ганнибал. — Вы, мисс Уор-ри… Вы же были с нами с тех пор, когда Дерика еще была ребенком… И вы собираетесь от нас уйти?

— Да, — пристыженно ответила гувернантка. — Я думала остаться в вашей семье до самой старости, но последнее время тут платят не слишком исправно, — и женщина стыдливо посмотрела на хозяина.

— Я не могу делать деньги из пустоты, — заметил баронет, немного покраснев. Речь мисс Уорри немного задела его гордость. — Но я заплачу вам все, что должен, прежде чем вы нас оставите. Хотя считаю, что вы поступаете неразумно… И куда же вы собираетесь податься?

Софи в свою очередь покраснела и ответила с гневом:

— Я вовсе не такая беспомощная, я не хуже других, сэр Ганнибал. Я правильно предсказала смерть господина Боуринга и прославилась. Теперь я собираюсь в Лондон. Буду зарабатывать гаданием!

— Вас арестуют за мошенничество.

— Нет, я организую все официально. Мое пророчество об этом убийстве в самом деле стало настоящей сенсацией. Я заработаю много денег и через несколько лет выйду в отставку.

— Все эти пророчества — ерунда, — сердито объявил сэр Тревик.

— Ничего подобного. Это была правда, сэр.

— Неужели все это вы прочитали по руке Боуринга?

Мисс Уорри очень странно посмотрела на баронета.

— Я на самом деле сделала это, — объявила она торжественным тоном. — Вы скептик, но на этот раз вы и другие шуты вынуждены будете признать правду. — И, сказав это, женщина вышла из комнаты с куда меньшей кротостью, чем обычно.

— Она сильно изменилась за последнее время, — заметила Дерика, глядя на отца. — Успех этого пророчества, похоже, свел ее с ума. Раньше она была тише воды, ниже травы, а теперь и со мной ведет себя довольно грубо. Я даже рада, что она хочет уйти.

— Я тоже, — сказал сэр Тревик с мрачным вздохом. — Только выглядит все это так, словно крысы бегут с тонущего корабля. Без господина Боуринга я и в самом деле не знаю, где брать наличные.

— Подождем, пока не зачитают завещание, — сказала девушка, ласково погладив отца по руке. — Быть может, он упомянул тебя в завещании.

— Пф! Не слишком-то верится, это не в его характере. — заметил старый аристократ. — Однако ты должна поехать со мной и послушать.

— Зачем? Неужели без этого нельзя обойтись?

— Нельзя. Я не хотел бы оказаться один в мрачном доме, где будет только экономка и безумный наследник. Конечно, если ты боишься Моргана…

— Я ничего не боюсь, — едва заметно улыбнувшись, отозвалась Дерика. — Я поеду с тобой, отец, и, возможно, мы в самом деле услышим что-то полезное.

Как и многие девушки ее возраста, мисс Тревик хотела вести спокойную, беззаботную жизнь, не думая о хлебе насущном. Но чувство долга не оставляло ей другого выбора. Сэр Ганнибал напоминал большого ребенка, и за ним нужно было присматривать. Дерика ждала того дня, когда ее отец женится во второй раз и присматривать за ним начнет кто-то другой. Тогда девушка и в самом деле смогла бы стать женой господина Форда и по крайней мере какое-то время быть счастливой.

Вот так и вышло, что сэр Ганнибал с дочерью сразу после похорон вновь отправились в Грандж. Тело Боуринга похоронили на кладбище Санкт-Эвалдс. Мария Крент, желая прославить своего мертвого хозяина, предложила похоронить его в семейном склепе Тревиков, в деревенской церкви недалеко от Гранджа, но баронет категорически отказался, и миллионеру пришлось довольствоваться менее аристократическим местом упокоения. В этот день чуть ли не все жители Санкт-Эвалдса шли за гробом — не потому что они так сильно любили господина Боуринга, а из-за того, что его смерть стала громким событием.