лица.
Бог мой, Аня, прекращай это! Ну, шрам у человека, подумаешь! Зачем каждый раз так реагировать? Но дело было, похоже, всё же не в шраме, а в его взгляде. Было в нём что-то такое… пугающе-завораживающее.
— Привет, — поздоровалась я.
— Привет, — после небольшой паузы, словно раздумывая, достойна ли я его ответа, произнёс он глубоким, с лёгкой хрипотцой, голосом.
Пфф! Мысленно закатив глаза, прошла к шкафу и, открыв дверцу, взглянула в зеркало, висевшее с внутренней стороны. О боги!
Волосы мокрые, тушь от влаги растеклась по лицу чёрными дорожками. Я попыталась стереть их пальцами, но лишь размазала ещё больше, отчего под глазами образовались черные круги. Блин! Нужно было срочно идти в туалет и умыться.
Я повесила мокрую куртку внутрь и закрыла дверцы. Развернулась и снова натолкнулась на Артёма, который так и стоял неподалёку.
— Косишь под панду? — спросил он с издевательской усмешкой.
— Ха-ха! Очень смешно! — разозлилась я, понимая, что он прав, и поспешила в туалет, чтобы смыть это безобразие.
Умывшись с мылом, я вытерла лицо бумажным полотенцем. Хоть я и не красилась сильно на работу, но всё же лёгкий макияж наносила всегда. Сейчас же, совершенно ненакрашенная, выглядела совсем по-детски. Надо бы иметь в сумочке, на такой случай, кое-что из косметики.
Но поскольку я не была натуральной блондинкой, после умывания, мои ресницы и брови не «исчезли» полностью с лица. Мой настоящий цвет волос был скорее светло-русым, но я их осветляла в модной сейчас технике airtouch, выглядело очень естественно.
Распустив свои длинные мокрые волосы, я расчесала их. Обычно я всегда убирала их на работе, в хвост или пучок, либо же косу. Они были слишком длинными, почти до талии, к тому же ещё и густыми, чтобы оставлять такую копну распущенной. В офисе же нужно соблюдать деловой стиль, а не выглядеть как русалочка.
Однако сейчас они были насквозь мокрыми, необходимо было немного просушить их, прежде чем убирать в пучок. Поэтому я оставила как есть. Не страшно, это же ненадолго. Оглядела себя. Ну, вроде, прилично. После чего вернулась на рабочее место. В зале вновь встретилась глазами с Артёмом. Да блин! Сама виновата. Почему я всё время смотрю в его сторону? Он решит, что я делаю это нарочно.
Уже приготовилась было к его язвительным комментариям, но меня ожидал сюрприз.
Глава 7
Он ничего не сказал. У него вообще было очень странное выражение лица. При этом смотрел он, как заворожённый, на мои волосы. После этого обвёл взглядом ещё и фигуру. Снова поднял глаза на лицо и вдруг расхохотался.
Что, блин, это значит?! Кровь вскипела в венах и бросилась к моим щекам. Внутри поднялась волна из смущения и гнева. Нет, нормально вообще? Как на такое реагировать?
— Что смешного? — сердито спросила я, сжимая кулаки.
Но мужчина просто проигнорировал мой вопрос, покачав головой.
Я рассерженно отвернулась. Придурок какой-то!
С пылающим лицом села за своё место. Я совершенно не понимала его реакцию: ни удивление, ни веселье. И мне было ужасно неприятно. Какой странный тип!
Да пошёл он! Решила не обращать больше на него внимания. Включив компьютер, я занялась рабочими делами. Погрузившись в работу, совсем потеряла счёт времени.
У меня, похоже, наклёвывался нехилый контракт! Я несколько недель общалась с одним потенциальным заказчиком, который просил выслать ему то один, то другой образец, но постоянно сомневался, задавал много уточняющих вопросов, при этом не раскрывая своего инкогнито. Подобная анонимность раздражала, но я терпела.
Но в итоге я всё-таки вычислила его. В одном из писем он случайно засветил свой второй электронный адрес, сделав пересылку. Это была крупная торговая сеть. Пару лет назад наша фирма уже пыталась предлагать им сотрудничество, но получала отказ.
Если мне удастся подписать с ними контракт на поставку нашей продукции, то это будет невероятной удачей. Я же пообещала потенциальному клиенту хорошую скидку на большую оптовую партию, а также отличные условия.
Сегодня я вновь вела с ним переписку, в которой он уточнял у меня некоторые детали по поставке. Я старалась изо всех сил, и даже не пошла на обед, чтобы не прерывать диалога в чате. Хотя Матвей вновь оказался в нашем зале и снова позвал меня с собой, но я лишь пожала плечами в извиняющемся жесте.
И вот, наконец, он созрел! Клиент дал своё согласие и выслал все необходимые реквизиты, чтобы я могла подготовить договор. В четверг я должна была подъехать к ним в офис для заключения контракта.
Да! Ура! Я сделала это! Я светилась от счастья с широчайшей улыбкой на лице, когда с обеда в зал вернулся Артём.
Он бросил на меня испытывающий взгляд, чуть приподняв бровь, видимо, не слишком поняв, кому предназначалась улыбка, ведь в зале больше никого не было. Да уж точно не ему!
Я кивнула на открытый рабочий чат с клиентом на мониторе, и показала большой палец, продолжая довольно лыбиться. Дала понять новенькому, что источник моей радости — успехи в работе, а вовсе не появление в зоне видимости какого-то консультанта. Мужчина чуть искривил губы в лёгкой усмешке.
А красивые у него губы...
Я тут же открыла рабочее расписание в облаке и проставила себе в четверг часы в офисе со второй половины дня, чтобы никто меня с утра не искал, после чего вновь принялась за работу, внося данные клиента в форму договора.
Минут через двадцать в зал вошла Грымза. Так все за глаза называли начальницу нашего отдела — Оксану Николаевну. Если и был кто, в этой компании, кого я не любила больше всего, то это была именно она. Самая настоящая интриганка! Необъективная, придирчивая и на редкость вредная.
А ещё завистливая и жутко надменная. Она вела себя чрезвычайно высокомерно с теми, кто находился ниже неё по карьерной лестнице и невероятно лебезила перед начальством. Очень неприятная особа.
Обращение между сотрудниками в компании было принято не слишком формальное, заключалось это в том, что лишь высокостоящее начальство и сотрудников в возрасте звали по имени-отчеству, к остальным же всё обращались просто по имени.
Но к ней нужно было обращаться исключительно Оксана Николаевна, хотя ей было лет тридцать, не больше. Касалось это лишь тех, кто был ниже неё в иерархии, конечно.
Симпатичная, в принципе, женщина, её портили лишь вечно поджатые губы. И так тонкие от природы, они превращались практически в ниточку. Войдя в зал, она обвела
