после института будете. Хотите, чтоб обоих отчислили?
Это Леха Длинный. Местный «авторитет», если можно так сказать. Метра под два ростом и здоровый как черт. Грубый, безапелляционный, сильный. Бил всех, даже преподов, поэтому и они его побаивались, лишнего себе не позволяли. В группе нарков он не состоял, был одиночкой, это они скорее к нему жались. Но жались часто, вместе курили, и не только сигареты, да по слухам и досуг общий случался за пределами института. Бухали, по проституткам ездили, на всякие разборки. Так что то, что он впрягся скорее всего дороже мне же и выйдет.
— За базар ответишь, — сплюнул Пахан, еще раз ткнув меня в плечо и поспешил к своим.
Когда все ушли я прислонился к стенке и медленно скатился по ней. Ноги дрожали, подкашивались. Я в открытую конфронтацию класса с восьмого не вступал, всё как-то больше обходил острые углы, договаривался, предпочитал откупиться, а не огрести. А тут прям адреналиновый взрыв. И даже не облегчение чувствую, а наслаждение. Походу не всегда меня трясет от страха, еще и от ярости. Мож не так это и плохо — дополнительная энергия, надо только направлять ее в правильное русло, не отступать, а атаковать. Ведь есть же у меня теперь свое собственное чертово мементо мори, надо пользоваться им, успеть закрепить результат до того, как улетучится боевой настрой…
Вторую пару пропустил, все равно опоздал, препод может и не впустить. У него коронная фраза «закройте дверь, молодой человек». А когда закрываешь, то уточняет — «с другой стороны». Вот, кстати, прикол, Лехе Длинному однажды так же сказал, ну тот его вывел и дверь за ним закрыл. Ну препод и припух, скандал был, но без особых последствий. Не институт, а курятник, клюнь ближнего и насри на нижнего. Хотя может так оно везде.
Я не Леха, со мной препод миндальничать не будет, поэтому решил прогуляться по парку. Сначала хотел вообще домой свалить, чтоб на разборку после пар не нарваться, но потом разозлился на себя же за малодушие и вернулся на вторую часть лекции.
Оказалось, что лекцию вел не наш препод по сопромату, его замещал лаборант, или кто он там уже, не знаю. Зато знаю, что именно с ним сейчас встречается Аленка, и по этой простой причине Антон Юрьевич Грачевский старается поддеть, унизить и завалить меня при любой возможности. Текущую возможность он тоже не упустил.
— Вижу новые лица опаздунов, — объявил Антон Юрьевич, заметив меня после того, как вернулся с перерыва. — Тарнов, я уже отметил вас как отсутствующего, так что можете идти гулять дальше.
— Да я в больнице был, поэтому задержался, — на голубом глазу соврал я, и видя, как препод скривился и начал исправлять в журнале «н» на «½», закрепил результат: — Справку могу принести…
— За что это вас так? — насмешливо уточнил практикант. Смуглый, щеки полные, волосики местами кучерявятся. Взгляд черных глаз наглый и надменный, но при этом бегающий. Интонации слащавые и самодовольные, явно копирует кого-то из старших коллег.
— За то, что совал нос не в свое дело, — ответил я, подразумевая что именно этим сейчас занимается сам Гандон Юрьевич, и вполне может последовать по моему пути. Тут ведь не далеко.
Но моя фраза была воспринята по-своему, причем не только преподом.
— Рад что вы это осознали, — ободряющим тоном похвалил он. — Опыт, сын ошибок трудных! Надеюсь, что вы вынесли из этого происшествия важный жизненный урок.
Черт! Прозвучало так словно он сам мне нос и сломал, за то, что я лезу в его дела, по крайней мер с из аудитории послышались смешки.
Сзади постучали по плечу, я обернулся и пожал протянутую руку. Дима Демидов, в меру упитанный молодой человек, голубоглазый блондин. В общем-то нормальный парень, познакомились, когда вместе электротехнику пересдавали, в четвертый раз. Но порою кажется каким-то отшибленным, может потому, что из деревни, не знаю.
— Чего он на тебя взъелся-то? — громким шепотом уточнил он.
— Так, вестимо дело, — глубокомысленно ответил я. — Я тоже злился, когда за братом одежду донашивать приходилось. Особенно если она доставалась мне порванной во всех доступных и недоступных местах…
О том, что препод встречается с Аленкой, знали все, так же многие знали, что раньше она была со мной. Говорил я достаточно громко чтобы окружающие услышали и зашушукались. Послышались редкие смешки, и в мою сторону устремились удивленные взгляды. Обычно я себе такого не позволял, сидел тише воды ниже травы. Отвечал очень редко, грубостью и того реже, когда совсем уж прижимали.
Другая часть устремила взгляды на Аленку, которая сидела на первых партах. Та вскочила и выбежала из аудитории.
— Тарнов, зайдите после пары в деканат, — словно приговор произнес Аленкин хахаль.
Черт, как-то много проблем за два неполные дня я себе нажил. Больше, чем за прошедшие три года учебы. Неужто набралась критическая масса? Или это из-за сделки с дьяволом? Работодатель подстраховывается, делает так чтоб у меня не осталось и мысли пойти на попятную?..
На большой перемене пошел в институтскую столовую. По деньгам мог себе пару раз позволить это «удовольствие». Вообще я не посещал ее по большому счету не из-за денег, а из-за страха опозориться. Вот возьму я себе пюрешку с котлетой и хот-дог, а на кассе выяснится, что у меня денег не хватает. Я же со стыда сгорю…
Сегодня денег хватило. Сел за пустой столик. Столовка быстро наполнялась и вскоре ко мне подсели две девчонки. Одну я знал, с нашей группы, Аня зовут, Фонарина. Симпатичная на лицо, блондинка, и грудь что надо. Непонятно только чего ко мне подсели, места свободные были и за другими столами.
Девчонки пожелали приятного аппетита, и Аня спросила:
— Не пойму, Тарнов, ты вроде как-то изменился. Подстригся что ли?
— Если ты на нос намекаешь, то спасибо за участие, — хмыкнул я.
Есть при посторонних было неприятно. Вдруг рука дрогнет и суп на себя пролью или еще чего? Потом весь поток ржать с меня будет.
— Да ладно, не обижайся, я же шучу. Рассказывай, кто это тебя так? — вполне миролюбиво, может даже реально с участием, предложила девчонка.
— Да классика, поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся — гипс…
— А найденное золото и брильянты сдал в полицию, и на полученную премию купил себе автомобиль москвич и решил отпраздновать это дело не
