Читаем без скачивания Идеальная казнь - Алексей Викторович Макеев

постоянно извинялся, говоря, что его нахождение в посольстве – просто формальность. Но если у коллег Альвадеса есть хоть какая-то тень, намек на подозрение, то все московское отделение Главка будет очень благодарно, если они поделятся своими мыслями, и сразу же возьмется за расследование.

Буквально через десять минут после второго поданного в общем зале кофе у Станислава в блокноте было столько имен, что ему показалось, будто Кубинец жил если не тройной, то по крайней мере двойной жизнью точно. Слишком много имен и знакомых для одного человека, но никто не смог дать ни контактов, ни фамилий, ни какой-либо более точной наводки на этих людей.

Лев вернулся в Главк и сразу зашел к Дарье, оставив у нее вязанье, чтобы она проверила нитки. Был у него в практике такой случай, когда жену губернатора одного сибирского округа отравили именно так. Пропитав нитки ядом.

– Как ты думаешь, что это? – спросил он, протягивая ей банку с листьями.

Эксперт взяла банку, понюхала и улыбнулась:

– Это чай из лепестков мальвы. Нет, я не такой хороший специалист, что сразу могу на взгляд определить любое вещество. На самом деле я просто тоже люблю этот чай. Он при заваривании дает насыщенный синий цвет и очень хорошо утоляет жажду. У нас сложно найти именно настоящий мальвовый чай, за него часто выдают настои других трав, даже цветы обычного василька.

– Я нашел его в квартире нашего убитого.

– Странно, – поморщилась Дарья, – надо проверить.

Она подошла к ноутбуку, открыла одну из своих медицинских баз и пропала минут на пять. За это время Гуров внимательно изучил один из листиков, набрал теплой воды в стаканчик в кулере, стоящем в лаборатории, кинул туда лепесток и зачарованно наблюдал, как синеет жидкость.

– Это очень полезный чай и достаточно дорогой, но к тому же он очень сильно повышает давление.

Лев присел на столешницу и устало потер переносицу.

– Можешь мне грубо и на пальцах объяснить, что такое аневризма, от нее ли точно умер Кубинец и что еще мне нужно про нее знать во время расследования этого дела? Романенко сказал, что в детстве у Альвадеса уже был разрыв аневризмы и спасли его чудом.

– Если коротко и быстро: это очаговое расширение сосудов головного мозга.

Дарья взяла медицинскую перчатку, налила в нее воды, немного, так, чтобы разбух один из пальцев.

– В сосуде скапливается кровь. Вот так. Стенки истончаются, и человек живет вот с такой штукой в голове.

Она показала надутую область. А потом перевязала перчатку так, чтобы область, заполненная водой, максимально надулась, и резко ткнула в нее скальпелем.

Перчатка лопнула, и вода брызнула в раковину.

– То же самое происходит в голове при сильном повышении давления. Это опасно, потому что сосуд может разорваться, что приведет к инсульту. При таких заболеваниях ведется контроль за давлением, обязательны наблюдение у врача, МРТ, проверка сосудов, анализы крови, анализ давления глазного дна. С одной стороны, физические нагрузки нужно ограничить, но, с другой стороны, обязательно легкое и постоянное кардио. Чтобы, допустим, быстрый подъем по лестнице не вызвал скачка давления. И полностью исключаются кофе и любые продукты, которые повышают давление.

Дарья расхаживала по кабинету и продолжала рассуждать. Казалось, что она уже не замечает Гурова, а просто разговаривает сама с собой.

– Если у него была аневризма, а документы, пришедшие из Кубы, в том числе и медицинская карта, подтверждают, что она была, значит, он должен был принимать соответствующие лекарства.

Лев вспомнил квартиру Серхио и, достав телефон, еще раз просмотрел все фотографии. А ведь правда. В квартире убитого совсем не было лекарств.

«В его рабочем столе тоже», – отозвался Станислав сообщением, когда Гуров решил уточнить, не было ли необходимых лекарств в кабинете, в аптечке или где-нибудь еще.

Ничего подобного ни в доме, ни в посольстве не было. Даже простого аспирина. Только огромное количество витаминов. По свидетельствам коллег, он вел обычный образ жизни. Постоянной девушки у Серхио не было, но в Варадеро осталась возлюбленная, с которой он часто разговаривал в перерывах по видеосвязи: это видели его коллеги во время обеда.

Пока Станислав продолжал работать в посольстве, Лев попросил у Верочки самый крепкий кофе, который она только могла сварить, и приступил к разбору документов, которые он собрал в квартире убитого.

Конечно, можно было поручить это техотделу, как делали некоторые сыщики. Стажеры-документоведы просматривали несекретные документы и делали выжимку, которую передавали страшим по званию.

Лев просматривал каждую записку, каждую бумажку, чтобы ничего не пропустить, тем более что какая-нибудь небольшая заметка на полях или записка на стикере может оказаться как раз той самой невероятно важной бумагой.

И в этот раз ему повезло буквально с первой папки. В чересчур нарядной желтой папке с красивым вензелем лежали бумаги из клиники в Москве.

Название клиники и сам вензель были Гурову смутно знакомы.

– Дарья, а тебе нигде не попадалось название клиники «Жемчужина здоровья»? – набрал номер эксперта Лев. В памяти отложилось, что название клиники точно фигурировало в делах вместе с Дарьей.

– Да, у нас был труп главврача этой клиники. Помните? Его убила жена клиента, генерала из Владивостока. Он погиб из-за врачебной ошибки, и она убила хирурга, подкараулив его на стоянке. Я это дело хорошо запомнила, помните, меня же тогда в суд приглашали в качестве эксперта. Там была ошибка во время операции, притом совершенно банальная.

Лев кивнул. Точно, именно поэтому он и запомнил это дело: Дарья тогда первый раз выступала в суде именно как приглашенный эксперт и так волновалась, что чуть не упала в обморок на проходной. Тогда Лев и Верочка приводили ее в себя. Удивительная штука – человеческая память. Дарья потом призналась, что она очень сильно боится выступать публично. Поэтому и пошла работать с теми, кто уже покинул мир. Перед ними, по крайней мере, не нужно выступать.

Сайт клиники был точно таким же, как папка, и вензель, и даже бумага, на которой были напечатаны рекомендации по лечению и программа тренировок… Тренировок?!

Гуров взял папку и снова отправился к экспертам. В кабинете была еще и Матильда Давтяновна, они как раз изучали новые данные по анализам Кубинца, так что можно сказать, что все снова совпало идеально.

– Ересь и ерунда, – сказала Матильда, изучая содержимое папки. – Какие тренировки при таком диагнозе? Интересно, чем же им так не угодил этот мальчик, если они решили убить его таким интересным способом. Но, кстати, с точки зрения тихого, медленно убийства очень интересный способ. А этим хламом, что они