из сумрака не оставлял разночтений, он у Египтян. А там, в темноте сидит (или стоит) Бэзил, правая рука Кара. Причем бандит не прибегнул к модификатору голоса. Значит, или они договорятся, или слухач не выйдет из этого помещения живым. Неприятно, зато ясно.
— Дорогой Бэзил, зачем тогда было тратить своё и моё время на прошлый разговор? Вы же понимаете, что тайна заказчика для меня свята. Я категорически не мог вам сдать информацию, даже если бы очень хотел. Да что там, даже за кредиты я не смог бы вам ничего продать! Моя репутация нарабатывалась годами, клиенты должны быть уверены, что… Да чего я вам рассказываю, вы же и сами всё понимаете.
— Вот видишь, Далемар, ты применил прошедшее время когда сказал, что не мог слить информацию и заказе. Значит, всё поменялось?
— Конечно! Вы же напрямую угрожаете моей жизни! — Голос нескладного господина, зафиксированного в кресле для допросов, был трагичен, жалок и одновременно забавен. — Сразу бы пригрозили смертью, пообещали побольше, я бы не стал разводить все эти политесы!
— То есть одна угроза жизни вас не сподвигнет на сотрудничество?
— Зачем мне сотрудничать, Бэзил, если я по его итогу всё равно умру, но уже от голода? Бедный несчастный Далемар едва-едва сводит концы с концами, мои козявочки, мои дорогие, весьма дорогие букашечки сосут из меня кредиты как неродные. Половину заказов закрываю чуть не в убыток себе, зарабатывая голимую репутацию с жителями Вена-Полиса.
— Ой, перестань! Я сейчас заплачу от жалости! Вы поглядите на него, он у нас альтруист, работающий за чистый интерес! — Бэзил не удержался от смеха, вежливого и сдержанного. И торговец пиявками сразу понял — рядом затаилась большая рыба. Большая и очень зубастая.
— Уважаемый Кара, — выстрел наугад, но что он теряет? — Вы же с понятиями, вы не дадите своему помощнику ограбить бедного Далемара? Убейте или заплатите.
— Ха-ха-ха!!! — Вот это был смех, смеялся человек, которому не было нужды себя сдерживать. — Далемар, я всегда знал, что ты умный человек! Не бойся, не умрешь ты бедным. Если только мы когда-нибудь не доберемся до твоих авуаров раньше, чем ты перестанешь дышать. Но это будет не сегодня.
— Уже хорошо, уважаемый Кара. Всегда восхищался вашей способностью держать данное вами слово.
— Вот же наглец! Бэзил, я не понял оптимизма в его голосе. Ты не рассказал нашему, что ждет его в случае, если мы не договоримся?
— Босс, это такой крученый типчик, что уже сам всё понял. Не смотрите на его скользкую рожу, чтоб ы там он из себя не строил.
— Вообще-то я всё слышу.
— Это да, ты всегда всё слышишь. Короче! Нам нужна копия отчета по прослушки Карло, которую ты скинул Марчелло. — Припечатал Кара Аббас, тон голоса которого ясно дал понять, что шутки кончились.
— И не крути своим носом, снять экран самостоятельно ты не сможешь. — Прокомментировал Бэзил попытки пленника через настройки своего чипа найти диапазон, в котором он смог бы связаться хоть с кем-нибудь. Бэзил собрал всё, что мог нарыть по Далемару и был в курсе, что тот установил в носу аналог джостика, чтоб оперировать некоторыми функциями без помощи рук и не прибегая к интенсивному морганию, как делают некоторые продвинутые пользователи имплантов. Далемар был вообще сильно впереди моды, заигравшись со своими подопечными.
— Уважаемый Кара, я готов скинуть вам полный отчёт, как только увижу на своём счету оплату своих услуг и возмещение своих же неудобств, связанных с посещением вашей базы. — Он знал, как и все, вернее, как некоторые, что базы в обычном смысле слова у Египтян не было, но решил сказать именно так. Угадает, чёртовы партнеры по бизнесу станут воспринимать его всерьёз. Не угадает — и фиг с ним, хуже не будет.
— Смешно. Попытка засчитана. Но нет, ты не получишь доступ к сети, пока не поделишься отчётом. Что касается гонорара, ты его уже получил от Марчелло. Так что предлагаю свободу и пару тысяч кредитов за беспокойство. Один модуль двум покупателям продавать тебе не позволит совесть, или я ошибаюсь?
— Увы, Марчелло меня кинул, если вы не в курсе. Предоплата не покрыла моих расходов на операцию.
— Вот как. Что-то подсказывает мне, что он так поступил не из своей природной скаредности. Его не устроил отчёт?
— Четыре тысячи кредитов и ваше слово. После этого я готов продолжить переговоры с вами, ну и отчёт тоже перекину.
— Две с половиной тысячи или мы перейдем к допросу с пристрастием.
— Я же и уйти могу…
— А так? — И Далемар почувствовал в голове неясный шум, который отображался на сетчатке яркими отвлекающими вспышками, а потом и болью в виске. — Так ты сможешь уйти? — Голос Кара был гораздо громче обычного.
— Далемар, мы выжжем твой чип раньше, чем ты уйдешь. И будем разговаривать как с диким.
— Договорились! Кара, перестаньте уже! Ваша взяла, я согласен на две с половиной тысячи. Как я могу переслать файлы?
— Я открыл шлюз, видишь его? — Подключился Бэзил. Скидывай отчет, а потом рассказывай, что было не так с заказом.
— Да всё не так. — Из Далемара словно выпустили воздух. Он перестал играть лицом, перед хозяевами ситуации на освещенном пятачке сидел уставший человек, только что проигравший свою партию. — Начать с того, что пиявки, которые я подсаживал в стены пентхауса клиента, не цепляли домашнюю сеть. А через какое-то время переставали передавать и звук, я уж не говорю о картинке. Они просто отваливались от моего контура. Как оказалось — их мозги выгорали как под интенсивным излучением. Я бы понял, если бы пара, другая. Бывает такое, когда врезаешься в стену рядом с резервной высоковольтной линией. Вот её нет, а вот она засветилась! Но не по всему же зданию! Я попробовал подцепиться к жучкам, которые напихали во флай-модуль перед продажей. У меня есть коды доступа к закладкам Аэрофоба — владельца фирмы, торгующей модулями.
— И…? — Кара был не настолько терпелив, чтоб позволять рассказчику устраивать драматические паузы.
— Их не оказалось. Вообще ни одного, а так не бывает. То есть, я точно знаю, Аэрофоб не продает тачки, не заряженные по самую маковку закладками. — Бэзил с Кара переглянулись, для них это было новостью.
— Но ты же не успокоился, ты подсадил
