— Без тебя с каждым разом всё сложнее, — искренне ответила я.
— Прекрасно тебя понимаю, — в его голосе слышалась улыбка.
— Я даже вообразить не могу, что будет, когда ты вернёшься в школу.
— Всё будет хорошо, Гвен. Я буду приезжать так часто, как только смогу. И когда учёба закончится, я никуда не поеду, а останусь здесь с тобой.
Мне нравится, как это звучит. Да что там, я просто в восторге.
Мы сели под нашим любимым деревом и начали обсуждать, кто как провёл день.
Даже самые скучные детали в расписании Луи увлекали меня.
Он охотно прикасался ко мне. Особенно моих рук, чтобы приобнимать меня время от времени, согревая своим теплом. Хотя в этом не было никакой необходимости — драконы всегда горячие.
— Ты всегда такая тёплая, — заметил он. — Ты вообще мёрзнешь когда-нибудь?
— Ну, что тут сказать, я «горячая штучка».
— Это правда.
— У тебя есть какие-нибудь догадки, где сейчас мой отец? — спросила я его, как и каждую ночь до этого. Он покачал головой.
— Брат уехал несколько дней назад.
— Что же у них за поручение такое, Луи?
— Прошу, не спрашивай меня об этом. Отец и так не обрадовался, когда я отказался отправиться с ними в этот крестовый поход, — он вздохнул.
— Неужели всё настолько плохо?
— Я даже думать об этом не хочу, уж тем более говорить тебе. Не знаю, как вообще можно так ненавидеть.
— Это не его вина, это всё проклятье, — тихо напомнила я.
Он обнял меня крепче за спиной и поцеловал в волосы.
— Искренне надеюсь, что ты права, Гвен.
— Наверняка. Драконы — волшебные существа, Луи, это ни для кого не секрет. И мы знаем, что проклятье, наложенное альфой, не из тех, что легко снять. Пообещай мне, что бы ни случилось, ты не впустишь тьму в своё сердце.
Он засмеялся.
— Даже не было такого искушения. Проклятье действует только на королей. К тому же теперь со мной ты, и пока ты рядом, никакая тьма мной не завладеет.
Каждое слово из его уст грело мне душу. Я развернулась, чтобы снова поцеловать его.
Это теперь одно из моих любимых занятий.
Поцелуи не прекращались, пока его дыхание не стало тяжёлым, тогда я притворилась, будто мне тоже не хватает воздуха, и отстранилась.
— Прости, — произнёс он. Я покраснела, потому что не он должен был извиняться. Я становилась всё ненасытнее с каждым днём, осознавая, что до разлуки остаётся совсем немного времени.
Он снова уедет, а я останусь здесь.
Мы оба рассмеялись, пока он пытался восстановить дыхание, и в итоге ему это удалось.
— Прогуляемся немного? — спросил он, и я кивнула.
Мы поднялись, и пошли в лес. Там было очень красиво, светлячки освещали нам путь.
Очень тихое, мирное место.
Я застыла, услышав звук, и по лицу Луи поняла, что он тоже его услышал.
— Что это было?
— Пожалуйста, давай пойдём отсюда.
— Да ладно тебе, Гвен, где же твоя жажда приключений? — он взял меня за руку и поволок в сторону звука.
— Луи, — тихонько взмолилась я. Это было небезопасно. Я знала, что это за звук. Это дракон, не моего вида, и он мог напасть на нас.
Но Луи не прислушался, и мы побежали через лес.
Часть меня хотела увидеть его реакцию, но другая часть безумно боялась, что всё пойдёт не так, как в том сне.
Он же член королевской семьи. Я понятия не имею, изменится ли его отношение ко мне, если он узнает мой секрет.
Наконец, он остановился, и мы увидели очертания дракона.
Он повалил три дерева.
Должно быть, охотник подстрелил его в полёте.
Луи замер на месте.
— Давай уйдём, — прошептала я, прекрасно понимая, что дракон нас может услышать.
— Нет, погоди. Я ещё никогда не видел дракона так близко.
Я уставилась на него. Что он такое говорит? Его отец держал в заточении множество драконов.
— Никогда?
— Я не спускался в подземелья, Гвен. Что непонятного в том, что мне не нравится, чем занимаются мой брат и отец?
В этот момент я прониклась к нему ещё сильнее. Да, он много раз говорил об этом, но это другое. Словно эти слова многое прояснили.
Он подошёл ближе.
Дракон был ранен. Наш вид не может исцелять других драконов — только людей, так что я даже ничем не могу ему помочь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он потерял сознание, дыхание было слабым, а чешуя белоснежной.
— Это Снежный дракон. Нам надо уходить отсюда, Луи.
— Он ранен. Охотник наверняка где-то поблизости.
Я заметила, что дракон смотрит на нас одним глазом. Снежные хитры и коварны: нападают, когда этого не ждёшь.
Луи попытался найти оружие, которым дракона ранили, но безрезультатно.
Если его не сбили в полёте, то он либо просто упал, либо сам вышел на охоту. Подозреваю, что он не ранен вовсе, а просто делает вид.
Внезапно огромный зверь поднялся и взревел.
Я оттолкнула Луи в сторону и посмотрела дракону в глаза. Я знала, что он видит мои сузившиеся зрачки, и закричала на драконьем языке.
Снежные умны, но при этом не так смелы, как остальные десять видов.
Он прорычал в ответ, а я уже орала, как безумная.
Я только сейчас почувствовала. Это девушка. Едва ли старше меня. И очень напуганная.
Она развернулась и улетела в ночь, а я повернулась к Луи, вытаращившегося на меня.
Я спрятала лицо, пытаясь вернуть себе человеческое зрение. Надеюсь, он не успел разглядеть зрачки.
— Гвен, что это было?
— Я же сказала, это небезопасно. Радуйся, что это был Снежный дракон, да ещё и самка.
Он прищурился, а я развернулась и уверенным шагом направилась в сторону поместья.
Я слышала его шаги следом.
— Притормози немного, давай поговорим, пожалуйста. Как ты научилась с ними разговаривать?
— Не начинай, — отрезала я. Будучи на взводе, я едва сдерживала чешуйки от проявления.
Я видела его лицо. Его до ужаса пугало то, что я могу разговаривать с драконом.
— Гвен, поговори со мной. Как ты…
— Меня научила Делила, ладно? Она знает их язык. Не в этом дело, Луи. Ты не слышишь меня. Я не могу так дальше. Прости.
Я перешла на бег, торопясь к поместью.
— О чём ты, Гвен?
— Больше никаких ухаживаний, — крикнула я в ответ и быстро перелезла через стену.
Он не должен был узнать мою тайну, но этой ночью он был близок к этому. Он мог бы запросто догадаться, и это поставило бы под угрозу всю мою семью. Папу, маму, Делилу. Всех, кто нас знал, казнили бы за государственную измену.
Едва оказавшись в своей комнате, я разрыдалась.
Моя любовь к Луи глубже, чем океан. Она никогда не испарится, но я не могу быть вместе с ним. Я поняла это сегодня по его глазам. Страх, всего на секунду отразившийся на его лице, когда я велела драконше уходить, говоря, что мы не причиним ей вреда, и она послушалась.
Я видела его страх. Он будет смотреть на меня так же, если узнает, кто я на самом деле.
И это разрушит меня.
ЛУИ
Следующие несколько дней я всеми способами пытался поговорить с Гвен. Посылал десятки воронов, но все они возвращались без ответа.
Что такого плохого в моём любопытстве? Неужели она сочла меня идиотом из-за пары вопросов?
Я-то думал, что она, как и я, хотела помочь дракону, а затем ни с того ни с сего заговорила с ним на его языке.
Я даже и не подозревал, что люди могут разговаривать с драконами.
О чём ещё известно Делиле?
На пятый день, так и не получив ответа от Гвен, я решил отправиться к няне.
Постучал в дверь её скромного домика.
Она открыла и посмотрела на меня с бездной сочувствия.
— Почему? — только и спросил я. Она обняла меня.
— Заходи, я приготовлю чай, и мы поговорим.
Перед глазами всё расплылось от слёз, пока она вела меня в небольшую гостиную.
Там стояло несколько кресел, и я сел в одно из них, пока она ставила чайник.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я не понимал молчания Гвен. Почему из-за одного какого-то происшествия она решила разорвать наши отношения? Бессмыслица какая-то. Это сводит меня с ума.
