Читаем без скачивания Заложница. Западня - Вера Чиркова

И самое главное, никогда не забывать с не меньшим усердием приготовить и запасную версию, иногда совершенно противоположную основной.

Имелась такая и у Таэльмины, и теперь девушке оставалось только проверить, какая из двух окажется верной. Но паниковать или закатывать истерику не следовало ни в коем случае. Ни в том, который предполагал непонятную пока игру драконов с соседними расами, ни в том, где игрушкой, причем приговоренной к уничтожению, была она сама.

Незачем волноваться, если ей суждено выжить, и не стоит радовать мучителей, если они наблюдают сейчас за ее гибелью. Тень давно решила, что сумеет умереть достойно, когда придет ее час.

И тревожилась сейчас лишь за крохотное существо, спрятанное в берестяной заговоренный туесок. Хотя и успела осторожно постучать по крышечке, давая ему команду спасаться, и теперь очень надеялась, что домовой уже успел уйти в свой секретный чулан.

Так же неслышно обвалилась и улетела вниз соседняя ступенька, и вместе с нею дрогнуло и упало куда-то далеко сердце. Таэль гордо выпрямилась и крепко стиснула губы, не дождутся они от нее ни вскрика, ни мольбы. А тем более позорной истерики или площадной ругани. Она дочь знатного рода и никогда не унизит себя таким поведением.

Но если все же когда-нибудь у нее появится возможность высказать создателям всю правду, она точно знает, о чем будет с ними говорить.

Глава четвертая

Клубы тумана, в который превратилась оказавшаяся ловушкой башня, медленно таяли и растекались внизу непроницаемым для взора сизым облаком, а тень по-прежнему невозмутимо стояла на своей ступеньке, повисшей в воздухе, словно облачко. Теперь ей были отлично видны расположившиеся в нишах и на балконах драконы, и она не отказала себе в удовольствии рассмотреть их со всем возможным сейчас пристрастием.

Благо их было немного, всего девять. И все как один мужского пола, с горечью отметила тень. Вот теперь ей ясно, почему так неохотно пускают женщин к власти и решению важных вопросов ее сородичи. Откуда им было научиться уважать мнение соплеменниц, если у большинства старших рас мужчины не считают своих подруг достойными наравне с ними заниматься серьезными проблемами?

Во всем остальном драконы были чем-то похожи на Грарда. Простая и удобная одежда, непринужденные жесты и непроницаемые взгляды загадочных глаз. Они молча рассматривали парящую перед ними тень и изредка перебрасывались короткими замечаниями.

Таэльмина тоже откровенно изучала создателей, начиная подозревать, что они ждут ее вопроса или просьбы, и ощущала, как все сильнее поднимается в душе чувство протеста. Ну вот почему она должна их о чем-то просить, разве это ей нужна их услуга? Или это она так стремилась попасть сюда, чтобы сдать этот странный экзамен на непонятно какие умения?

Ведь драконы и сами не знают, почему феи не желают никому показываться и отчего не отзываются ни на какие призывы. Так откуда у них появилась уверенность, будто эти испытания помогут найти более удачливого или умелого исполнителя главного задания?

Тень иронически усмехнулась, и хотя по губам девушки скользнула лишь едва заметная гримаска, хозяева мгновенно ее заметили.

Один дракон хмуро глянул на разглядывающую их гоблинку, и в тот же миг ступенька под ее ногами растаяла, превращаясь в клуб дыма. Таэльмина тотчас полетела вниз, чудом сумев удержаться от вскрика. Просто заранее так сильно стиснула зубы, что не смогла разжать.

А в следующий момент откуда-то сверху на нее стремительно, как молния, ринулась темная крылатая тень, подхватила, больно сдавив ребра, и ринулась прочь.

Таэльмина и на этот раз не издала ни звука, но теперь уже совершенно осознанно. Прийти ей на помощь никто из отряда все равно не сможет, а драконы и сами прекрасно видели произошедшее. И если захотят ее спасти, то спасут. Ну а если не пожелают, то тени придется самой решать свою судьбу. Если, разумеется, появится хоть малейшая возможность, покуда Таэль была совершенно беспомощна. За несколько секунд полета неизвестный похититель или спаситель успел чем-то опутать ее болтающиеся ноги и руки, попутно половчее перехватив за талию.

Теперь тень не могла даже пошевелиться и чувствовала себя бабочкой, попавшей в кокон к пауку. Но хотя это ей очень не нравилось, зато лететь стало немного удобнее, этого Таэль не могла не признать. А вот рассмотреть похитителя ей по-прежнему не удавалось, взгляду оставались доступны лишь проносящиеся мимо полутемные стены тоннелей да изредка встречавшиеся затейливо украшенные просторные залы.

А затем похититель вынес Таэльмину в безжалостное сияние Драконьей долины, и девушка поневоле зажмурила глаза, хотя человеческому взору все равно ничего не дано здесь разглядеть.

Наверняка потому и покорны слуги драконов, думала тень, ведь сбежать через эту долину они не смогут. А через секунду едко посмеялась сама над собой, сообразив, что у драконов есть более надежный способ удержать в подчинении гоблинов. Ведь говорят, они могут слышать мысли своих созданий. И судя по кратким моментам общения с одним из них, эти рассказы не так уж невероятны.

Некоторое время Таэль довольно спокойно раздумывала над давно интересовавшим ее вопросом – как предкам удалось вырваться из-под власти драконов, да еще и насолить им. За сегодняшний день все ее прежние представления и выводы, сделанные об отношениях гоблинов и их создателей, снова рассыпались пылью, как призрачные башни драконьего лабиринта. И ни одного нового уверенного соображения пока не появилось. Хотя и мелькали неясные предположения, но не настолько серьезные, чтобы строить на их основе какие-либо заключения.

Внезапно пропало ощущение полета, а затем исчезла и крепкая хватка, стискивающая ребра девушки. Краткий миг падения – и тень почувствовала, что уже лежит вниз лицом на чем-то очень мягком. Дышать Таэльмина могла свободно, но по-прежнему не видела своего похитителя, и это начинало ее тревожить всерьез.

Какое-то неведомое чувство подсказывало тени, что никуда он не ушел, находится рядом и явно изучает свою добычу. Причем рассматривает хладнокровно, без всякого стеснения или сочувствия. Тени знакомо было это ощущение холодного, пристального взгляда в затылок, внезапно настигающее в наполненном публикой зале или на прогулке и заставляющее сердце тревожно сжаться. Иногда тень резко оборачивалась в ответ на эти бесцеремонные взоры, и несколько раз ей даже удавалось рассмотреть совершенно непримечательных людей, торопливо скрывавшихся в толпе.

Когда-то, в ответ на рассказ ученицы об одном подобном случае, Ганти просто пожал плечами, заявив, будто многие люди способны ощущать чужой интерес и ничего странного в этом нет. И тем более не стоит опасаться тех, кто рассматривает тебя в упор, преступники отлично знают об этой человеческой способности и обычно стараются долго не смотреть на своих жертв. Если они не законченные безумцы, разумеется.

Тогда тень поверила ему безоговорочно, а вот теперь вдруг начала сомневаться, не были ли те объяснения попыткой отвлечь ее от более тщательного изучения этих странных способностей некоторых сородичей.

Легкие шаги тень скорее почуяла резко обострившимся от напряжения неведомым чутьем, чем расслышала. Однако тяжесть чужого взгляда мгновенно исчезла, и тень облегченно перевела дыхание.

А еще через секунду исчезли стягивающие девушку путы, и она поторопилась перевернуться на бок, чтобы рассмотреть своего похитителя. Или заказчика, как Таэльмина начала подозревать всего мгновение назад.

Всего пары мгновений хватило опытному взгляду тени, чтобы понять – ни тем ни другим не может быть стоящая возле ложа женщина. Такая же немолодая, как провожавшая отряд в зал испытаний Салена, только зеленоглазая и немного более смуглая. Да и платье было другое по цвету и фасону. Значит, лакейской одежды им не положено, отметила тень, и сначала засчитала этот факт в заслугу драконам, но тотчас, немного поколебавшись, награду отняла. Нетрудно быть нетребовательным к внешнему виду прислуги, когда она разительно отличается от хозяев по расе. Да и неизвестно пока, как выглядят драконицы, но в том, что спутать их с гоблинками невозможно, Таэльмина почти не сомневалась.

Рабыня несколько мгновений рассматривала новую пленницу хозяина спокойным, благожелательным взглядом, и в душе девушки потихоньку начала поднимать голову упрямая надежда. Не может быть, чтобы она не сумела договориться с этой женщиной, ее ведь специально учили определять характер людей. И почти с первого взгляда отличать сострадательных от настойчивых и неприступных.

– Меня зовут Нанси, – мягко сообщила служанка, – я помогу тебе искупаться и переодеться.

– Очень приятно, а я Таэль, – кротко хлопнула ресницами тень и осторожно села на краю ложа, – а купаться и переодеваться мне нельзя.