class="p1">– Ты выглядела такой… – Она была юной, свежей, совсем не похожей на тех прилизанных созданий на подиуме. И она была гораздо сексуальнее безо всякого макияжа, с распущенными светлыми волосами. Они рассыпались, как шелк, по ее спине. Ему следовало догадаться тогда, что она была невинна, но он не думал об этом. А когда осознал, было уже слишком поздно.
«И ты думаешь, что что‑нибудь изменилось бы?» – насмешливо спросил он себя, взглянув на Беатрис.
Она покачала головой.
– Значит, мы договорились. Отныне мы общаемся только через адвокатов, – произнесла она холодным тоном. Беатрис поклялась себе в том, что никогда не станет такой, как ее мать.
– Беа, принести тебе кофе? – раздался снизу голос Майи.
На лице Беатрис отразились все ее чувства.
«Только через мой труп», – мысленно сказала она.
Не отдавая себе отчета в своих действиях, Данте прошел к двери и рывком открыл ее.
– Мы сейчас спустимся, Майя! – крикнул он.
Уперев руки в бока, Беатрис пронзила его гневным взглядом.
– Ну спасибо тебе.
– Считай, что это прощальный подарок.
– Я бы назвала это ударом под дых.
Данте раздраженно вздохнул.
– Ты хотела бы, чтобы я тихо исчез?
Беатрис покраснела от стыда.
– Давай не будем об этом.
– Ты хочешь мне что‑нибудь еще сказать?
– Нет.
Ее лицо ничего не выражало. Так же, как и голос. Когда‑то Данте мог прочитать все чувства и мысли на ее лице, потому что Беатрис не скрывала своих эмоций, они бурлили на поверхности. Неужели на нее так повлияла дворцовая жизнь?
Или он на нее так повлиял?
Ведь он отпустил ее. Но станет ли ему от этого легче?
* * *
Майя, одетая в темные лыжные брюки и вязаный свитер с закатанными рукавами, даже не повернулась к ним, продолжая взбивать омлет.
В воздухе явно чувствовалось напряжение.
– Доброе утро, Данте.
– Данте сейчас уже…
– Давайте не трогать эту тему, хорошо? – Стряхнув венчик, Майя повернулась к ним, будто не замечая Данте, и хмуро взглянула на сестру.
Беатрис прикусила язычок, хотя и не знала, что ей делать: защищаться или извиняться? Майя снова занялась готовкой.
– Ты будешь завтракать, Данте? – наконец спросила она, не глядя на него.
– Нет, он не будет, – быстро сказала Беатрис, не дав Данте вставить слово. – Он уже уходит. – Пройдя к двери, она демонстративно открыла ее.
– Рад тебя видеть, Майя.
Она продолжала стоять у плиты, спиной к нему, но ее хрупкая фигурка излучала волны возмущения, и Данте прекрасно чувствовал их.
Дверь закрылась, и Беатрис глубоко вздохнула. Напряжение покинуло ее. Усевшись на стул, она спросила сестру:
– Как твоя голова? Больше не болит?
– Да, не болит. Мне вчера надо было только лечь в постель пораньше, но, похоже, здесь начались интересные дела, когда я ушла к себе.
Налив в кофейник кофе, она поставила его на стол перед Беатрис, с тревогой взглянув на сестру.
Беатрис откашлялась.
– Да, наверное, ты ничего не могла понять.
Майя покачала головой.
– Только пообещай мне, что ты не поедешь вместе с ним обратно в Сан‑Мачизо.
– Я его больше никогда не увижу, – сказала Беатрис и разрыдалась.
– Слава богу! – с облегчением выдохнула Майя.
Всхлипнув, Беатрис вытерла слезы тыльной стороной руки.
– О, я знаю, что это не мое дело, но… я стараюсь быть объективной. Когда ты вернулась оттуда в последний раз, ты выглядела так… так…
Увидев боль на лице сестры, Беатрис прикрыла ладонью ее маленькую руку.
– Я не вернусь туда.
– Тогда зачем же он…
– У Рейнарда случился инфаркт.
Майя всплеснула руками.
– О боже, так жаль! Рейнард был таким милым человеком, с таким прекрасным чувством юмора. Когда будут похороны? Я поеду, если это будет уместно…
– Он не умер, – быстро сказала Беатрис, взяла кусок хлеба и стала намазывать его маслом. Ей не хотелось есть, но просто надо было что‑то делать. – Так значит, твои покупатели желают видеть образцы?
– Хочешь сменить тему, Беа?
– Я знаю, ты не любишь Данте.
– Ну почему же. Он очаровательный. – Губы Майи растянулись в язвительной улыбке. – Но я не могу любить того, кто делает тебя несчастной.
– Я не несчастна.
Майя явно хотела поспорить с этим, но, закусив губу, произнесла:
– И Данте ушел. Он никогда не вернется.
Глава 5
– Поздравляю, вы беременны!
Беатрис заморгала, охваченная смятением и паникой. Она вопросительно взглянула на молодую женщину‑врача, и та ободряюще улыбнулась ей.
– Я беременна?.. – словно эхо, повторила она, будто о чем‑то задумавшись. На самом деле она не способна была о чем‑то думать.
Беатрис даже не знала, как зовут эту молодую женщину, потому что ее постоянный доктор по иронии судьбы ушла в отпуск по уходу за ребенком.
– Да, я знаю… Я думаю… – Сцепив руки, Беатрис почувствовала шум в ушах, который она объясняла низким уровнем сахара в крови. Сегодня она с трудом съела свой завтрак, а вчера вообще не ужинала!
– Расслабьтесь, – сказала женщина, хотя Беатрис понимала, что она уже слишком долго находится в кабинете врача, а в холле ждут другие пациенты.
Но эта врач не спешила. Она была внимательной и чуткой, что было, наверное, не очень хорошо. Ведь Беатрис могла расплакаться от доброго слова.
Поэтому, избегая сочувствия, она отвела глаза в сторону, обхватив себя руками, чтобы сдержать дрожь. Зубы ее начинали стучать.
– Полагаю, вы не планировали это? – спросила врач, придвинув свой стул поближе к Беатрис.
Она покачала головой, желая хоть отчасти быть такой же спокойной, как эта женщина‑врач. Но ведь та была профессионалом и всякое повидала за время своей практики.
– По статистике, беременность редко планируют, – ответила Беатрис, иронично улыбнувшись, хотя от этого ей не стало легче.
– С вами кто‑нибудь пришел?
Она думала о своем неизвестном и пугающем будущем, поэтому не сразу смогла ответить на этот вопрос. Ей надо было вернуться в реальность и постараться не упасть в обморок.
– Кто‑нибудь?.. – Повернув голову, она откашлялась и произнесла вполне твердым голосом: – Да… да, моя сестра.
Догадывалась ли Майя о чем‑нибудь? Конечно, догадывалась, но лишь наблюдала за ней со стороны и ни о чем не говорила.
Беатрис почувствовала, как у нее задрожали колени. Все ее мысли упирались в огромную кирпичную стену, преодолеть которую было невозможно.
«Я беременна».
– У меня срок шесть недель, – вдруг сказала Беатрис уверенным тоном. Щеки ее покраснели, когда она вспомнила ту ночь, которую они с Данте провели в лыжном домике. – Сегодня полтора года со дня нашей совместной жизни…
– Поздравляю. Вашего мужа нет сегодня с вами?
Беатрис взглянула на врача, которая что‑то
