Читаем без скачивания Последний джинн - Василий Головачев

— Чего ты хочешь?

— Я же говорю: вспомним всех, с кем были вместе, повеселимся, обсудим одну хорошую идею.

— Извини, я уже давно не ксенолог, не ученый…

— Зато успел стать уважаемым человеком. В шесть вечера, в Берлине, на Мариен-плац, под памятником… черт, забыл, кому там памятник. Ну, неважно. Договорились?

— Нет.

Ульрих перестал улыбаться, всмотрелся в рыхлое лицо бывшего соратника и вдруг понял, что тот его боится. И ни на какое дело не пойдет.

— Нет, значит? А я хотел просто потрепаться, рассказать, как я проводил время. Ладно, извини, что побеспокоил. Если надумаешь поговорить, звони.

Ульрих выключил мобик, посидел в задумчивости перед светящимся виомом инка, сплюнул.

— Вот гнида! Ничего ему не надо! Действительно, хорошо устроился. Интересно, чем его можно… — Он замолчал, подумав, что номер наверняка прослушивается. Подумал: черт с тобой, найду других исполнителей. Но прежде надо избавиться от сопровождения.

Он набрал номер ресепшн-системы гостиницы:

— Прошу прощения, в пакет услуг входит эротическое обслуживание клиента?

— Все варианты на сайте отеля, — ответили ему.

Ульрих быстро разобрался в информационном поле инка, нашел требуемые сведения и бегло пролистал каталог предлагаемых для «эротического обслуживания» девиц. Живых. Витсов гостиница «Бранденбург» для своих жильцов не предлагала.

— Примите заказ.

Красная стрелочка уперлась в соблазнительную фигурку.

— Заказ принят.

Ульрих с вожделением потер ладонь о ладонь, чувствуя, как по жилам быстрее побежала кровь. Только теперь он осознал, насколько соскучился по «нормальной жизни», допускающей множество разнообразных соблазнов.

Девушка пришла через четверть часа. Та самая жгучая брюнетка, понравившаяся Ульриху. Ее звали Кончита.

— Иди сюда, — проговорил Ульрих, раздувая ноздри. — Я тебя не обижу.

Однако девушка, оценивающе глянув на бурно вздымающуюся грудь заказчика, повела себя как-то странно. Она окинула взглядом спальню Хорста, прошлась вдоль стены, посмотрела в окно, вернулась к двери.

— В чем дело? — удивился он. — Не нравится интерьер? Или ты здесь уже была?

Кончита вышла из спальни, осмотрела вторую комнату, не менее внимательно, чем первую.

Ульрих с недоумением и разгорающейся тревогой следил за ней, гадая, что происходит.

Кончита склонила голову к плечу, прислушиваясь к чему-то, повела рукой, как бы поглаживая стены и потолок, посмотрела на постояльца.

— Две линии. Ты не пользуешься доверием хозяев.

— Ты о чем? — Ульрих повертел головой, прислушиваясь к своим ощущениям, и до него дошло. — За мной следят? Да фиг с ними! Я ничем криминальным заниматься не собираюсь. А откуда ты узнала о…

Глаза Кончиты вспыхнули.

— Сядь! Поговорим.

Ульрих отшатнулся, ошеломленный.

— Ты чего себе возомнила?! Я же тебя…

— Сядь!

С тонким звоном лопнула одна из статуэток в углу.

Ульрих вздрогнул, отступил, чувствуя, как закружилась голова, сел на кровать.

— Ты… кто?

Лицо гостьи на мгновение стало странным, как бы и не человеческим вовсе. Голос ее тоже изменился, в нем проявились басовитая глубина и выразительная категоричность.

— Неважно, кто я в настоящий момент. Для дальнейших контактов можешь называть меня Посредником. Я представляю собой структуру, которая заинтересована в тебе и твоих связях.

— Служба безопасности, что ли? — скептически хмыкнул Ульрих.

— Не служба. Не перебивай!

С тонким звоном лопнула еще одна статуэтка тролля.

Ульрих невольно поежился, хотя особого страха не испытывал. С одной стороны, происходящее его заинтриговало, с другой — заставляло напрягаться, но не более того. Он чувствовал необычное давление на нервную систему и понимал интуитивно, что столкнулся с силой, которая не потерпит ни ерничества, ни сопротивления.

— Хорошо, Посредник.

— Мы изучили твое личное дело, господин Хорст, ты нам подходишь. Ты умен, решителен, опытен…

— Если не учитывать того, — не выдержал Ульрих, — что опыт есть то, что получаешь, не получив того, что хотел.

— …и способен добиваться поставленной цели, — продолжала Кончита, пропустив его замечание мимо ушей. — Единственная претензия — ты не всегда соразмеряешь свои возможности со своими желаниями.

— Да мне по фигу ваши претензии! — окрысился Ульрих. — Я хотел победить, но ошибся в помощниках.

— Чтобы побеждать, надо выбирать правильного противника, — обнаружила гостья знание пословиц. — Но эту проблему мы поможем тебе решить. Да и остальные проблемы тоже. Согласен работать на нас?

— В принципе, я готов работать хоть на дьявола… — Ульрих бросил взгляд на стены, на потолок. — Вы же сказали, что за мной следят.

— Никто нас не слышит.

— Я подконтролен ЕСИН.

— Мы избавим тебя от контроля.

— У вас такие большие связи? — усмехнулся он. Заметил, как вспыхнули глаза девушки (в голове загудело, будто от удара по затылку), торопливо добавил: — Хорошо, я согласен. Однако хотел бы все-таки услышать, кого вы представляете и что я должен сделать. И, кстати, что получу взамен. Надеюсь, вы понимаете, что за все нужно платить?

— Ты получишь любые кредиты, любую поддержку, контроль над процессами в пределах ваших технологий, вообще неограниченные возможности.

— Карт-бланш, одним словом, — уточнил Ульрих, помедлил, остро глянул на собеседницу, уцепившись за ее последние слова. — Ваших технологий, говорите? Значит, вы… не землянка?

— Мой носитель в настоящий момент — землянка, обыкновенная женщина, я же Посредник инвазеров, искусственная психосистема, созданная для определенной цели.

— Кем?

— Тебе будет достаточно знать, что мы в определенном смысле ваши соседи, хотя и принадлежим к иному типу изъявителей воли.

— Негомики… э-э, негуманоидный тип разума. Здорово! Дело в том, что я ксенолог, долгое время занимался…

— Мы знаем, чем ты занимался. Ты контактировал с моллюскором, что изменило твою психику и энергетику. Есть большая вероятность того, что ты сможешь решить поставленную задачу.

— А я еще не согласился. — Ульрих вздрогнул от последовавшего внутреннего удара по сознанию, заторопился. — Хотя в принципе не возражаю против… э-э, против чего, кстати? Что нужно сделать?

— Надо дестабилизировать социум Солнечной системы таким образом, чтобы Служба безопасности отвлеклась от других проблем и полностью переключилась на тебя.

Ульрих с недоверием глянул на Кончиту, стоявшую перед ним без малейшего движения, как статуя.