— Зачем? — спросил Дункан.
Кронос всматривался ему в лицо.
— Каково чувствовать себя разменной монетой? Вещью, из-за которой торгуются те, кто гораздо сильнее тебя? Думаю, это должно сильно задевать твою гордость.
— Вот как? Ты решил меня задеть? Потому сидишь тут и рассказываешь сказки? Откуда мне знать, что ты не врешь сейчас?
— Я никогда не вру, я не такая лживая двуличная змея, как Митос. Но я придумал, как его поймать на крючок, и ты будешь наживкой. И не сумеешь ничего сделать. Ты когда-то бросил мне вызов? Ты, мелкая букашка, годная только на то, чтобы ею игрались другие. Митос будет травить людей, пытать, жечь и убивать. Снова будет планировать наши победы. Приказывать ему буду я, но делать все это он будет благодаря тебе. Запомни это. Ты не сможешь ничем помешать. Ты тоже будешь мне содействовать.
Следующий рывок Дункана Кронос конечно же предвидел, без усилий оттолкнул пленника и выбрался из клетки, захлопнув дверь за собой. Вскоре вернулся Сайлас. Кронос коротко перемолвился с ним, велел следить в оба и ушел. Сайлас уселся на ступеньках рядом с клеткой, положил топор себе на колени, и уставился на Дункана тяжелым взглядом. Дункан отвернулся. Он действительно не мог ничего сделать. Даже если Кронос говорил правду. Особенно — если он говорил правду.
* * *
Митос направлялся к отелю, в котором жили Дункан и Кассандра — теперь уже только Кассандра — и не пытался скрываться. Хотя «хвост» в виде Каспиана заметил уже давно. Тот не подходил близко, но в какое-то мгновение Митос уловил отголоски Зова. Он подошел к витрине и в отражении успел заметить преследователя. Действовал ли Каспиан по собственной инициативе, или его направил сам Кронос, в любом случае о побеге Митоса моментально доложили бы Первому Всаднику. А этого никак нельзя было допускать.
«Маклауд, конечно, и сам не подарок, но смерти не заслужил. И что теперь делать? Возможно, Кронос его и не убьет. Пока. Если не обезглавил сразу возле того фонтана, значит, рассчитывает на какую-то выгоду. Он, очевидно, уже понял, что я пытаюсь сохранить жизнь Дункану. Значит, будет угрожать убить его, если я подведу. Убьет не сразу, сначала ограничится угрозами. Но эта отсрочка ненадолго».
Оставалось пройти еще пару кварталов. Митос остановился, осмотрелся и устроился на ближайшей свободной скамейке. Каспиан затаился на другой стороне площади, постаравшись слиться с толпой, но Митоса это обстоятельство не слишком беспокоило. Хуже было то, что подходящий план никак не вырисовывался. Когда Маклауд был на свободе, Митос легко мог действовать через него. Хорошо зная характер человека, предвидеть его действия несложно. Оставаться рядом с Дунканом и Кассандрой Митос не желал, да и не мог. Даже если бы Дункан удержал Кассандру от убийства. Вернее, — от попыток, поскольку погибать в поединке с ней Митос не планировал, если б до этого даже дошло.
«Дункан наверняка не делился с Кассандрой тем, что услышал от меня. Вот в чем преимущество роли не проштрафившегося друга, но почти врага. Останься я рядом, Дункан бы уже ноги об меня вытирал. В моральном плане, конечно. И совершенно неосознанно. В любом случае, слушать меня он бы не стал. Зато когда увидел, что я направляюсь прямиком на темную сторону, тут же и слушать начал, и про выбор говорить, и про шанс».
По крайней мере, Митос видел ситуацию так. Но теперь Маклауд был схвачен, а сам хитроумный древнейший из Бессмертных остался совсем без союзников.
«Может, связаться с Джо, объяснить ему все? Он всегда казался здравомыслящим человеком. Нет, Джо сейчас далеко, не успеет приехать. Да и что он может сделать? Разве что информацию раздобыть, но я и так знаю больше него. А к кому я еще могу обратиться? Да ни к кому, всем понадобиться слишком много времени, чтобы сюда добраться. Остается Кассандара. А она первым делом захочет отрубить мне голову. Ну что ж, будем надеяться, что Маклауд ей действительно дорог. И ради него она согласиться потерпеть мое общество».
Митосу очень хотелось перекреститься. Он сделал это мысленно, сперва — пока шел к отелю, и потом, когда поднимался по лестнице, ведущей к номеру Кассандры.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«А что, если ее здесь уже нет?»
На этот случай у Митоса пока плана не было.
«Кто бы мог подумать, что мне опять захочется ее увидеть. О, вот и Зов! Надеюсь, это она, а не Каспиан или Кронос».
Митос подошел к двери и вытащил пистолет, оснащенный глушителем, — прихватил его, уходя из убежища Всадников. На теплый прием со стороны Кассандры Митос не рассчитывал.
* * *
Маклауд не возвращался подозрительно долго. Конечно, все могло объясниться тем, что в банке большая очередь, или проблемы с карточкой требовали длительного разбора. Но Кассандра привыкла доверять своей интуиции, а та кричала об опасности. Впрочем, Кассандра была вся на нервах уже давно — когда только узнала о Кроносе и начала выслеживать его. И столкнулась с Митосом — своим самым давним кошмаром.
«Подумать только! Он — друг Маклауда! Дункан слишком доверчивый. А если этот последний звонок был от Митоса? Если Дункан соврал мне, понадеявшись вразумить Митоса, и сейчас направляется прямиком в западню?»
О том, что Дункан мог уже погибнуть, думать не хотелось. Кассандра привыкла к мысли, что поединок с Дунканом — это практически смертный приговор его противнику. Оставалось надеяться, что удача не подведет Горца и на этот раз.
«Но Всадники! С ними так сложно сражаться. К тому же они тут все вчетвером. Снова готовы утопить мир в крови и смерти».
Тут Кассандра услышала Зов, а вскоре — и стук в дверь.
«Наконец-то! Маклауд, где бы тебя ни носило, не делай так больше!»
На полпути к двери Кассандра остановилась — и вернулась взять меч, оставленный на столе. Она все не могла отделаться от нехорошего предчувствия, но это ей не помогло — как только ключ повернулся в замке, дверь распахнулась от сильного удара.
— Митос! — успела выкрикнуть Кассандра.
Означенный Митос нажал на спусковой крючок.
* * *
Митосу не требовалось угадывать, как на его появление отреагирует Кассандра — он это просто знал. Потому ждать не стал — как только дверь поддалась, он выстрелил ей точно в сердце. Глушитель скрыл звук выстрела — Митос рассчитывал задержаться в номере на какое-то время, и свидетели ему не были нужны.
Он подхватил Кассандру, не дав ей упасть. Меч выскользнул из ее рук и со звоном рухнул на пол. Митос поморщился — оставалось надеяться, что шум не привлечет соседей по этажу или администратора. Он усадил Кассандру в кресло и вернулся к двери, чтобы закрыть на ключ. Потом поискал глазами подходящий материал, заметил полотенце, оставленное на кровати, быстро разрезал его ножом на полосы, получив веревки, которыми и привязал Кассандру к креслу. Убедился, что узлы крепко затянуты, и устроился во втором кресле. По его расчетам Кассандра должна была вот-вот очнуться. А разговор им предстоял непростой, да еще и в не слишком располагающей обстановке. Но или так, или поединок, а второй вариант Митоса никак не устраивал.
* * *
Сознание вернулось рывком, сразу со всей четкостью, а вместе с ним и память: чуть не слетевшая с петель дверь, выстрел… Кассандра подняла голову — и встретилась взглядом с Митосом. Рванулась и забилась в путах, но тут же постаралась успокоиться — не хотела позволить врагу видеть ее страх и замешательство. Митос одобрительно кивнул.
— Я пришел поговорить. Прошу прощения за эти меры, — он показал на веревки, — но иначе ты не стала бы меня слушать. Я понимаю, у тебя есть право обижаться, потому что…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Мягко сказано! Чего ты хочешь от меня, тварь?
Митос проигнорировал ее тираду.
— … я причинил тебе много зла. Но сейчас мне нужна твоя помощь.
Кассандра от удивления промолчала. Митос продолжил:
— Прошу, сначала выслушай меня, а потом будешь кричать и грозиться отрубить мне голову. Если посчитаешь нужным. Мы можем потом вернуться к решению давних споров, но сейчас есть другие дела. Более важные. Маклауд схвачен.
