постараться найти другого достойного мужчину. Но вместо этого вынуждена расплачиваться за ошибку юности.
– Так что с мнением ваших родителей? – вернулась я к тому вопросу, который Джестер предпочел проигнорировать. – Как они отнеслись к тому, что новобрачные сразу после свадьбы разъехались по разным домам и больше не встречались?
– Ну а как ты думаешь? – невежливо вопросом на вопрос ответил Джестер. – Родители Летисии, как ни странно, восприняли наш разъезд по разным домам спокойно. Полагаю, они знали о романе их милой дочке, но надеялись, что я на правах мужа вправлю ей мозги. Главное, что я не стал поднимать скандала. Правда, когда я отказал Летисии во внезапно появившемся желании стать примерной матерью семейства, то имел непростой разговор с ее отцом. Этан Гург – хитрый старый проныра. Он долго ходил вокруг да около. Сыпал разными метафорами и иносказаниями. Когда мне надоело выслушивать очередную байку про всепрощение – то я четко сказал, что будет так, как было. Летисия никогда не войдет на правах полноправной хозяйки в мой дом.
Такая сталь прозвучала в последней фразе Джестера, что я поежилась. Ого! А его и впрямь сильно задела та старая история, пусть и прошло уже пятнадцать лет. До сих пор обида на неверную невесту не улеглась.
– Мои родители… – Джестер запнулся и отошел к столику с напитками. Поставил на него опустевший бокал, затем потянулся было к бутылке, но в последний момент передумал. Несколько раз сжал и разжал кулак, после чего сдавленно проговорил: – Увы, почти сразу после моей свадьбы отец погиб при невыясненных обстоятельствах. Мать очень болезненно перенесла эту трагедию. Сразу после этого она предпочла удалиться от мирской суеты в один удаленный горный монастырь, где тихо и мирно скончалась на годовщину смерти моего отца.
– О, мне очень жаль, – протянула я.
– Да, мне тоже. – Джестер уставился отстраненным взглядом над моей головой. Пару минут молчал, как будто раздумывал о чем-то.
Я не торопилась прервать паузу. Надо было обдумать услышанное.
Н-да, попала я так попала. От мужа-алкоголика в своем мире с трудом избавилась, добившись развода. От красавчика-мужа в этом мире меня выкрал Джестер, умело разыграв мою гибель. Но вот только зачем ему это понадобилось? Как выясняется, он не свободен. И об расторжении брака в этом случае речь не идет, насколько я понимаю.
Не хочу я быть содержанкой! А ведь иного, как я понимаю, Джестер и не может мне предложить.
«Уж лучше тебе было остаться хозяйкой в замке Петера Теоля, – чуть слышно шепнул внутренний голос. – Подумаешь, не влюбилась ты в него с первого взгляда. Зато он-то влюбился! По крайней мере, в этой паре ты бы точно была главной».
– Если с Летисией ты не живешь, то откуда тогда в твоем доме столько женских платьев? – набравшись решимости, все-таки спросила я.
– Думаешь, что у меня целый хоровод любовниц? – опять вопросом на вопрос ответил Джестер.
Ох, как же меня раздражает его манера разговаривать! Удивительно, что он вообще решился на все эти откровения о своем неудачном браке. Обычно любой вопрос умудряется перевернуть против тебя же.
– А что я еще могу подумать? – вернула ему я той же монетой. – Согласись, выглядит все это странно.
– Ну… – Джестер дернул кадыком и опять покосился на бутылку вина. Почти сразу раздраженно мотнул головой и отошел от столика, видимо, пытаясь избежать таким образом соблазна выпить. Нарочито спокойно сказал: – Видишь ли, отец Летисии просил меня об одной услуге. Раз в год мы созываем большой прием по поводу празднования годовщины нашей свадьбы. На это торжество приглашается весь высший свет Мефолда. Было бы странно, если бы Летисия приезжала на прием из другого дома. Поэтому некоторое время – не больше недели, а зачастую, гораздо меньше – она проводит здесь.
Ничего себе! Вот это поворот!
Я с сомнением покосилась на алое шелковое платье, которое барон Гейб назвал вызывающим. А у этой Летисии фигурка, судя по всему, очень даже ничего. Почему-то я думала, что жена Джестера – бедная отшельница. Нарисовала в своем воображении чуть ли не монашку, вынужденную расплачиваться за грехи молодости.
– Было бы странно, если бы Летисия ради нескольких дней в году таскалась ко мне с кучей нарядов, – добавил Джестер. – Поэтому какую-то часть своего гардероба она оставила здесь.
– У твоей жены хороший вкус, – осторожно проговорила я.
– О да. – Джестер усмехнулся одними краешками рта. – По-моему, она еще не оставила надежды смягчить мое суровое сердце и все-таки стать моей настоящей женой. Поэтому обычно в течение этой недели в ход идут самые изысканные и волнующие наряды.
– Очень занимательно, – коротко резюмировала я.
Наконец-то встала с кровати и принялась нервно расхаживать по комнате, силясь уложить в голове все факты.
Но Джестер, по всей видимости, решил окончательно добить меня своими откровениями. Потому что неожиданно откашлялся и как нечто само собой разумеющееся объявил:
– Кстати, следующее торжество уже через пару дней.
Я чуть не оступилась от такого известия. Круто развернулась к Джестеру на каблуках и вопросительно заломила бровь.
– Собственно, все эти дни я был занят подготовкой к приему, – каким-то оправдывающимся тоном сказал он. – Знаешь, это непростое дело. Составить и утвердить меню, список гостей… Особенно с последним беда настоящая, учитывая, сколь многим личностям в Орленде я перешел в свое время дорогу.
– Мои искренние сочувствия, – ядовитым тоном произнесла я. – Но, помнится, ты утверждал, что в твоем доме никогда не бывает гостей.
– Почти никогда, – спокойно уточнил Джестер, как будто не заметив, насколько я раздражена в этот момент. – Право слово, этот праздник – такая мелочь! Он пролетит так быстро, что ты и не заметишь его.
Я уставилась на него исподлобья. Прям новости сегодня – одна другой замечательнее. Мало того, что этот невыносимый белобрысый тип, так нагло выкравший меня из замка рода Теоль, оказался женат без всякой надежды на развод, так еще и в скором времени, оказывается, меня ждет явление его законной супруги.
Представляю эту картину! Заходит Летисия в комнату – а тут я сижу. В ее платье, между прочим. И как ей прикажете представиться? Хотя нет, эту нелегкую задачу обязан взять на себя Джестер.
