Ушиблась, когда брат Пол швырнул меня на землю, – сказала она и тут же увидела в его прекрасных глазах искру смеха.
– Ах, какой я глупый! Я подумал, что вы убрали боль из моей ноги и она как-то перекочевала к вам. Но почему вы не можете снять свою боль, как сняли мою? – Он с трудом сдерживал усмешку, глядя, как она уперла маленькие кулачки в плавно скругленные бока и рассерженно уставилась на него.
Однако веселье Лайама быстро угасло, когда он разглядел за ее злостью страх. Вот идиот! Конечно, она боится. Хотя ее кузен сказал, что ей было видение, Мюрреи, разумеется, не торопятся обнаруживать перед другими дар, которым их благословил Господь. Оно и понятно: обладать таким умением опасно, слишком многие считают его колдовством или дьявольским делом.
– Не мучайтесь, я не подам сигнал ханжам к изгнанию дьявола. Правда, когда я понял, что вы делаете, то сначала почувствовал суеверный страх, но… Жена моего кузена хорошо знает ваш клан И считает, что своей деятельностью вы приносите людям пользу, а не вред. Кайра вздохнула с облегчением.
– Как зовут жену вашего кузена?
– Фиона, в девичестве Макенрой – она сестра Коннора Макенроя, который, по-моему, женат на вашей кузине.
– Да, на Джилли. Я знакома с Фионой, и она тоже умеет лечить.
– Верно. Итак, вы приняли боль на себя… Кайра вдруг почувствовала страшную усталость и присела на край кровати.
– Да, и теперь ей надо куда-то уходить, верно? К несчастью, я еще не умею избавляться от боли сразу, но она продержится недолго. Иногда, когда есть возможность, я выхожу под дождь или под небольшой водопад, и холодная вода ее уносит. – Кайра закрыла глаза и постаралась представить, как она голая стоит под водопадом. Медленно дыша, она впустила в себя ощущение очищения тела и разума, и мало-помалу боль в ноге утихла, после чего наступила крайняя усталость.
Лайам с удивлением наблюдал, как с ее лица постепенно уходило выражение страдания.
– Так вас действительно посетило видение?
– Да. – Кайра от усталости не в силах была поднять глаза. – Жаль, что я не получила предупреждения о нападении, иначе мы попытались бы его предотвратить.
– Вы спасли меня, этого достаточно. У вас часто бывают видения?
Кайра не отвечала, и, присмотревшись, Лайам понял, что она спит сидя. Осторожно, стараясь не очень раскачивать кровать, он сел, нежно обнял Кайру за плечи и уложил ее на подушку. Тело женщины было таким безвольным, что он мог бы подумать, что она умерла, если бы не чуть заметное дыхание.
Когда Лайам снова лег на кровать и подтянул Кайру к себе, она пробормотала что-то похожее на «спасибо», а потом закинула на него руку и уютно прижалась к его плечу щекой, отчего он чуть не застонал.
Кайра Мюррей Маккейл была мягкой и теплой, от нее приятно пахло лавандой и немножко медом. Когда попытка оставаться отстраненно-вежливым потерпела полный крах, Лайам задался вопросом, не стоит ли ему перестать строить из себя монаха. Привлекательная идея. Наверняка сам Бог послал ей видение, чтобы они с Мэтью спасли его ничтожную жизнь, а это значило, что ей можно доверять.
Однако это нисколько не отменяло необходимости держаться от нее на расстоянии. Кайра Мюррей недосягаемо высока для кузена мелкого помещика, и ему не следует об этом забывать.
– Кайра! – внезапно услышал Лайам голос брата Мэтью, а затем на пороге появился и сам монах.
Движением руки Лайам приказал ему замолчать. Брат Мэтью подошел к кровати, и озабоченность на его лице сменилась подозрительностью; потом он вздохнул.
– Кайра заснула, сидя на кровати, – Лайам посмотрела на монаха немигающим холодным взглядом, – после того, как сняла боль в моей ноге.
– Наложила мазь и устала? – Мэтью нахмурился.
– Не мазь. Руки. Послушай, дружище, я не собираюсь осуждать женщину за ее дар и отлично понимаю, что это строжайший секрет.
Мэтью вздохнул и потер лоб рукой.
– Да-да, конечно.
– И никогда бы не соблазнил высокородную даму, недавно овдовевшую, занимающую такое высокое положение, которого мне никогда не достичь.
– Прости меня за мои подозрения. – Мэтью расстроенно покачал головой.
– Не надо извиняться. Признаюсь, я не был святым после того, как уехал от вас, и все же я не сделаю Каире ничего плохого. Просто когда я увидел, как этот дурак придавил ее к земле, то повел себя так, будто у меня обе ноги здоровы…
– Его сурово накажут. Надеюсь, она не пострадала? … – Нет, если не считать синяков. Он уже задирал ей юбки, и я подоспел как раз вовремя. После того как я его отшвырнул, злость начала- утихать, зато боль стала сокрушительной. Если бы не Кайра… Она взяла боль на себя, и это меня спасло.
– Да, так это и происходит. Потом ей нужно некоторое время, чтобы прийти в себя, поэтому она проспит несколько часов. Мы стараемся не рассказывать о ее видениях, но исцеляющие руки, способность снимать боль прикосновением – другое дело. И все равно это часто возбуждает страхи, пересуды, шепоты о колдовстве. Я думаю, муж знал о ее даре, хоть Кайра мне этого не говорила. По-моему, это единственная причина, почему он на ней женился.
– Он что, был нездоров?
– Нет, он выглядел достаточно крепким, но всегда сильно нервничал. Кайре об этом говорили люди из нашего клана, но она все равно вышла за него. Возможно, я излишне о ней беспокоюсь, но она моя любимая кузина, а последние месяцы оказались для нее очень тяжелыми. Боюсь, еще большие испытания ждут ее впереди. Кайра сильная, но слишком мягкосердечная и не очень искушенная в житейских делах.
— Как думаешь, она любила мужа?
– Если бы у них было больше времени, она бы его полюбила или хотя бы привязалась к нему и стала хорошей женой. Она согласилась, потому что ей было уже за двадцать и все еще не нашлось такого мужчины, который бы ее сильно любил. Понимаешь, ей хотелось иметь собственную семью, но они прожили вместе всего три месяца и детей он так и не оставил.
– Как он умер?
– Его убил Рауф Моубри. Кайра сумела бежать, но поклялась мужу перед смертью, что непременно поможет людям Арджлина вырвать их землю из загребущих рук Рауфа.
– Муж взвалил на ее хрупкие плечи тяжелый груз. Как можно ожидать от женщины, что она это сделает? Я слышал страшные рассказы о жестокости Рауфа Моубри.
– Скорее всего это правда. А насчет обещания мужу – я не понимаю, как она может это сделать, и Кайра, по-моему, тоже. Она не хочет втягивать в это дело семью, а одной ей не справиться. – Мэтью прикоснулся рукой к густым волосам Кайры. – В такие времена я почти сожалею о своем призвании, потому что я не воин и могу передать ей лишь малые познания о боевых искусствах. И все-таки я очень хотел бы стать ее защитником.
