Оно было куплено специально для Рождества, но фотографу из «Wow!» показалось, что для съемки лучше одежды не придумаешь. Да и потом, женщина всегда чувствует себя увереннее в новых вещах.
Может, все-таки сказать ему об интервью? Но Амбер не успела подумать над этим.
Финн принялся медленно целовать ее нежную кожу, дюйм за дюймом. Она застонала. Когда прелюдия закончилась, Амбер на миг словно бы вспорхнула куда-то. Перед глазами сияло звездное небо, а голова, как тяжелый камень, клонилась вниз.
Он замер на минуту, чтобы дать ей время опомниться.
Ей было так хорошо, что она не могла сказать ни слова. Но, возможно, тело ответило за нее, и Финн начал двигаться, медленно, очень медленно, казалось, касаясь самого ее сердца. Амбер недоверчиво вскрикнула, когда почувствовала его глубоко внутри.
Волны, вернее, быстрая, легкая зыбь то поднимала Амбер, то бросала вниз. Чудо лишило ее последних сил, она лишь вздыхала в такт нарастающим волнам, и наконец их поток затих. Амбер открыла глаза и увидела, что ее супермодное золотое платье превратилось в бесформенную кучу под коленями Финна.
Он, пытаясь сдерживать себя, хрипло, тяжело дышал, постепенно замедляя темп движений.
Почему-то она почувствовала себя униженной, даже более униженной, чем во время недавнего злого спора. Амбер обрадовалась, когда все закончилось, и поспешно надела спущенные трусики.
— У тебя лицо порозовело, — сказал он, натягивая джинсы.
— А твое белое, как снег...
— Конечно. Кто из нас больше старался? — поддразнил он.
— Финн! Ты отвратителен!
Финн взял ее руку и очень нежно поцеловал ладошку.
— Я вовсе не отвратительный, дорогая, — шепнул он. — Может быть, немного простоват.
— Платье погублено, — она взглянула на сбившуюся в комок золотистую ткань.
— Его еще можно привести в порядок, — беспечно сказал Финн и нахмурился. — Странный наряд для будней. Разве мы кого-то ждем?
Амбер поджала губы.
— Не думаю, — сухо ответила она. — А если кто и придет, разве мы не встретим его во всеоружии?
Он улыбнулся.
— Не рискую комментировать, иначе меня снова назовут отвратительным!
Амбер рассмеялась и потянулась за платьем.
— Как ты думаешь, мы сегодня поужинаем или нет?
Финн бросил взгляд на тарелки, оставленные на столе. Цыплята в них давно остыли.
— Наверное, ты ужасно обидишься, но сейчас я даже смотреть не могу на эту вкуснятину.
— Поел на работе?
Он со вкусом зевнул.
— Устал. Давай возьмем вино, жареную картошку и пойдем в постель смотреть телевизор?
Звучало заманчиво. Уже целую вечность они не бездельничали наверху, в своей спальне! Хотя это так просто и так здорово!
— Отличная идея, — повеселела Амбер. — Приму душ и составлю тебе компанию.
Изумрудные глаза сверкнули.
— Я тоже могу составить тебе компанию, — многообещающе шепнул он. — В душе.
Но Амбер покачала головой. Упражнения на ковре вымотали ее, к тому же Финн гораздо больше нуждался в отдыхе, чем в любви.
— Марш в постель, — тихо сказала она.
— Ага, снова синдром обручального кольца. Понимаю, отныне мы будем предаваться любви один раз за вечер. — Он разочарованно встряхнул темной взъерошенной головой, но изумрудные глаза улыбались.
Просто поджарить картошку? Ну уж нет, в ней слишком сильна хозяйка. Амбер добавила к хрустящей картошке сэндвичи с сыром, тарелку свежей брусники, густой, жирный йогурт из козлиного молока. «Это придаст Финну силы», — с удовольствием подумала она, заходя в спальню с мокрыми после душа волосами и подносом в руках.
Финн заснул, как и она недавно.
Стараясь не разбудить его, Амбер поставила поднос как можно тише. Но Финн все-таки проснулся, взмахнув темными ресницами. И сонно посмотрел на нее.
— Привет, — улыбнулся он.
— Привет, — улыбнулась она в ответ. — Спи, если хочешь. Хотя... — Амбер замолчала, потому что не хотела уподобляться его матери. Или сестре. Филомена была для него скорее матерью, чем сестрой.
— Хотя что? — спросил он.
— Финн, нужно больше есть. Твоя голодовка к добру не приведет!
Он, зевнув, сел. И протянул ей бокал.
— Как поживает Урсула? — поинтересовался он, попробовав вино.
Амбер непонимающе посмотрела на него.
— Урсула?
Финн сверкнул глазами.
— Да, Урсула. Твоя сестра, — язвительно подчеркнул он. — Вы виделись с ней днем, припоминаешь? Пили шампанское. Так как она поживает?
«Расскажи ему, — умолял Амбер внутренний голос. — Расскажи о журналистах, и дело с концом».
«Завтра», — решила она.
— Потихоньку, — сдавленно ответила Амбер и залпом опустошила бокал.
ГЛАВА ТРЕТЬЯФинн как черная молния влетел в офис, заполненный топ-моделями и пестрыми бумажными гирляндами. Как некий ангел возмездия с черными крыльями, он подбежал к столу Амбер, помахав журналом прямо перед ее носом.
— Черт возьми, Амбер, что все это значит? — рявкнул он. Она и не представляла, что Финн способен так разозлиться.
Сейчас на ее бедную голову свалятся все проклятия в мире... и все кары небесные заодно. Но она заслужила это, надо было сразу рассказать ему правду.
— Финн... — примирительно начала она.
— Что — Финн! — гаркнул Финн так, будто услышал нецензурное словечко. — Я хочу понять, почему ты решила разболтать наши секреты этим клейким... — он презрительно скривил губы, махнув рукой на яркие фотографии, — пустомелям, — фыркнул он. — И хочу понять это немедленно!
Амбер могла рассказать ему все честно, до мельчайших подробностей. Будь они вдвоем. Но сейчас их окружали модели, юноши и девушки. Красивые, высокие и, что более важно, очень молодые. Они уже начали проявлять смутный интерес к происходящему, с их юных лиц исчезло обычное подавленное выражение. Возможно, модели впервые увидели, как их босс размахивает руками, будто дирижируя оркестром.
Амбер была старшей для этих моделей. Она не просто работала с заказами, у нее всегда находилась чашечка кофе и полезный совет для неоперившихся птенцов, если они в нем нуждались. Она терпеливо выслушивала все их проблемы. Позволяя Финну рычать и пренебрежительно говорить с ней, она ясно дает всем понять, что крик — это норма, это хорошо. Но это вовсе не хорошо.
Она всего лишь рассказала вполне невинную историю журналисту из популярного журнала. Но людям могло показаться, что Финн уличал ее, по меньшей мере, в том, что она занималась с ним извращенным сексом!
— Финн...
— Я жду, Амбер, — сухо перебил он.
Вот это да! От удивления Амбер открыла рот.
— Тогда тебе придется долго ждать, — откликнулась она холодно, сдержанно и четко низким, грудным голосом. Зазвонил телефон, и Амбер радостно заговорила в микрофон, подключенный к наушникам.
