гедонизм. И деньги делаются из времени, поделённого на эмоции. Современный контент – это выуживание из человека средств и времени», – раздумывал Трикстер.
– А лайк – это и есть современное жертвоприношение. Ставя лайк, ты добровольно подтверждаешь, что: во-первых, потратил время, и, во-вторых, эмоционально прореагировал на что-либо. И жертвы на пирамидах приносить уже не надобно, – внезапно сказал Мясной житель, как будто прочитав мысли Трикстера.
Мясного жителя, конечно, интересно было слушать, но усталость прошедшего дня взяла своё, и Трикстер уснул. Точнее, он не заметил, как уснул.
Ему снилось бескрайнее пустое пространство, в котором с невероятной скоростью начали вспыхивать сверхновые, во все стороны разлетелись целые галактики, и замерцали всеми цветами далёкие звезды. Внезапно неведомая сила вырвала его из космических просторов, и он снова очутился в подвале Мясного жителя. Но как Трикстер только старался, он не мог сфокусировать свой взгляд ни на одном предмете. Всё как будто непрерывно уплывало от взгляда. Стол, раньше заваленный хламом, теперь был пуст, и на нём стояла шахматная доска с шашками. Чёрными и белыми. На соседнем диване кто-то сидел, но Трикстер не мог понять, кто это. Но это точно был не Мясной житель.
– Играй! – возник в его голове мелодичный юный женский голос, – белые ходят первыми.
После этих слов белая шашка передвинулась вперед.
Трикстер сосредоточился на доске и сделал ход. Пока Трикстер обдумывал ходы, голос ему вещал:
– Великое Ничто никогда не существовало. Всегда есть и было Великое Без. Не может никогда ничего не существовать. Всегда что-то будет, но оно будет всегда с чем-то и без чего-то. Мы боимся Великого Без, боимся того, что будет без нас. Нам легче считать, что без нас не будет ничего, поэтому мы и выдумали это Великое Ничто…
Как Трикстер не старался, его чёрных шашек становилось все меньше. В итоге он проиграл.
– Вижу я, что несовершенен ты, – на этот раз обратился лично к Трикстеру голос Мясного жителя из пустоты, – поэтому и проиграл. Хотя я не видел ещё никого, кто бы смог обыграть Энтити! Теперь ты навсегда останешься здесь вместо меня, а я наконец-то смогу покинуть свою унылую обитель во имя Уробороса! Оставайся же здесь и чувствуй себя как дома. И думай о том, что скоро станешь Блуждающим!
Сhorus
Трикстер открыл глаза. Начинался рассвет. Он всё так же лежал на старом диване в этом подвале, только Мясного жителя рядом уже не было.
Он обвел глазами подвальное помещение. На столе возле металлической кружки притаился крупный таракан, может быть, тот самый, что шевелил усами во время разговоров. Трикстер машинально нашарил рукой первое попавшееся, чтобы избавиться от таракана одним ударом. Этим стала почерневшая от времени книга, на обложке которой было написано: «Carolus Linnaeus. Systema naturae. 1758». Трикстер заинтересовался книгой. Он открыл первые страницы и увидел экслибрис – знак, формой своей напомнивший ему об уроборосе.
– Ну что, допрыгался? – скрипучий голос раздался со стороны стола и дивана.
Трикстер повернул голову в ту сторону, но диван был пуст.
– Не вертись и слушай внимательно, – снова произнёс голос.
И только тут до Трикстера дошло, что речи эти исходили от того самого чёрного таракана на столе.
– Времени у меня мало. Я тот самый Кондрат, и я не умер, потому что душа, как говорил Мясной житель – это небытийный код. В нашем обычном мире после смерти этот код – душа или осознание – можно по-разному назвать, как ты сам говорил по твоему Кастанеде, подчищается «Орлом» и отправляется обратно в Эфир на хранение до следующего перерождения. Потому что код – это небытие, и потому душа бессмертна. И живой она никогда не была по этой причине. А в Изоляции коды умерших здесь людей, прочих живых существ – недоступны для «Орла», и потому все, кто в Изоляции умер – блуждают в ней до сих пор. Но я сохранил свое «Я» и открою тебе важную информацию.
– Какую? – спросил в край уже ошалевший от происходящего Трикстер.
– Я сообщу тебе, когда надо будет вовремя пригнуться, – ответил чёрный таракан, именующий себя Кондратом, – я давно слежу за тобой. И через глаза вахтёра в общаге, и через этого таракана, и, по сути, через любое ещё живое существо, но которое является частью Изоляции. Вот только покинуть Изоляцию я не могу никак. И ты теперь тоже не сможешь, до тех пор, пока кто-нибудь не спустится в этот подвал, как и ты недавно…
Outro
Застрять в подвале, причём на неопределённый срок, – было неожиданно. Не планировал Трикстер закончить дни свои в Изоляции, да ещё в подвале дворника, но выбора не было. Не исключено, что Лопотун, ошивавшийся наверху, пригонит сюда очередного нерадивого валкера. Времени на подобный вариант развития событий было предостаточно. Привыкший много читать, Трикстер взялся за книги, коих в подвале было великое множество, видать натасканных усердным дворником-кандидатом наук из научной библиотеки.
Продолжение следует…
Наименование иллюстрации, использованной для обложки издания: «ИИ».
Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора.
Автор иллюстраций в тексте: Купин Алексей.
