Табличка на входе гордо сообщала об ударных темпах строительства. Комплекс заложили в январе 2008-го, а 17 мая того же года уже открыли.
В ноябре 1920 года Русская армия генерала Врангеля эвакуировалась из Крыма. Первый корпус армии под командованием генерала Кутепова прибыл в северо-западную Турцию (тогда она находилась под контролем английских и французских войск). Ему выделили место у современного города Гелиболу. Более 50 тысяч солдат этой армии без государства расположились лагерем среди окрестных полей.
Русские войска находились здесь до конца 1921 года. За это время немало солдат и членов их семей умерло от болезней (санитарная ситуация в этом фактическом лагере беженцев была близка к критической). В июле 1921 года умершим на турецкой земле был открыт небольшой мемориал.
Мемориал простоял до 1949 года, когда был разрушен в результате землетрясения. Кладбище также исчезло. Несколько лет назад при поддержке российского правительства было принято решение восстановить комплекс. Что и было сделано.
Мы немного побродили среди мемориальных плит, сняли небольшой стендап, полистали записи в книге памяти, в которой оставляют записи редкие посетители мемориала. В основном это члены официальных делегаций.
Очень приятно, что подобные мемориалы существуют. И даже возрождаются. И, конечно, число посетителей этого кладбища не сравнить с памятниками АНЗАКа, хорошо, что наша история сохраняется в материальном виде. Пусть мы ее почти и не помним.
Спустя полтора года я неожиданно встретил галлиполийский памятник еще раз. Мама давно мечтала побывать в Париже, так что осенью 2012 года мы отправились на неделю в столицу Франции. Папа с мамой и мы с женой. Была запланирована обычная программа: Лувр, музей Орсе, Монмартр и Эйфелева башня. Кроме того, мама заставила всех сходить в Опера Гарнье на балет, который оказался авангардом. Зрелище оказалось для неподготовленных людей настолько непростым, что через два дня мы с папой отыгрались, купив билеты на футбол.
На знаменитом стадионе «Парк де Пренс» нас приняли за хорватских болельщиков (им вход на матч был запрещен) и забрали в полицию… В общем, насыщенный и содержательный отпуск. За день до возвращения мама уговорила-таки нас доехать до кладбища Сен-Женевьев-де-Буа, где похоронены многие русские эмигранты. Добираться туда крайне непросто, сперва придется ехать на электричке (RER), а потом долго трястись в автобусе…
Среди могил я вдруг снова увидел знакомый памятник, только меньшего размера. Оказалось, что это могила солдат и офицеров корпуса генерала Кутепова, которые после галлиполийского сидения эмигрировали по Францию. И я сразу вспомнил съемки в Турции по пути из Чанаккале в Стамбул…
Кстати, чтобы поддержать бодрость духа регулярного состава, российские галлиполийцы в Турции организовывали футбольные матчи. Конечно, в Стамбуле в то время уже вовсю играли, но в окрестностях Гелиболу это развлечение еще было в диковинку. Так что можно с высокой долей уверенности предположить, что футбол в эти края принесли русские. Вот такая история.
Стамбул. Наследие венетов и прасинов
Стамбульский выпуск «Планеты футбола» – наша маленькая гордость даже сегодня. Конечно, ничего шедеврального, однако это очень цельный документальный фильм. Два совершенно неопытного человека придумали просчитанный сценарный каркас и с помощью бывалого оператора задуманное осуществили.
Если первый выпуск «Планеты футбола», начавшийся в Измире, по сути, просто набор эпизодов, то со Стамбулом все было иначе. Мы долго не понимали, как подступиться к древнему Константинополю: город огромный, футбольные традиции – глубочайшие, заслуживающих внимания мест – десятки. Кто первым придумал формат «футбольного дня», я не помню, но идея стала развиваться быстро и бурно обсуждаться.
В итоге вывели такой план: ведущий целый день идет из одной условной «футбольной» точки в другую, проходя через наиболее интересные районы города и, в конце концов, попадает на стамбульское дерби. Фильм заканчивается тем, что уже после игры я сажусь на паром, отправляющийся через Босфор в азиатскую часть города, тем самым бросая мостик к третьей части (которая начиналась бы в Анкаре). Сеня сразу накидал план мест, которые необходимо посетить: стены Константинополя, парк Миниатюрк, Большой базар, Египетский базар, Галатский мост, туннель, улица Пера, площадь Таксим, стадион «Бешикташа».
Кроме того, Сеня настаивал на съемках рядом с одной из знаменитых стамбульских мечетей, предлагал заглянуть в районы Сулуккуле, Фатих и район челночников Лалели.
Волевым совместным решением клуб «Фенербахче» мы не стали трогать вообще. Во-первых, о нем уже был рассказ в предыдущей части. Но, самое главное – «Шюкрю Сараджолу», стадион «Фенера», расположен в азиатской части города, на другом берегу Босфора. Так что начнем от арены «Галатасарая», а завершим поход возле стадиона «Бешикташа». Плюс будет еще какая-то концовка. Осталось только связать все наши точки съемок в единую цепочку.
Пять дней мы провели в бесконечных спорах. Время было: Стамбул построен так, что переезжать из одного района в другой, минуя центр, довольно затруднительно. В результате мы всю неделю застревали в одной и той же пробке на набережной Босфора. Там и было объявлено, что начнем все-таки с парка Миниатюрк (Сеня говорил, что там есть и футбольный стадион), затем двинемся к арене «Галатасарая», а потом переберемся к стенам Константинополя.
Изначально был план в каждом новом эпизоде ставить время и геотитр (подпись), например: «9:00. Стены Константинополя». Эта мысль есть в сценарии, но на практике так и не была реализована. А вот красивую карту города, на которой нарисован наш путь, графики сделали. Получилось эффектно. Подразумевалось, что начинаем прогулку мы ранним утром.
Всего в Стамбуле мы провели пять дней, четыре из которых были рабочими. И хотя впереди были еще съемки в Центральной Турции, я был уверен, что так тяжело нам уже не будет. С утра до вечера кружить по городу, постоянно стоящему в пробках. Держать в голове общую канву сюжета передачи и помнить последовательность эпизодов. Не промахнуться с погодой, которая здесь весьма переменчива. Помню, в один из вечеров мы настолько устали, что завалились спать, не став досматривать полуфинал Лиги чемпионов «Реал» – «Барселона».
Но, если честно, это все ерунда. Мы были в Стамбуле – одном из самых важных, красивых и интересных городов мира. Сколько бы раз я здесь ни бывал, всегда возвращаюсь с радостью, словно на встречу со старым другом, с которым можно просидеть хоть всю ночь напролет и не наговориться.
Я правда его люблю. А потому для меня было делом чести раскрыть как перед Вовой, так и перед зрителями программы все его грани, все полутона. В общем, прочесть видеолекцию под свежим названием «Стамбул – город контрастов».
В этой до хохота банальной фразе – вся суть города. Его, если хотите, диалектика. Борьба двух противоположностей: Запада и Востока, Европы и Азии, христианства и ислама, которые в итоге дают совершенно уникальный и притягательный материал. Стамбул – одновременно последний мегаполис Европы и первый мегаполис Азии.
Блуждая по Старому Стамбулу (т. е. городу в границах прежнего Константинополя), европеец постоянно испытывает дежавю. Застройка улицы Диван-Йолу с проносящимися рядом трамваями ужасно напоминает венский бульвар Ринг. Улица Алемдар в районе отеля «Кавказ» как две капли воды похожа на Женеву. Изгиб трамвайных путей напротив Баб-и-Али – чисто пражский. Ну а улица Пера – самый что ни на есть Париж.
Иногда кажется, что Стамбул – европейский город, вдруг решивший провести грандиозный карнавал «под Азию». Для этого он прилепил к церквям бутафорские минареты, обрядил пару сотен «массовки» в чадру и галабеи, а также заставил продавцов сувениров одеться в клоунские костюмы, увенчанные смешной феской. Но мы-то знаем, что это лишь буффонада. Ведь на улицах трещат неотличимые от дрезденских городские трамваи. Бизнесмены в строгих костюмах прикрывают мобильный телефон рукой, чтобы разговору не мешал «саундтрек» несущегося с минарета азана. А смешные фески помимо торговца чая на центральной площади носят только японские туристы.
Иллюзия, что находишься в европейском (пусть и в последнем европейском) мегаполисе, рассеивается, когда решаешь перекусить. Не моргнув глазом, торговец уличной снеди называет тебе цену, явно завышенную втрое. Короткий, но яростный торг находит компромиссный ценовой баланс, и тут оказывается, что денег в кошельке меньше – обманули при обмене валюты. Затем ошеломленного путешественника проглатывает рынок. Попав в это чрево, позавидуешь библейскому Ионе, тому было явно проще выбраться.
