Немолодую женщину широкой комплекции слева от Дженнифер и мужчину в очках, что обнимали на фотографии подростка лет 16–17, в списке можно было найти под цифрой 6 и подписью Сэм, а ее мужа, как показалось Роксане, подписали седьмым номером и именем Оскар. Молодого человека отметили восьмым и подписали как Джеймса. Между Дженн и Сэм стоял мальчик с пшеничными волосами, который обнимал плюшевого медведя. Его подписали пятым, и именно это имя было тем, что так жаждала найти в этом доме детектив Харрис. Напротив цифры пять красивым подчерком было написано «Адам». Рокси тут же сунула фотографию в свой блокнот и спрятала его, словно сокровище. Она не знала фамилии семьи, которая была изображена на фотографии, но ее нутро почему-то было уверено, что это и есть та самая семья Кей, один из младших членов которой отправил письмо с просьбой о помощи.
Ксана решила еще осмотреться. Удивительно, но этот дом не выглядел так, будто бы отсюда бежали, в отличие от самого первого. Здесь время будто бы застыло и покрылось слоем пыли. Ничего почти не тронуто, вся мебель на всех трех этажах здания на месте. Осталась на месте и косметика, одежда, игрушки книжки и прочие мелочи, которые в большинстве своем отсутствовалив прошлом доме. О том, что здесь давно никто не живет, говорили лишь пыль, песок и прочая грязь, облупленная краска, битое стекло и отсутствие провианта. В остальном дом выглядел вполне жилым. Однако чего-то особо ценного детектив не нашла более. Зато, не смотря на разбитые окна в большинстве комнат, здесь можно было бы остановиться на ночь. После обхода трех основных этажей, остался лишь чердак. Там Сана надеялась найти еще какой-нибудь клад, который поможет продвинуться в деле. Однако забраться на него оказалось тем еще приключением. Сперва ветхая тонкая лестница, которая шаталась от каждого движения и норовила упасть. А затем оказалось, что там заперто. Теперь Рокс жалела, что уделила слишком мало внимания осмотру мелочей, ведь она была уверена, что ключ на чердак все еще где-то в этом доме, но где искать этот малюсенький предмет, не имела понятия.
Однако следовало бы сделать перерыв прежде, чем снова шастать по дому в поисках ключа. Все-таки Роксана толком не спала ночью, да и не ела еще. Плюс долгая дорогая пешком вымотала еще. Потому девушка отправилась в одну из спален, где на спинку одного из стульев повесила свое пальто, а после убрала с кровати верхнее покрывало и, сняв обувь, села на нее.
— Надеюсь, что вы не будете против, что я тут немного похозяйничаю, — обращаясь к хозяевам дома, произнесла Рокси, раскладывая вещи.
Конечно, слышать ее эти самые хозяева не могли, но детектив Харрис все равно посчитала нужным обратиться к ним. Лишь после этого девушка вытянула из рюкзака ежедневник и открыла его, чтобы рассмотреть все свои находки. «Сокровищ» было мало: кусочек статьи из газеты, эта же статья полностью и семейная фотография, которая, предположительно, принадлежала семье Кей. Роксана привыкла не просто в голове прокручивать находки, но и записывать что-то, строить цепочки именно на бумаге, потому она осмотрелась в поисках удобного места для этого. Для работы подходил только косметический столик. Полицейская стряхнула всю грязь, которую смогла, с него и стула, что стоял рядом, а после села за работу. В блокноте появились записи о веревке, собачьих следах, машине, странном домике с закрытыми дверьми и зашторенными окнами, а также пометка о том, что в Спрусхэмлете, скорее всего, произошел пожар, из-за которого люди покинули это место. И тут же вслед за записями о находках и первой зацепке появилась еще одна. Почему кто-то оставил это место и сбежал, кто-то попытался восстановить свой дом, но бросил все и также скрылся, а кто-то довел дело до конца, но куда-то пропал? И где же сейчас семья Кей, которая вернула свой дом к прежнему виду? Эти мысли перенеслись на отдельный лист бумаги, после чего детектив взяла их в кружочек. Это были основные загадки, которые предстоит выяснить: что случилось в Спрусхэмлете, и куда пропала семья Кей.
Ксана постучала ручкой по своему блокноту, размышляя, а потом перевернула страницу и потянулась за семейным фото. Она стала внимательно рассматривать людей на фотографии и пытаться выяснить, кто же по итогу кому и кем приходится? Для удобства Рокси перенесла имена на бумагу и строя догадки, рисовала стрелочки. Майкл и Мэтт очень похожи внешне, потому девушка решила, что они братья. Учитывая, что Мэтью обнимал Дженнифер, он, скорее всего, ее муж, а малыш Ноа — их сын. Сэм и Оскар также похожи на женатую пару, а у Джеймса были определенно схожие черты лица с чертами Оскара, так что он точно его сын или младший брат. Но склонялась Рокс к версии с сыном, потому записала ее, а рядом в скобочках оставила пометку про брата с вопросительным знаком. Последним остался малыш Адам. Сана внимательно всматривалась в каждого члена семьи, но не могла найти четких сходств ни с одним человеком на фотографии. Девушка стала нервно постукивать пальцами по столу. Возможно, это помогало ей думать. От имени мальчика были нарисованы три стрелки: одна в сторону Майкла, одна в сторону Мэтта и его жены, а одна в сторону пары Сэм и Оскара. Еще раз изучив расположение людей на снимке, детектив Харрис сделала для себя вывод, и стрелка Майкла была тут же перечеркнута. Дети явно стояли рядом со своими родителями, а от Майкла Адам был дальше всего, потому он точно не был сыном этого мужчины. Остались два варианта, но какой был верным?
В голову не приходило ни одной хорошей мысли, да и множество других факторов, вроде сонливости и урчащего живота, ужасно отвлекали. Потому было принято решение отложить эту загадку в сторону и позаботиться о себе, а не своем деле. Все-таки Роксана прошла против своих принципов и взяла работу вне участка, так что может позволить уделить внимание себе любимой. Девушка вновь пересела на кровать и порылась в рюкзаке в поисках завтрака. Она выудила из сумки термос с остатками кофе и сэндвичи, которые ей всучил Грегори. Скинув сумку на пол, Рокси вскрыла контейнер и хотела было налить себе бодрящего напитка, но решила все же позавтракать всухомятку и поспать, а не перебивать сон кофеином. После такой долгой дороги до Спрусхэмлета домашние сэндвичи, заботливо приготовленные женой попутчика Саны, показались самой вкусной едой на свете. От одного их вида текли слюнки: белый хлеб, поджаренный до хрустящей
