всё закончится.
– Но тогда ты не пришёл домой, – отец ободряюще похлопал его по плечу, предлагая открыться ещё больше.
– Я запутался в своих желаниях, – горько вымолвил Яр. – Раньше всё казалось привычным, понятным, а теперь мне не хочется быть таким, как прежде.
– Это из-за того мальчика?
– Понимаешь, после каминг-аута все отвернулись от меня, кроме Давы, – Яр потёр переносицу. – Хотя именно ему я и сделал больнее всего своим глупым признанием. Не понимаю, что со мной происходит.
– Просто извинись перед своим другом и тем мальчиком, – предложил отец. – Знаешь, мне иногда тоже бывает стыдно за свои поступки.
Яр облегчённо выдохнул, а потом крепко обнял отца.
Богдан
Богдан вернулся в спальню со стаканом холодной воды и протянул его парню.
– Спасибо, – поблагодарил с улыбкой Дава.
Богдан достал из рюкзака альбом с карандашами, а потом снова обратился к парню:
– Тебе надо раздеться.
– Без проблем, – Дава поднялся, поставил пустой бокал на стол, вернулся к постели и начал раздеваться.
У Богдана перехватило дыхание, когда он увидел обнажённое тело парня в близости от себя. Футболка и джинсы полетели на пол, но Дава на этом не остановился и стянул с себя плавки. Богдан ощутил странное возбуждение, которое испытал в то утро, когда увидел парня совершенно голым.
– Так лучше? – с вызовом спросил Дава.
Богдан смог только кивнуть в ответ.
– Я не знал, что ты рисуешь, – промолвил Дава, нисколько не смущаясь своей наготы.
– Отец считал это не самым лучшим занятием, поэтому приходилось скрывать своё увлечение, – признался Богдан, садясь на постель.
Дава последовал его примеру, усевшись напротив.
– Тебе достаточно только смотреть? – поинтересовался парень.
– Да, – смущённо ответил Богдан.
– Я слышал, что художникам нужен контакт со своими натурщиками, чтобы лучше передать настроение и все детали, – Дава протянул руку и накрыл своей ладонью запястье Богдана.
Сразу же стало трудно дышать, а перед глазами всё поплыло, и Дава заставил его прикоснуться к своему телу.
– Пожалуйста, прекрати, – взмолился Богдан, хватая ртом воздух, словно рыбы, выброшенная в шторм на берег.
– Я не могу, – шёпотом ответил Дава. – Ты сам попросил меня раздеться.
Богдан вздрогнул, а затем придвинулся к парню и обвил руками его шею:
– Ты знаешь, что нужно делать дальше?
– Доверься мне, – попросил Дава и прильнул к его губам.
Богдан задрожал от страха и возбуждения, внутри всё сжалось, а парень уже успел протиснуть свой язык ему в рот. Горячие губы Давы разрушили последние сомнения. Богдан позволил уложить себя на спину, позволил снять с себя одежду, позволил… Стыд смешался с удовольствием, Дава прикасался к потаённым местам, заставляя громко стонать и извиваться в его объятьях. Их тела бесстыдно тёрлись друг о друга, Дава в порыве прикусывал кожу на плечах и груди, оставляя красные полосы. И Богдану это безумно нравилось.
– Ты готов? – с придыханием спросил Дава, жадно лизнув его в губы.
– Да, – уверенно прошептал Богдан и вскрикнул, когда ощутил в себе твёрдый член парня.
Ярослав
Ярослав сидел на ступеньках крыльца университета, поджидая Богдана и своего лучшего друга. Около него остановилась Стешка и презрительно ухмыльнулась:
– Ну, как твоя новая жизнь?!
– Прекрасно, – беззлобно ответил Яр и спокойно взглянул на девушку.
Сейчас стало вполне очевидно, что никогда между ними и не было настоящих чувств. Яр ощутил облегчение, что хоть кто-то из них двоих смог положить конец бесконечному притворству.
– Спасибо, дорогая, – улыбнулся он.
– За что? – изумилась Стешка. – Ты же выставил себя на посмешище!
– Вовсе нет, – ответил Ярослав. – Я воспользовался удобным моментом и избавился от ложных иллюзий. Нам давно надо было расстаться.
– Потому что ты неудачник, – оскалилась Стешка.
Яр ничего не стал отвечать на злобный выпад девушки, увидев Даву и Богдана. Парни шли, держась за руки, и были увлечены только друг другом, никого не замечая вокруг.
– Кажется, ты и с мальчиками потерпел поражение, – язвительно проговорила Стешка.
– Привет! – окликнул Яр своего друга и уже бывшего парня Богдана.
Дава приветливо улыбнулся, невольно загораживая своим широким плечом сыночка ректора.
– Яр, – Богдан всё же вышел из своего укрытия и без страха посмотрел на него: – спасибо, я разобрался в себе. Ну, сам понимаешь…
– Как скажешь, – Яр поднялся со ступенек и вплотную приблизился к сыночку ректора. – Только не вздумай потом мне заявить, что передумал.
Он обнял парня и подмигнул своему лучшему другу, а потом шёпотом спросил:
– Дашь телефончик мне одной девочки, что вчера была в студии?
Богдан утвердительно кивнул, будто сразу понял, о ком идёт речь.
– Ярик опять в пролёте! – нарочито громко произнесла Стешка, привлекая к ним излишнее внимание.
Яр повернулся к своей бывшей девушке и произнёс:
– Надеюсь, у тебя есть такие же верные друзья, как и у меня.
Дава опустил свою руку на его плечо, подтверждая сказанное, а с левого бока встал Богдан, укоризненно глядя на Стешку.
– Придурки! – выкрикнула она и поторопилась уйти.
– И что дальше? – спросил Богдан, коснувшись его руки.
– Если нужно, то я готов извиниться перед твоим отцом, – улыбнулся Яр. – Я ничего не имею против вас двоих.
– Спасибо, друг, – отозвался Дава. – Сходим вечером в клуб?
– Я пас, – рассмеялся Ярослав. – У меня сегодня свидание с прекрасной девушкой.
– Давид, – робко промолвил Богдан: – я же ещё не закончил рисунок…
– Прости, забыл, – тут же извинился Дава.
– Тогда на выходных встретимся уже вчетвером, – предупредил Ярослав своих лучших друзей.
