Читаем без скачивания Загадка патриарха - Виталий Сырокомский

Слава Богу, в то время Отделом административных органов ЦК руководил А.Я. Сухарев, человек объективный, демократичный. Он не стал раздувать "дело", как того требовали сверху, а поручил "разобраться" партийному бюро института. Оно спустило "дело" дальше - в партгруппу, в которой состоял Савицкий... Всего этого я тогда не знал: ЦК не тронул "Литгазету".

И еще одна любопытная история. В редакцию прислала письмо читательница из Свердловска. Она спрашивала, кем по национальности считать ее сына. Отец ее был белорус, мать - украинка, муж - наполовину русский, наполовину украинец. Надо ли вообще указывать в паспорте национальность? - спрашивала женщина. - Не правильнее ли писать просто "СССР", как в Америке в графе "гражданство" пишут "США"?

Я отправился в ЦК и попросил доложить письмо Демичеву. Тот передал через помощника: "Рискните. Напечатайте...". Письмо опубликовали. Посыпались отклики. Попадались и возмущенные, но большинство читателей считало, что указывать национальность в паспорте незачем: мы - единая страна, единый народ. Газета печатала отклики из номера в номер, пока не пришло гневное, вполне в духе Макашова письмо трижды Героя Советского Союза летчика Ивана Кожедуба. Он обвинил нас в том, что мы хотим чуть ли не искоренить русский народ, играем на руку сионистам и вообще выступаем пособниками Израиля. Нам опять заткнули рот. Как мало с тех пор изменилось!

Но "ЛГ" одерживала и маленькие победы.

Владимир Травинский опубликовал подкрепленную статистикой большую статью о приусадебных участках. Доказывал он тоже очевидное: приусадебные участки дают стране весомую долю сельхозпродуктов - картофеля, молока, яиц, мяса. И это при том, что крестьянам не дают ни кредитов, ни семян, ни удобрений, а только мешают, участки пытаются урезать или отводят неудобья. Из Отдела пропаганды ЦК мне доверительно сообщили: Суслов статьей Травинского недоволен, он считает приусадебные участки вообще пережитком частнособственнических настроений. Осторожно!

Тогда мы зашли с другого бока. Редакции стало известно, что заместитель председателя Совета Министров З. Нуриев, ведавший сельским хозяйством, поддерживает позицию "ЛГ". Отобрали сто наиболее ярких и убедительных писем, перепечатали их, сброшюровали и направили Нуриеву. А тот показал наш бюллетень Брежневу, который еще не пребывал в старческом маразме. Каково же было наше торжество, когда в новой, "брежневской" Конституции СССР было закреплено право граждан на приусадебное хозяйство.

И еще раз Брежнев, очевидно, "с подачи" помощников, поддержал "Литгазету". Мы начали дискуссию по проблеме "Экономика и право". Крупные хозяйственники рассказывали, что они связаны по рукам и ногам устаревшими, принятыми еще в 20-30-е годы законоположениями, финансовыми и штатными нормативами. Неожиданно, после первой проблемной статьи, мне позвонил Д.С. Полянский (о нем я еще расскажу) и заявил: "Вы попали в точку. Возьмите десять лучших директоров совхозов страны - их можно сразу сажать в тюрьму, потому что нельзя успешно вести хозяйство, не нарушая законов". Хозяйственное право было едва ли не самой запущенной отраслью законодательства.

И вот Брежнев выступает на предвыборном собрании в Бауманском избирательном округе Москвы и едва ли не слово в слово повторяет то, что писала "Литературная газета". Сразу завертелась машина. Был создан специальный научно-исследовательский институт, учрежден журнал. Конечно, проблема давно назрела и, рано или поздно, встала бы на повестку дня. Дискуссия в "Литгазете" послужила своевременным импульсом.

Но опасности можно было ожидать после выхода каждого номера. Никогда нельзя было быть уверенным, что очередной номер не принесет неприятностей.

...Звонит мне однажды по вертушке Ю.С. Мелентьев, зам. зав. Отделом культуры ЦК, ведавший всей художественной литературой (позднее он стал первым замом председателя Госкомиздата СССР, министром культуры РСФСР):

- Слушай, чего ты опять натворил! Звонил мне только что министр гражданской авиации Логинов (предшественник Бугаева - В.С.): "Литгазета" дискредитирует Аэрофлот.

- Это какое-то недоразумение. В номере нет ни одной статьи об Аэрофлоте!

- Не станет же министр СССР ни с того ни с сего жаловаться в ЦК! Ты почитай номер как следует.

Я просмотрел все шестнадцать страниц и обнаружил, что на шестнадцатой, в "Клубе 12 стульев", в рубрике "Фразы", есть такие две строчки: "Рожденные ползать! Пользуйтесь услугами Аэрофлота!". Помните у Горького: "Рожденный ползать летать не может"? Нашел же время министр, не поленился и не постеснялся обращаться в ЦК по подобному поводу. Бугаев бы себе такого не позволил.

- Юрий Серафимович! Позвони Логинову и скажи, что в следующем номере мы дадим фразу: "Рожденные ползать! Пользуйтесь услугами "Люфтганзы"! Пусть успокоится...

- Ладно, ладно, - буркнул Мелентьев. - Будешь тут еще измываться над министрами...

С чувством юмора у наших министров, да и не только у них, явно не все было в порядке. Как-то звонит разгневанный А.А. Громыко, министр иностранных дел:

- Товарищ Сырокомский! Вы почему позволяете себе издеваться над дипломатическим языком, выработанным веками!

- Андрей Андреевич, помилуйте! Никакого издевательства у нас нет и быть не может.

- А вы почитайте свою 16-ю страницу, и потом поговорим...

На знаменитой странице сатиры и юмора нахожу небольшую заметку "Дружеская встреча". Текст примерно такой: на днях в МИДе СССР состоялась дружеская встреча администрации "Клуба 12 стульев" и его авторов с дипломатами. Встреча прошла в духе полного взаимопонимания. Стороны выразили удовлетворение состоявшейся беседой и договорились о дальнейшем сотрудничестве.

Дело в том, что "Клуб 12 стульев" стал пользоваться большой популярностью. Через него прошли, в нем приобрели имя и всесоюзную известность все самые талантливые юмористы: Григорий Горин и Аркадий Арканов, Александр Иванов и Лион Измайлов, Ефим Смолин, Шаргородские, Инин и Осадчук - да назовите любого современного сатирика и юмориста с именем, кроме самых молодых, все они питомцы 16-й полосы "Литгазеты". Многие издания пытались завести собственные страницы сатиры и юмора, но это, как правило, было жалкое подражание "Клубу 12 стульев".

Администрацию "Клуба" наперебой приглашали к себе в гости даже самые солидные учреждения - Совет Министров РСФСР, разные министерства - приглашали, разумеется, профкомы, и встречи всегда проходили при переполненных залах. Талантливые руководители "Клуба ДС", бесконечно влюбленные в свое дело, Виктор Веселовский и Илья Суслов стали даже выезжать на творческие вечера в Ленинград, Одессу, другие города, отвлекаясь от работы над газетной полосой, что тут же сказывалось на ее качестве - приходилось забраковывать много материалов.

Я, было, попытался запретить все эти "гастроли", но мне тут же стали звонить, даже по "вертушке", весьма уважаемые люди, и, скрепя сердце, пришлось примириться. Какие это были замечательные ребята! И как жаль, что Веселовский нелепо погиб, а Суслов давно уже за океаном.

...А Громыко через полчаса снова позвонил. Напрасно я убеждал его, что это просто юмор, что заметка стилизована под язык мидовских документов. Министр стоял на своем. Он позвонил и Чаковскому. Пришлось принести извинения неизвестно за что.

Но это пустяк. Куда хуже бывало, когда ЦК - не напрямую, а руками цензора снимал с полосы неординарные материалы. Случалось такое нечасто, но случалось.

В "Правде" появилось небывалое траурное сообщение: ЦК и Совет Министров выражали соболезнование родным и близким работников Минского радиозавода, погибших при взрыве. "Небывалость" заключалась в том, что обычно землетрясения, пожары, взрывы и другие чрезвычайные происшествия печатью замалчивались - при социализме все должно было быть спокойненько. А тут напечатала "Правда"!

Естественно, я тут же командировал в Минск нашего специального корреспондента писателя Александра Борина. Он прекрасно справился с заданием и написал острую статью размером в целую полосу о причинах взрыва, халатности и безответственности проектировщиков, главным образом по вине которых и взорвался цех. Понимая, что цензура так вот просто не пропустит статью, я позвонил в Минск и попросил первого секретаря ЦК Компартии Белоруссии, замечательного руководителя и человека Петра Мироновича Машерова прочитать материал. Тот все одобрил.

Но не тут-то было. Главлит - цензура - статью не пропустил, поскольку против ее публикации грудью встал Отдел оборонной промышленности ЦК. Зав. отделом Сербин посчитал, что статья бросает тень на всю оборонную промышленность страны. Напрасно я несколько раз звонил секретарю ЦК Д.Ф. Устинову, напрасно ссылался на мнение Машерова.

- Вот пусть белорусские газеты и печатают ваш материал, - заявил Устинов.

Да, до плюрализма было еще далеко...

Лишь спустя много лет, во времена перестройки и гласности, "Литературная газета" все же опубликовала статью А. Борина, изложив ее предысторию.