По преданиям, идя на смерть, он отдал находившийся у него крест боярам, приказав им передать этот крест его детям. Таким образом, крест этот постепенно переходил от отца к сыну в поколениях, идущих от Михаила Черниговского, т. е. по старшей линии Долгоруких и с окончанием этой линии Еленой Павловной — перешел к ее сыну, генералу Фадееву; так как генерал Фадеев не был женат, то крест от него перешел к моей матери, а от матери к моей тетке Фадеевой. В последнюю бытность мою в Одессе два года тому назад тетка вручила этот крест мне, так как она уже стала стара. Крест этот находится у меня в доме; я его показывал здесь двум знатокам, — с одной стороны — академику Кондакову, а с другой — директору Публичной библиотеки Кобеко. Оба они, признавая, что этот крест самого древнейшего происхождения и содержит в себе св. мощи, сомневаются в правильности сохранившегося в семействе кн. Долгоруких предания относительно того, что этот крест был на Михаиле Черниговском ранее его казни, но с другой стороны они не решаются безусловно утверждать противное».
Остается только добавить, что Столыпин никогда не забывал о жертвенной стойкости своего святого предка, отдавшего жизнь за веру Христову. Он исполнял свой долг перед Родиной (а значит, в его понимании, и перед Богом), что давало силы претерпеть и преодолеть всё.
Глава вторая
ПО СТОПАМ ПРЕДКОВ
…правительству необходимо иметь в своем распоряжении в качестве орудия власти должностных лиц, связанных чувством долга и государственной ответственности.
П. А. Столыпин
Родился Петр Столыпин 2 (14) апреля 1862 года в столице Королевства Саксония Дрездене, где в это время его мать находилась в гостях у родственников, и там же был крещен в местной православной церкви (крестным отцом был его двоюродный дед — генерал от инфантерии князь Горчаков, крестной матерью — вдова действительного тайного советника Кутайсова). Раннее детство мальчик провел в подмосковном Середникове, а потом до 1877 года — в Колноберже под Ковно, откуда семья иногда выезжала на отдых в Швейцарию. До двенадцати лет Петр получал домашнее образование в имении, но потом отец решил все-таки отдать его в гимназию. Специально для этого был куплен большой двухэтажный дом в Вильно, куда семья переехала из Колноберже. В 1874 году Петр выдержал испытание на поступление во второй класс виленской классической гимназии, в которой проучился пять лет.
Из Вильно семья переехала в Орел, где Аркадий Дмитриевич вступил в командование располагавшимся там армейским корпусом, и Петр перевелся в Орловскую классическую гимназию, которую успешно и закончил. О гимназических годах Столыпина известно немного, но, во всяком случае, его аттестат зрелости свидетельствует о том, что «зубрилой» он не был. При этом самые высокие оценки у будущего премьера были по точным наукам и иностранным языкам (в аттестате зрелости стоят следующие баллы: Закон Божий — 3, русский язык — 3, логика — 3, латинский язык — 3, греческий язык — 4, немецкий язык — 4, математика — 4, история — 4, география — 4, физика — 5, математика — 5), что сделало логичным выбор направления дальнейшего образования. Впрочем, есть версия, что данный выбор явился вынужденным. Согласно некоторым свидетельствам, Столыпин мечтал о военной карьере, но у него начала сохнуть правая рука. Несмотря на проведение нескольких хирургических операций, улучшения не наступило, что делало невозможным поступление в военное училище.
Действительно, известно, что правая рука Столыпина была усохшей, но по другим данным, это являлось следствием позднейшего пулевого ранения, случившегося в студенческие годы на дуэли с князем Шаховским.
Но как бы то ни было, можно уверенно констатировать: на всех в дальнейшем занимаемых им постах Столыпин вел себя как солдат в бою, да и опасность его гражданской службы была никак не меньше военной (о чем свидетельствует как множество покушений, так и, в конце концов, смерть от руки террориста).
В 1881 году Петр поступил на естественное отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета (среди его однокурсников был и основатель гениального учения о ноосфере будущий академик Владимир Иванович Вернадский) и, в отличие от многих тогдашних студентов, учился с увлечением. Среди предметов, которым он отдавал предпочтение, были не только физика и математика, но и химия, биология, ботаника, зоология, агрономия (дипломная работа Столыпина посвящена табачным культурам, возделываемым в Южной России). Преподавателем физико-математического факультета в то время являлся и Дмитрий Иванович Менделеев. Сохранилось свидетельство о том, как великий химик принимал выпускной экзамен у Столыпина. Очень быстро проверка знаний перешла в ученый диспут на равных, пока наконец Дмитрий Иванович не спохватился: «Боже мой, что же это я? Ну, довольно, пять, пять, великолепно». Неудивительно, что в дипломе Петра Аркадьевича отмечалось, что он «показал на испытаниях отличные знания по анатомии человека, физиологии животных, зоологии, минералогии, ботанике».
Столыпин легко мог остаться в университете и сделать карьеру ученого, но предпочел выбрать внешне неромантичный путь чиновника (который он считал одной из высших форм служения государству), поступив в октябре 1884 года на службу в Министерство внутренних дел. Хотя следует отметить, что тяга к науке у Столыпина осталась — об этом, в частности, свидетельствует то, что, уже будучи причисленным к МВД, он был утвержден советом Санкт-Петербургского университета кандидатом физико-математического факультета.
Можно предположить, почему из многих имперских государственных учреждений Столыпин выбрал именно МВД. В то время Министерство внутренних дел было отнюдь не министерством полиции с относительно узкими полномочиями, а центральным органом в системе государственного управления, которому, в том числе, подчинялись и местные власти.
Но обстановка в МВД (впрочем, как и в любом другом государственном учреждении любой страны любого времени) не слишком способствовала сохранению подобного возвышенного представления о своей миссии. Столыпин не мог воплотить в министерстве свои чаяния о необходимых преобразованиях (а он уже тогда понимал, что Россия нуждается в проведении кардинальных реформ) — никаких сколько-нибудь серьезных поручений он в силу занимаемого положения получить не мог. А о том, чтобы предоставить всесильному министру внутренних дел Дмитрию Андреевичу Толстому (который был одним из наиболее приближенных лиц к императору Александру III) собственные соображения по тому или иному вопросу, не могло быть и речи. Впрочем, даже если бы такая возможность и была — в то время Петру Аркадьевичу это ничего бы не дало. Пока что он имел только общие представления о характере преобразований — до тщательно разработанной программы было еще очень и очень далеко. В итоге Столыпин так и остался причисленным к МВД, и его связь с министерством являлась формальной. Примерно такой, как ранее у Пушкина с МИДом…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
