Читаем без скачивания На той стороне – 4. Темные времена - Шарапов Кирилл Юрьевич

– Подобное невозможно, – подслушав мысли Воронцова, просветил Страж, – граница не пропустит. То, что принадлежит Беловодью, не может попасть в явь. Да и мало ведунов такой силы, чтобы смогли разгуливать по второму плану Астры, как у себя дома.

– Ясно, – отозвался Воронцов, стараясь не думать о том, что он вытащил из Беловодья целых четыре предмета и спокойно пронес их в явь. – Страж, а можно мне кресло? Надоело валяться в отрубе на голом камне.

– Я все думал, когда же ты попросишь, – произнес с усмешкой невидимый собеседник, и позади Воронцова появился вполне себе удобный резной мягкий стул.

Константин уселся, немного поерзал, устраиваясь поудобней, и мысленно представил свое древо умений. Да, так изучать его было гораздо лучше, еще бы тут курить можно было, но нет, уже пробовал, не дымит тут сигарилла. В принципе, можно было вложиться, в седьмой уровень тени – «теневой переход, способность мгновенно перемещаться в тенях на расстоянии в пределах видимости», но сорок сфер… Он просто не смог бы потянуть.

Первым делом он расширил свой энергетический резерв и изучил второй уровень запасника – всего две сферы. Потом плюнул и, потратив еще три, изучил и следующий уровень. Теперь Юлия и Беляш могли подпитываться от его резервов гораздо дольше и плодотворней. Кроме того, это было необходимым для сотворения заклинаний. На «Солнце Сварога», конечно замахиваться было не с руки, это веда четвертого уровня стихийной ветки, но вот «милость рода», которую повесила Тала на дороге, была ему вполне по силам. Но опять же это защитная веда, а нужно что-то атакующее, сильное. И Воронцов, наконец, решил заняться непосредственно стихийными ведами. Ничего нового, все прозаично: всего их четыре – огонь, вода, воздух, земля. Отдельно стояла еще одна ветка – свет, откуда он уже выучил «удар света», но это было рассчитано исключительно на тварей. Хотя… Константин задумался. А нужно ли вкладывать бесценные сферы в умения, направленные против людей? Ведь его основной враг – твари тьмы. Против людей ему достаточно тени, которая не раз его выручала. Ну и прислужника. Кстати, о прислужнике. Он быстро просмотрел ветку умений. Не сказать, что осталось много не изученного, но все равно умений третьего, четвертого и пятого уровня у Беляша хватало.

Константин вздохнул, взял в левую руку звездочку с ментальной защитой второго уровня и раздавил в правой пару пирамидок света. Тряхнуло, как всегда, неслабо. Свет лягался гораздо круче тьмы. Показатель ментальной защиты прислужника остался средним, но сопротивляемость немного возросла. До высокого нужно было поднять еще пару уровней, то есть, минимум, четвертый. Он снова достал пирамидки. Третий уровень боевой трансформации требовал пять сфер. Сколько это в пирамидках? Черт его знает. Но если он сейчас прокачает Беляша, на себя у него сил не останется, тряхнет его неслабо.

Вздохнув, Воронцов начал их разрушать по одной за раз, и тут, как ни странно, сработало его умение по концентрации рассеивания энергии, подаренной ему богами. Уже на третьей пирамидке активировалась возможность взять новую боевую трансформацию. А это восемь минут. Уменьшение расхода энергии и случайная дистанционная атакующая способность. Оно того стоило. Взяв в левую руку звездочку, Воронцов сжал ее в кулаке. Все, умение есть. С Беляша, пожалуй, хватит, хотя у него осталось еще восемь нерастраченных пирамидок, причем одна из них была больше, чем другие. Но не сейчас, теперь нужно заняться собой.

Он потратил еще почти полчаса на прикидку, что же ему, кроме тени, нужно качнуть? Выходило, очень много, хотелось все и сразу. И молниями швыряться, и револьвер быстрее всех вытаскивать, но нужно было чем-то жертвовать. Он выбрал второй уровень «удара света», переведя его на возможность дистанционной атаки. В ход пошли маленькие сферы тьмы. Теперь мог кинуть малый сгусток света в тварь или человека, и если в том больше тьмы, то ему сильно не поздоровится. Не факт, что убьет, тут от защиты зависит, но вот прилетит хорошо, даст шанс на то, что тварь пострадает. Это стоило ему трех сфер. А потом еще четыре на второй уровень, и сгусток стал средним, перезарядка уменьшилась до пяти минут. Больше сил ни на что не осталось, и Воронцов, с трудом поднявшись из кресла, буквально рухнул на первый план Астры.

– Опять спешишь? – пожурил его Страж.

– Приходится, – устало произнес Константин, – я и так везде опаздываю. То, что местные ведуны делают годами, я из спешки вынужден изучать за неделю. Ладно, пойду я, задержался я сегодня в Астре.

– Иди, Черный Вран, скоро увидимся.

Константин буквально вывалился из круга силы. Дрозд, заметив состояние боярина, подбежал и буквально поволок к машине, откуда на них таращился водила, приставленный Желаном.

– Прогулка закончена, – усаживая Воронцова на заднее сиденье, прокомментировал наемник, – вези в усадьбу.

Шофер кивнул и погнал в сторону центра, объезжая большой пожар, который внезапно охватил сразу десяток домов.

Константин, сидящий и тупо пялящийся в окно, видел зарево в темнеющем вечернем небе и густые клубы дыма над крышами. Да уж, отжег он.

Глава третья

Когда въезжали на мост, то увидели машину гвардейцев с гербом дома Рысевых на дверях, а следом шел лимузин с маленькими флажками на капоте, что говорило о том, что этот автомобиль принадлежит непосредственно члену боярского рода. Так и оказалось, на заднем сиденье, бросив хмурый взгляд на Константина, расположился Роман Николаевич Рысев, командующий гвардией. Видимо, он спешил на пожар.

Машину Воронцова пропустили в усадьбу без какого-либо досмотра, но следы шухера, который он устроил в Славгороде, были заметны – на воротах вместо двух гвардейцев целых пять, к ним добавилось пара ведунов с посохами и броневик с пулеметом.

У крыльца их встречали. Помимо Желана был тут и наследник рода – отец Юлии боярич Михаил, рядом с ним стоял крепкий мужчина с жезлом ведуна.

– Не знаю, кто такой, – ответила Юлия на незаданный вопрос, – скорее всего, телохранитель отца.

Дрозд выскочил из машины, стоило ей остановиться у красного крыльца. Распахнув дверь, он вопросительно посмотрел на Воронцова, словно спрашивая, нужна ли ему помощь, но тот, махнув рукой, выбрался из машины самостоятельно. Пока ехали, он смог оклематься. Слегка покачнувшись, он все же довольно твердым шагом поднялся по широким белокаменным ступеням и направился к делегации по встрече.

– Ваше сиятельство, – резко кивнув головой, произнес Михаил Николаевич, – вы знаете, что произошло в городе?

– Понятия не имею, – ответил Константин. – Видел, что-то горело. Это все. Мне нужно было посетить место силы, повидаться с вашей дочерью, выучить пару умений. Как видите, это мне тяжело далось.

Михаил несколько секунд буравил его взглядом, но предъявить гостю, во всяком случае, пока что, ему было нечего.

– Если позволите, Михаил Николаевич, я хотел бы отдохнуть и привести себя в порядок.

– Конечно, Константин Андреевич, – он отступил в сторону. – Так вы видели мою дочь?

– Да. Она просила передать, что любит вас и очень соскучилась, и надеется, что вы придете к разумному решению.

– А что она думает по поводу того, что вы нас принуждаете принять ваши условия, удерживая ее сущность отдельно от тела?

– Я думаю, – тут же завелась Юлия, – что хочу замуж за конкретного боярина, и если мне потребуется отказаться от своего тела, я пойду на это.

– Прям так и передать? Хочешь окончательно выбесить своего батюшку? – ехидно поинтересовался Воронцов, стараясь, чтобы этот скоротечный мысленный диалог никто не заметил.

– Так и передай, – жестко ответила боярышня.

– На это она сказала, что хочет быть со мной, и если вы откажите мне, то предпочтет остаться без тела, чем связать судьбу с нелюбимым.

Лицо Михаила закаменело, он побледнел, зубы плотно сжаты, в глазах проскальзывают молнии.

– Я должен услышать это от нее, причем лично. Вы сможете организовать нашу встречу? – процедил он сквозь зубы.