только больше и головы не отращивает, чешую не каждый бог пробьет, яд опасен. И вот сейчас он несётся на меня, и судя по множеству блестящих предвкушением глаз, он меня узнал. Забыл сказать, Ладон стал служить Гере.
А ведь вся эта ситуация, очень хорошая возможность, чтобы размять старые кости.
Я сейчас стоял на более или менее пустой поляне окружённой на две трети яблоневым садом с одной стороны и на треть скалой отвесной.
Принятие истинного облика может уничтожить Ладона и большую часть ландшафта, поэтому разминаться придется в мелком обличии, что меня вполне устраивает. А дракон уже достаточно приблизился для удара.
С ленцой ухожу на шаг в сторону, пропуская одну из его голов двух метров в холке. Одновременно с шагом, на мне вспыхивает темный туман образуя, вместо того и шарфа, закрытый доспех из стигицской стали и мой Венец Страха. Посох же рассыпался прахом освобождая мой меч.
Краем глаза слежу за остальной дюжиной голов, положительная сторона борьбы с многоголовыми ящерами на близком расстоянии, является то, что одновременно атакуют только три головы. Как сейчас например. Одна решила зайти сверху попытавшись откусить половину нынешнего тела. Запрыгиваю на одну из шей дракона, чтобы уже от с нее подпрыгнув вонзить меч под нижним челюсть любительницы работать сверху, ее лишь вывело из строя на некоторое время. Минус один.
В следующую секунду поток ядовитого дыхания, третьей головы, разбивается о выставленную мной защитную сферу, не глядя бросаю шар синего пламени прямиком в пасть решившую повторить атаку ядом.
Минус два.
Замечаю сверху движение двух голов и ухожу в невидимость, обернувшись вокруг своей оси вонзаю по рукоять меч в середину шеи четвертой головы одновременно с чем ловлю взгляд двух голов и вселяю в их разумы Ужас. Минус пять.
Вытыщив окровавленный меч пришлось им же парировать удар драконьей лапы, украшенной метровыми когтями. Голову, попытавшуюся меня проглотить, пока я удерживал клинком драконью лапу, уничтожил лучом добра темной наружности. Минус шесть, остались трое.
Отбрасываю мечом одну лапу и подскочив к уже готовой для удара второй, рублю ее районе плеча, но кость не даёт мне лишить Ладона, этой мечты маникюрщика (что бы это за чудовище не было) и останавливает удар, взревев от боли дракон отшатывается на несколько метров и лишает меня застрявшего в его плоти клинка.
Заметив бегущих на помощь дракону нимф, что до моего появления гуляли среди сада и решил заканчивать, как бы странно это не звучало, но младших богинь природы я стараюсь не убивать.
Змей тем временем немного пришел в себя и ударил ядовитым дыханием, сразу из трёх голов. На этот раз не стал ставить щит, а отправил волну божественной силы слабой концентрации, чтобы не убило, но стопроцентно надолго вырубило. Через мгновение, после попадания адресатам моего подарка, драконья туша упала на землю всем своим немалым весом. По иногда расширяющимся ноздрям стало понятно, что бывший титан жив, как я и надеялся.
А мне стоит дождаться дам, дабы объяснится, все же как-то неловко получилось. Но сначала достать меч, да меч важен.
Ладон упал неудачно, прижав передние лапы под себя. Пришлось переворачивать, что было слегка неудобно, нет для меня он был не тяжёлым, но он был огромен, с холм размером из-за чего и возникали трудности. Можно было увеличиться, но не хотел пугать девушек, а то доложат Гере, а она мне потом мозг выест ещё из это, а мне ещё к трепке за пропажу готовится морально, нет в Тартар все это.
Схватившись за рукоять меча и потянул клинок на себя, правда застрял тот основательно. Пришлось понемногу прибавлять сил, и в конце концов я… оторвал Ладону лапу.
— Прости чешуйчатый, надеюсь до свадьбы заживёт. — искренне извинился перед ним.
Но вот сейчас, смотря на то как из капель драконьей крови, упавших на землю, вырастают деревья, мрачные, с алой листвой и черными стволами, я по новому начинаю рассматривать не только оторванную лапу, но самого Ладона. А ведь, помнится драконьи кости тоже не так просты, как кажется на первый взгляд.
— Опусти клинок и назови свое имя, чужак! — но девичий крик отвлёк меня от планов создания драконьих ферм.
* * *
То есть, давай проясним. Ты просто заблудтвшийся бог? — передо мной, из стороны в сторону, расхаживала привлекательная темноволосая смуглая нимфа, в то время как ее сестры, геспериды всмысле, оступили дугой меня, сидящего на грудине спящего ящера.
— Истину гласишь, дитя. Говорю же недоразумение вышло. Элементарная случайность, звёзды сошлись. Мойры котаракту поймали и не то связали.
В то время, как я сохранял вежливое спокойствие, геспериды были настроены весьма враждебно, но держали себя в руках.
— Хватит морочить нам головы! — одна из гесперид всё-таки не выдержала, но к ее чести сразу взяла себя в руки. — Не могли вы заблудиться. А Мойры над богами власти не имеют. Говори правду, иначе госпожа Гера не понравится тебе в гневе. И назови свое имя в конце концов.
Остальные девушки издали одобрительный возглас, даже их неформальный лидер Геспера.
— Эм, понимаешь… Зоя. Я ведь правильно обращаюсь? — уточнил имя девушки, на всякий так сказать. — Иногда со мной такое случается. Вот однажды пошел я как-то искать мантикору, тварь ещё та, а нашел Афродиту, представляете, но самое смешное направился я в северные от Олимпа равнины, и вот какая неудача, богиню я нашел на юге. Но точно помню, что шел на север искать ядовитое колючее существо. И забавный факт знаете в чем?
Осмотрев девять девушек в белых тогах, что сейчас смотрели на меня со смесью злости и жгучего интереса. Не знаю как они эти чувства совместили, но скука бич бессмертных как я недавно осознал, работает и на этих детях Атласа.
— Так в чем? — подняла руку самая маленькая из них, на вид лет четырнадцать, человеческих лет конечно.
— В том, что ядовитую и колючую тварь я нашел конечно же. — взглянул на нее с улыбкой на лице, девочка же спряталась за спину рядом стоящей старшей сестры.
— Мантикору? Так вы же сами сказали, что не нашли. — а это уже не представившаяся гесперида голосок подала.
— Какую Мантикору? Я про Афродиту, вы не смотрите, что она прекраснейшая из богинь, ей по должности положенно. Узнаете ее получше и поймете, она та
