это пещеры.
Я кивнула, присев и просунув голову в тёмный узкий туннель. Не этой тропой я шла ранее. Но что мне нравилось в данный момент, так это полное и абсолютное отсутствие ледяного дождя.
— Думаю, нам стоит рискнуть, — сказала я, высунув голову, чтобы поговорить с Бартолем. — Может, это приведёт нас к Гэлину.
Мой брат кивнул.
— Я просто хочу укрыться от этого дождя.
Я заползла внутрь. Бартоль кряхтел, протискиваясь следом.
Я откинула мокрые волосы с лица. Пещера оказалась ещё уже, чем я ожидала, а потолок был таким низким, что приходилось ползти на четвереньках. Но тут было сухо! И на удивление тепло. Приятный бонус.
Будучи Ночными Эльфами, мы чувствовали себя как дома в клаустрофобной темноте и могли видеть в полной тьме.
— Просто уточняю, — сказал Бартоль. — Ты понятия не имеешь, куда это ведёт?
— Вообще не представляю, — подтвердила я.
Пока я ползла вперёд, пещера оставалась узкой. Я осознала, что она почти круглая, как труба. Она создана искусственно?
Примерно после сотни метров ничего не изменилось. Как раз когда я забеспокоилась, что придётся поворачивать обратно, я увидела свет.
— Там что-то впереди, — прошептала я.
— Я тоже вижу.
Я поёрзала на животе, пока не сумела увидеть какую-то решётку в полу. Оттуда лился свет, оставлявший полосы света и тени на потолке туннеля. Мы ползли по некой вентиляционной шахте.
Я аккуратно посмотрела через решётку. Подо мной находилась роскошно отделанная спальня. Огромная кровать королевских размеров с белым покрывалом, камин в дальнем конце, диван перед высокими окнами. Прикусив губу, я гадала, не здесь ли Гэлин исполнял свой долг консорта перед королевой…
Или он был добровольным участником процесса?
Я стиснула зубы. Это неважно. Я не за этим здесь.
И всё же моё сердце гулко стучало от перспективы вновь увидеть его. Оглядев комнату, я заметила две двери — одну напротив кровати, вторую поближе к камину.
Бартоль слегка толкнул меня, пытаясь посмотреть.
— Что там?
— Спальня.
— Гэлина? — спросил Бартоль слишком громко.
Я зажала рукой его рот и показала на дверь у камина. Как раз когда он заговорил, та начала отворяться.
Его глаза выпучились. Мы вместе смотрели, как открывается дверь.
Поначалу я ничего не увидела. Лишь огромное облако какого-то призрачного белого тумана. Запах лаванды витал в воздухе, слышался шум льющейся воды. Этот туман на деле был паром от душа или ванны.
Пар клубами струился в спальню. Затем внутри него появился силуэт высокой фигуры. Не крупной с широкими плечами, а стройной и худой.
Я едва не ахнула, увидев синие завитки татуировок на ледяной коже. Богиня Мёртвых. Странно прекрасная, она шагнула в комнату.
Ревность и некое собственничество пронзили моё сердце. Она соблазнила Гэлина? Или заточила его в ловушке?
Сцепив пальцы, она подняла руки над головой, потягиваясь и глядя на себя в зеркало.
Когда я видела богиню ранее, она практически мумифицировалась. Превратилась в иссохший труп в тлеющих одеждах на троне. Теперь она ошеломляла, её тело было воплощением совершенства, а волосы напоминали шелковистый оникс.
Я украдкой покосилась на Бартоля. Он замер совершенно неподвижно, а глаза выпучились настолько, что того и гляди выскочат из глазниц.
Хель набросила на плечи халат из бледного шёлка. Она поправила волосы, доставая их из-под ворота, затем вышла из комнаты.
— Вау, вау, вау, — выдохнул Бартоль. — Кто это был?
— Ты видел цвет её кожи?
— Хель, — прошептал он. — Она идеальна.
— Ну типа, неплоха, наверно, — кисло сказала я. — Возможно, она заточила Гэлина против его воли, знаешь ли.
— Хель… — эхом повторил Бартоль, и его глаза сделались огромными как блюдца.
Закатив глаза, я поползла вперёд. Преодолев несколько метров, я изогнулась, чтобы проверить Бартоля. Она всё ещё смотрел через решётку.
— Бартоль, — резко прошептала я, — нам надо двигаться дальше.
— Хель… — опять монотонно повторил Бартоль.
— Очнись, бро, — сказала я своим лучшим тоном старшей сестры. — Она богиня, куда тебе на неё слюни пускать.
Наконец, он снова сдвинулся с места.
— Она была полностью голой, — прошептал он.
— Я заметила. Можешь ты собраться? Мы оба знаем, что женщин у тебя было предостаточно. Как там звали ту эльфийку, с которой ты познакомился в прошлом году на сборе грибов? Она была очень миленькой. Я знаю, что у вас была интрижка. Хель удерживает Гэлина против его воли и выпускает драугов в мир живых. Тут здоровыми отношениями и не пахнет, друг мой.
Бартоль кивнул, но его лицо оставалось отрешённым.
— Как думаешь, я с ней встречусь?
— Нет, — рявкнула я.
Потому что если мы встретимся с Хель, значит, что-то пошло совершенно не по плану, и наши шансы выбраться отсюда приблизились к нулю.
Глава 6. Али
Мы с Бартолем продолжали ползти по туннелю, минуя ещё несколько решёток — к моему облегчению, голых богинь за ними больше не было. Бартоль просто на всякий случай заглядывал в каждую. Мы миновали несколько кладовок и пустой коридор, освещённый пурпурными огнями.
Когда мы продвинулись дальше по вентиляционному туннелю, воздух потеплел. Мои брюки и куртка начали высыхать, и это здорово. При условии, что мы не направлялись к гигантскому пылающему камину.
Что-то в моей груди сжалось, когда я увидела впереди преграду — вертикальную решётку в конце туннеля. Если кто-то посмотрит через неё прямо сейчас, то увидит нас.
Я поползла на животе в её сторону, пока не смогла выглянуть через металлические прутья.
На сей раз я узнала помещение на другой стороне. Это была гробница Хель, место, куда Ганглати и тени привели нас с Гэлином, когда мы впервые вошли в Хельхейм — зал из огромных камней со сводчатыми потолками. Тёплый свет от свечей в альковах плясал по камням и кучкам костей. Какое мрачное место.
Рушащийся трон Хель пустовал, но перед ним спиной ко мне стоял знакомый силуэт. Я бы где угодно узнала его мощное тело воина. И всё же он был не тем же Гэлином… вовсе нет.
Он был без рубашки, и на его теле виднелись чернильные руны, змеившиеся по мощным мышцам. Вместо светлых золотистых прядей его волосы вернулись к чёрному цвету. Но тревожнее всего был тёмный пар, исходивший от него — это походило на магию теней вокруг ворона.
Он развернулся и зашагал к двери у трона. Я мельком увидела его профиль и невольно втянула воздух от его неземной красоты. Всё те же знакомые скулы, очерченные тенями, и мужественный подбородок.
Я хотела поговорить с ним. Почему этот тёмный колдун в Хельхейме до сих пор ощущался родным?
Глядя на его прекрасное лицо, я резко вспомнила всё
